Ещё

Политолог Болкунец: в центре российско-белорусских отношений должна быть не бочка нефти, а люди 

Политолог Болкунец: в центре российско-белорусских отношений должна быть не бочка нефти, а люди
Фото: Украина.ру
— Как вы можете охарактеризовать российско-белорусские отношения на данном этапе?
— Если брать многолетнюю историю взаимоотношений между странами, то есть позитивный тренд на сотрудничество, особенно в области экономики. Если посмотреть на статистику торговли, мы увидим, что после падения 2014 года наблюдается позитивная тенденция.
В этом году должно быть улучшено сотрудничество на культурном и гуманитарном направлениях. Это касается работы между вузами, проведением культурных мероприятий.
— В чем особенность конфликта между и , если он есть, на фоне истории с «налоговым маневром», отзывом посла Бабича, скандала с загрязненной нефтью и другими случаями?
— Именно в этом году исполняется 20-летие союзного договора. Большинство пунктов этого документа не было реализовано. В последнее время мы наблюдаем публичное выяснение отношений из-за интеграции. Из уст президента Белоруссии мы слышим о том, что есть угроза суверенитету страны.
Это связано с разным пониманием того, как может быть реализован союзный договор, и может ли он вообще быть реализован. Возможно, есть необходимость его откорректировать, особенно в области экономики, чтобы снять все вопросы, которые будоражат общественное мнение. Речь о так называемых торговых войнах, молочных войнах и так далее.
Думаю, что в ближайшее время группа, которую с российской стороны возглавляет [министр экономического развития РФ] , а с белорусской его коллега — министр экономики [Дмитрий Крутой], должна вынести предложения, которые позволят реализовать так называемую «углубленную интеграцию».
Речь идет об общей политике в налоговой, таможенной и других сферах. О том, насколько страны готовы отказаться от своих суверенных прав, чем-то пожертвовать ради общего блага для двух государств.
При этом создается впечатление, что существует кризис. На самом деле я глобального кризиса не вижу, я наблюдаю историю обсуждения [союзного договора], которая в том или ином виде выливается в различные сюжеты в СМИ.
— Давайте вспомним о самых ярких примерах, которые попали в фокус медиа?
— Лукашенко и его коллеги регулярно обвиняют Россию в запрете на поставки молочной и мясной продукции на российский рынок. Эти запреты носят локальный характер и, как правило, потом снимаются, но об этом уже не пишут СМИ. Также обсуждаются истории, не носящие политического формата.
При этом если мы посмотрим, сколько молочной, мясной и другой российской продукции продается на белорусском рынке, мы увидим практически везде нулевые показатели.
Ярким примером этого является ситуация, которая длится уже несколько лет: в Белоруссии и России существуют заводы, производящие сельскохозяйственные комбайны, — в  и в Ростове. Российский производитель —  — уже давно хочет продавать свою технику на белорусском рынке. Но он для них закрыт. В прошлом году россияне продали туда всего одну единицу техники. А белорусская сторона продала нам, по-моему, 274 комбайна за прошлый год. В позапрошлый год — еще больше.
Взаимоотношения односторонние, российские производители сталкиваются с препятствиями при входе на белорусский рынок. Об этом все молчат, об этом никто не заявляет. Но если мы говорим о равных условиях хозяйствования, то должны быть равные условия и для российских компаний тоже.
Есть норма, например, что в белорусских магазинах должно быть 80% товаров белорусского производства. Очевидно, что это нарушение прав равного доступа товаров на рынки [стран-участниц союза]. Конечно, эта норма не дает возможности российским производителям приходить на белорусский рынок.
Но в целом я вижу позитивную историю. От публичного выяснения отношений необходимо уходить к плоскости круглых столов, дискуссий широкого формата с разными политическими силами и в Белоруссии, и в России. Это нужно, чтобы формировать повестку не на один год или два, когда спорим по нефти и газу постоянно, а на десятилетия, чтобы союз был устойчивым, а не подвергался постоянным [атакам] в СМИ из-за того, что кто-то цену на газ повысил или не тот объем нефти поставил.
В центре отношений должна быть не бочка нефти, а люди и их права.
— Как вы думаете, как это все может повлиять на отношения Белоруссии и Украины в условиях, когда Минск остается для Киева главным источником нефтепродуктов, которые реэкспортирует туда Белоруссия из российской нефти?
— С 1 апреля текущего года Россия перекрыла возможность реэкспорта своих нефтепродуктов в третьи страны, во многом это было связанно с теми убытками, которые Россия несла из-за того, что нефть [для Белоруссии] не облагалась пошлинами, и все доходы направлялись в белорусский бюджет.
Второй причиной было то, что эти нефтепродукты с огромной маржей перепродавались на Украину.
Что касается нефти, которую Россия поставляет без пошлин в Белоруссию, она перерабатывается в нефтепродукты, и ограничений на их продажу, в том числе на Украину, нет.
Безусловно, белорусская сторона, пользуясь высокомаржинальным украинским рынком, использует эту возможность с 2014 года. Это, во-первых, дает короткое логистическое плечо, а во-вторых, на Украине есть дефицит нефтепродуктов из-за внутреннего бардака и уничтоженной нефтеперерабатывающей промышленности.
Введенным недавно запретом на поставки нефтепродуктов из РФ на Украину Белоруссия может воспользоваться, чтобы закрепиться на украинском рынке. Это может создать определенный конфликт.
Кстати, аэропорт Минск-2 из-за запрета на перелеты из РФ на Украину смог нарастить свои возможности и прекрасно зарабатывает. Это же касается и поставок различной продукции из Украины в Россию. Россия старается эти возможности перекрывать, но белорусская сторона здесь видит свою экономическую выгоду.
Теперь же [с возможным улучшением отношений после прихода к власти Зеленского] сотрудничество между [Киевом и Москвой] может быть восстановлено… Конечно, Минск в этом не заинтересован. Я напомню, что в 2008 году, когда был конфликт с Грузией, был запрет на авиаперелеты между Москвой и Тбилиси, и они все шли через Минск. Уже тогда Белоруссия использовала возможности транзитного хаба.
Кроме того, Минск продавал Киеву продукцию двойного назначения, например, грузовики. Осуществлялся ремонт вертолетов и самолетов под Оршей. Никто не может запретить Белоруссии это делать, но если мы стремимся к примирению, то страны, влияющие на конфликт, не должны поставлять оружие и как-либо влиять на этот самый конфликт. Мне кажется, здесь речь идет уже о моральных принципах, я имею в виду не только Белоруссию, а все страны, которые что-либо поставляют.
— А как изменятся отношения Белоруссии и Украины в будущем?
— Теперь нужно увидеть, как новое руководство Украины будет вести себя после парламентских выборов. Ситуация может быть иной.
Между Лукашенко и [действующим президентом Украины Петром] Порошенко были особые отношения, кстати, такие же отношения складывались у Лукашенко с бывшим президентом страны . Очень плохо шел диалог с экс-президентом . У них был личный разлад, они не очень ладили.
Украина способствовала и помогла белорусскому руководителю выйти из международной изоляции еще во времена Ющенко. Он оказывал большое содействие, чтобы Белоруссию воспринимали по-иному.
Стоит иметь в виду, что конфликт с Россий сыграл большую роль в сближении между странами… Лукашенко примеряет на себя теперь шапку миротворца, требуя провести «Хельсинки-2» в Минске.
Но это было бы возможно, если бы было доверие со стороны Запада к белорусскому руководству. Такого доверия нет на сегодняшний день. Это видно по отсутствию официальных визитов Лукашенко в страны Европы.
При этом Минск уже получил политическую выгоду от переговоров [по конфликту в Донбассе], которые проходили на территории Белоруссии. На страну обратили внимание Австрия и Германия, и идут попытки дать старт здесь переговорам других конфликтующих стран. При этом торговым партнером страны по-прежнему остается Россия.
В будущем я исключаю ухудшение отношений между Белоруссией и Украиной. Думаю, они останутся на прежнем уровне, либо будут в каком-то виде корректироваться в сторону улучшения. Может быть, будет небольшое снижение товарооборота по разным причинам. Но глобально и с Киевом, и с Москвой останутся хорошие отношения.
От редакции.
Президент России подписал закон о ратификации протокола к соглашению с Белоруссией о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов, сообщается на официальном портале правовой информации.
Как пояснял в октябре министр энергетики РФ Александ Новак, протокол предусматривает запрет до 2020 года на беспошлинные поставки в Белоруссию бензина, дизтоплива и мазута с тем, чтобы сохранить пропорции и доходы бюджетов двух стран в соответствии с ранее запланированными показателями. При этом он позволяет поставлять определенные нефтепродукты, которые в Белоруссии не производятся: лакокрасочные изделия, химическую продукцию.
Ранее в межправительственном соглашении был прописан только объем беспошлинных поставок из России в Белоруссию нефти — 24 млн тонн в год, из которых 18 млн тонн перерабатываются на белорусских НПЗ, и пошлины от экспорта полученных нефтепродуктов остаются в бюджете республики. Еще 6 млн тонн нефти Белоруссия с 2017 года имеет право реэкспортировать с зачислением пошлин также в свой бюджет. Проблема с беспошлинными поставками нефтепродуктов в Белоруссию заключалась в том, что они также реэкспортировались, при этом экспортные пошлины российский бюджет недополучал.
По поводу «Хельсенки-2». В ходе прошедших в Минске 26-й сессии ПА  и Всемирного конгресса русской прессы белорусское руководство настойчиво продвигало идею «Хельсинки-2», то есть проведение нового совещания по безопасности в Европе между Россией и странами Запада. Отметим, что Финляндия 70-х годов, когда был запущен процесс перестройки европейской системы международных отношений, имела дружеские отношения и со странами Запада, и с СССР. — Ред.)
Липовые пенсионеры: чиновник вышел на пенсию в 28 лет
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео