Ещё

Батю подорвали 

Батю подорвали
Фото: rusvesna.su
12 декабря на территории самопровозглашенной Луганской народной республики (ЛНР), в районе населенного пункта Первомайск по дороге в Стаханов был убит командир шестого отдельного мотострелкового казачьего полка Народной милиции республики Павел Дремов. Согласно предварительным данным генеральной прокуратуры ЛНР, в его автомобиле было установлено взрывное устройство, которое было подорвано в ходе движения. Как сообщило местное МВД, в результате взрыва машина получила сильные повреждения: сорваны все двери и крыша, разбиты стекла. Дремов, который был пассажиром, скончался на месте. Водителя взрывной волной выбросило из салона, ему оказали первую помощь, однако он умер в машине скорой помощи. В настоящий момент силовики республики отрабатывают сразу несколько версий, подавляющее большинство из которых представляются весьма сомнительными. «Лента.ру» разбиралась в ситуации.
Дремов стал известен за пределами родного Донбасса после своих громких видеообращений к руководству России, в котором обвинял руководство ЛНР в коррупции и незаконной торговле углем. Он долго был фактически диктатором родного городка Стаханов, территориально его казачий отряд контролировал соседние населенные пункты Первомайск и Алчевск, а информированные люди рассказывают, что в на своей территории он был в состоянии решить любой вопрос. Да, в городах функционировали и официальные органы власти, но порядки устанавливал именно Батя. По разным данным, именно он был инициатором введения в контролируемых населенных пунктах «казачьей дисциплины», безжалостно сажал на распространение наркотиков. А однажды — приказал наказать самого себя нагайкой за распитие спиртных напитков.
Отчасти так хорошо контролировать ситуацию в подконтрольных населенных пунктах помогало происхождение Дремова — будучи местным, он прекрасно знал некоторые особенности ведения дел в регионе. Все свою жизнь он провел в маленьких шахтерских поселках, работая только на тяжелых рабочих специальностях. Он сам и первые полевые командиры его круга естественным образом не успевали за политикой, за аппаратной борьбой, а происходящее на Донбассе в последние пару лет воспринимали исключительно через призму интересов и нужд маленьких людей маленьких городов. По этой причине считалось, что для Дремова постоянная фронда по отношению к нынешнему руководству ЛНР — это вполне естественное состояние. Он и прославился-то за пределами ДЛНР исключительно благодаря своим обличительным речам в адрес Игоря Плотницкого и эпатажной манерой поведения, которая слишком уж контрастировала с общепринятым политесом. Даже казачий антураж его «гвардии» воспринимался то как вызов, то как стремление выделиться на общем фоне.
Насколько можно судить, даже будучи обладателем обостренного чувства справедливости (он в частности был известен тем, что несколько раз перешел дорогу угольному лобби в регионе), казачий атаман не был совсем бескомпромиссным бойцом. Например, когда властям республики понадобилось централизовать силовые группы, разбросанные по республике, Дремов после некоторых колебаний и выяснения отношений все-таки согласился «бригадизироваться» и даже получил знамя из рук Плотницкого. Возможно, по этой причине Дремову до некоторой степени прощали его эпатажное поведение и громкие высказывания в адрес руководства ЛНР, оставляя тем самым свободу маневра для его сложного характера. Но вот с чем он был совершенно не готов мириться, согласно многим свидетельствам, — это формализация власти, появление вертикали управления по образцу и подобию российской. Не понимал он и сути политической борьбы, ему были чужды всякого рода партийные и идейные платформы. Политика воспринималась в простом, земном ее выражении, а власть осуществлялась только на местах, а не в высоких кабинетах.
Дремова неоднократно обвиняли в диктаторстве, в создании в родном Стаханове некой отдельной формы власти, которая никак не укладывалась в привычные стереотипы. Вечный конфликт с главой республики Плотницким вертелся не столько вокруг угля и ферросплавного завода, сколько сформировался из-за тотального непопадания Дремова в большую политическую игру. Само существование таких вот анархистских по своей сути вооруженных отрядов, составленных из местных жителей, как-то не очень совмещалось с необходимостью вести переговоры на высоком уровне, демонстрировать строительство новой государственности и все такое. А знаменитые видеообращения Дремова и его казаков «к Путину, Медведеву и всему мировому сообществу» стали только формальным поводом к тому, чтобы за ним стали «приглядывать вполглаза».
Дремов нажил слишком много врагов, в том числе и сугубо личного свойства, чтобы можно было бы сразу вычленить какую-то основную версию его убийства. Прилепить к днищу его машины магнитную мину мог любой, тем более, что все причастные в том числе и в Луганске лица знали, куда он едет и когда. Его смерть, конечно, на некоторое время привлечет внимание к тому, что происходит в ЛНР, и уже породила множество конспирологических схем разной степени вменяемости и ангажированности. Какие выводы сделают из случившегося власти в Луганске — пока неизвестно. Ситуация в ЛДНР и вокруг слишком запутанна, в ней удивительно много разноплановых и «неформатных» фигур, чтобы использовать в работе «на земле» только одну схему.
Да, рассуждая об удавшемся покушении, наблюдатели традиционно вспоминают о торговле углем и постоянной фрондерской роли Дремова в обличении серых схем. Но даже обстановка «ни мира, ни войны» уже подразумевает их наличие во всех сферах жизни самопровозглашенных республик. Порядок в этой области будет наведен нескоро и не безболезненно. Даже сейчас местное МГБ начало собственную, личную войну с коррупцией. Но важно, что борьба с олигархатом так и не получила логичного продолжения, и периодически возникают слухи и информационные вбросы о причастности того или иного представителя луганской власти к различным экономическим кланам «из прошлого». Люди типа Дремова в этих схемах никогда не играли существенной роли. Строительный рабочий, никогда в своей жизни надолго не выезжавший за пределы Луганщины, не был знаком ни с одним олигархами ни с крупными бандитами из новой украинской истории. И в принципе не понимал, по каким схемам делаются большие деньги.
Пока что основной версией в Луганске довольно быстро объявили работу украинской разведывательно-диверсионной группы. В районе Стаханова и Первомайска был введен особый режим и начато прочесывание территории. Расследованием руководит лично министр внутренних дел ЛНР Игорь Корнет. Такого же мнения придерживаются и военные. Замкомандующего корпусом Народной милиции ЛНР Игорь Яшенко даже заявил, что они «идут по следу», но, скорее всего, это было дитературное выражение, а не прямое утверждение. В то же время автоматическое сравнение обстоятельств гибели Павла Дремова и командира механизированной бригады «Призрак» Алексея Мозгового (был убит при похожих обстоятельствах в мае) пока не выдерживает критики. Машина Мозгового не только была подорвана на заранее установленном фугасе, но затем еще и обстреляна из засады. Это действительно была диверсионная операция (дело об убийстве Мозгового не закрыто и виновные не найдены). В случае же с Дремовым диверсионной группы в прямом понимание этого слова, как и засады на дороге не было. Скорее всего, бомба находилась в самом автомобиле, если исключить возможность подрыва на обычной мине, оказавшейся так вовремя на трассе именно в тот момент, когда Дремов собрался по ней ехать.
Вместе тем в прокуратуре ЛНР не исключают и других версий происшедшего. Глава следственного отдела прокуратуры ЛНР Ткаченко утверждает, что следствие также будет прорабатывать версии сведения счетов на почве личных неприязненных отношений, устранение Дремова как экономического или политического конкурента, а также даже неосторожное обращение с боеприпасами. Однако как представляется, пока неприязненные отношения —это слишком широкая формулировка, внутри которой может скрываться сразу несколько малых версий. Причем от бытовых — поскольку личная жизнь одинокого Дремова только стала налаживаться, и мало ли что скрывается в его недавнем прошлом, до профессиональных. Дремов был невоздержан на язык, а также склонен к применению жестких воспитательных мер — причем, распространял свои моральные и бытовые жизненные принципы на все население Стаханова и окрестностей. Весьма предварительной представляется и версия о неосторожном обращении с боеприпасами. Следствие, конечно же, выяснит — был ли это взрыв направленного действия или обычный, но уже и так понятно, что вести с собой на свадьбу снаряженный боеприпас большой мощности Дремов не стал бы. Если же это был направленный взрыв, то магнитную мину с таймером могли просто подвести к днищу машины под тем креслом, где предпочитал сидеть Дремов. В пользу последней версии может говорить и время подрыва — машина взорвалась не от поворота ключа, а через некоторое время, двигаясь по свободной трассе.
В итоге наиболее предпочтительной выглядит версия о конкурентных разборках. Но только конкуренты Дремова, как политические, так и экономические, обладают способностью, умением и возможностью организовать именно такой технологически сложный терракт. Тем более, что прецеденты и в Луганске, и в Донецке уже были. Дистанционно подорвать машину способен только человек, знакомый с подрывным делом. Требовалось изготовить таймер, что в эпоху мобильных телефонов не такая уж сложная наука, но все равно этот процесс требует определенных навыков, а также соответствующего уровня организации.
Однако уже сейчас понятно, что следствие будет вынуждено рассматривать все гипотетические версии, просто потому что этого требует законодательство и следственная практика. Вероятнее всего, они столкнутся с множеством конспирологических и излишне эмоциональных предположений, некоторые из которых могут выглядеть в условиях ЛНР вполне правдоподобно. И пока неясно, достаточно ли у МВД ЛНР и генеральной прокуратуры республики ресурсов, чтобы сосредоточиться на чем-то перспективном. Вполне возможно, что для проведения ряда экспертиз придется обратиться за помощью, но скажем, между ЛНР и Россией не существует соответствующих межведомственных соглашений из-за непризнанного статуса республик. Нет и данных о том, что такие просьбы поступали из Луганска ранее, например по делу об убийстве Мозгового.
Видео дня. Медики скорой волочили пациента за ноги по грязному асфальту
Комментарии 98
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео