Няни-мусульманки: кто они

В Москве спрос на услуги нянь и гувернанток упал минимум на 30%, сообщило накануне агентство городских новостей «Москва» со ссылкой на гендиректора сервиса «Помогатель.ру» Михаила Сорокина. Это произошло после того, как 29 февраля 2016 года в Москве у станции метро «Октябрьское Поле» была задержана гражданка Узбекистана Гюльчехра Бобокулова, отрезавшая голову ребенку, за которым должна была присматривать. Обезглавленное тело девочки нашли в квартире на улице Народного Ополчения, в которой няня устроила пожар. «Такие трагические события, если они широко освещаются в СМИ и соцсетях, всегда снижают спрос. Родителям приходится пережить шок, прежде чем они снова смогут вернуться к вопросу найма помощницы», — пояснил Сорокин. В среду на суде Бобокулова признала свою вину и заявила, что убить ребенка и отрезать ему голову ей «приказал Аллах». Представитель следствия заявил, что у женщины были пособники в виде подстрекателей (кто именно имеется в виду под подстрекателями, следователи не уточняют). Все это вновь указывает на то, что кто-то подверг женщину «обработке идеями исламского экстремизма», в результате чего та и совершила свое преступление. Даже американское издание The Washington Times написало сегодня заметку под заголовком «Няня-мусульманка обезглавила четырехлетнюю девочку: «Исламское государство» ударило по Москве?» (организация запрещена в России). Однако, как уже писала «Газета.Ru», на бытовом уровне история психически нездоровой Гюльчехры Бобокуловой (еще в 1999 году женщине был поставлен диагноз «шизофрения», а в своей родной стране она неоднократно проходила лечение в стационарном учреждении) может лишь подогреть исламофобию. «Газета.Ru» поговорила с двумя нянями-мусульманками — Мавлидой Г. и Нурфией Х., а также бывшей няней-мусульманкой (а ныне врачом-педиатором) Данией Г. — об особенностях их работы, о произошедшем в Москве и последствиях этого кровавого инцидента: М.Г.: Выбирая няню-мусульманку, мамочки уверены, прежде всего, в безопасности своих детей, так как ислам повелевает хорошее, бережное и уважительное отношение не только ко взрослым, но тем более к детям. Няня-мусульманка — это залог спокойствия. Ведь эта девушка боится бога, боится его наказания, соответственно, она будет максимально стараться, чтобы ею был доволен работодатель. Тем более, когда речь идет о детях. В остальном наша работа ничем не отличается от работы обыкновенных нянь: в ней больше всего необходима внимательность. Так как дети непоседливы, за ними нужен глаз да глаз — ответственность очень большая. Н.Х.: Если няня — мусульманка, то это, в первую очередь, говорит о том, что женщина не имеет вредных привычек (алкоголь, курение, сквернословие и т. д.) и нравственно, с теплотой и пониманием относится к подопечным, особенно к детям. Д.Н.: Работа ничем не отличалась: работала я в русских семьях, а значит, нужно было прийти, покормить, уложить спать, погулять, обеспечить интересный досуг — в общем, чтобы ребенку не было грустно и скучно, и он не сидел перед телевизором и компьютером. М.Г.: Нянь-мусульманок нанимают не только семьи мусульман. Верующие девушки работают также и с семьями христиан. Наверное, верующим легче найти общий язык. Те, кто нанимает на работу нянь-мусульманок, не требуют от них какого-то строгого шариатского дресс-кода: няня-мусульманка уже покрытая, ее вера велит ей закрывать свои части тела, в том числе и голову, поэтому верующую девушку видно издалека. Н.Х.: Мы работаем не только у мусульман, к нам обращаются и не мусульмане. Я очень рада, что работодатели так уважительно относятся к моей религии: например, позволяют совершать намаз. Д.Н.: Работодатели знали, что я мусульманка. Они не выдвигали ко мне каких-либо дополнительных требований и претензий: их волновало только то, что связано исключительно с ребенком. Никакого напряжения в общении с родителями не было — я же непокрытая. И большую часть жизни с русскими прожила, отлично знаю их культуру и традиции. М.Г.: Не знаю, как такое вообще могло произойти. Мусульманка — это девушка, которая хранит не только свою честь, но также и честь тех, кто ее окружает. Верующий человек не может такое совершить. В исламе убийство одного человека приравнивается к убийству всего человечества. Тут еще страшнее, что речь идет о невинном ребенке. Я не верю, что такое могла сотворить женщина в адекватном состоянии, вменяемая, а тем более истинная мусульманка. В голове не укладывается. Случившееся в Москве нас шокировало, в том числе моих коллег. Наши мысли совпадают, что такое не могла совершить женщина в здравом рассудке, в твердом уме и тем более мусульманка — верующая женщина, которая боится наказания Всевышнего. На суде она была даже без хиджаба — ну какая она мусульманка? Н.Х.: Думаю, что это сделано против мусульман, чтоб люди боялись и негативно смотрели на мусульман. То, что сделала эта женщина — это не ислам. Один из самых больших грехов — это убийство человека, а тут к тому же жертвой стал ребенок. У меня слезы в глазах, не представляю даже, насколько сейчас больно маме этого ребенка. Ислам — религия добра и мира. И прошу всех не судить ислам по каким-то людям, которые не имеют отношения к нему. Д.Н.: Конечно, я слежу за новостями и слышала о том, что произошло в Москве. Я узнала про это от мужа, он прочитал в интернете. По новостям на ТВ ничего про это не рассказали, и теперь мы следим только по интернету. На моей работе никто про это особо не знает — у кого-то просто нет выхода в сеть. Мы с мужем просто в ужасе, безумно жаль родителей — у нас самих маленькая дочка, и не так давно мы искали няню. То, что по телевидению не сообщили об этом убийстве, палка о двух концах. С одной стороны, предупредить стоило, ведь мало ли у кого в семьях работают вот такие няни, а с другой стороны, узбеков и мусульман и так не особо жалуют. М.Г.: Несмотря на произошедшее, с работой, слава богу, проблем нет. Нам доверяют. Многие работают с нами уже давно. К тому же сарафанное радио, как вы знаете, лучше любой рекламы. Н.Х.: Я работаю сама няней в двух-трех семьях, и семьи эти не только мусульманские. Никаких проблем, слава богу, не возникло. Они меня уважают, а детки очень любят, и я их очень люблю. Из знакомых и коллег пока никто не жаловался, что после инцидента стали относиться плохо. Мои знакомые и друзья много пишут и говорят об этом происшествии: все жалеют родителей и родственников этого ребенка и, конечно, эту маленькую малышку. Тяжело об этом говорить, сразу слезы в глазах. Д.Н.: На работе проблем нет. Насчет последствий этого убийства — покажет только время. Но, думаю, какая-то неприязнь к мусульманам будет.