В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

о парламентских выборах во Франции

«В целом тактика макроновского штаба остаётся прежней, как и в президентскую предвыборную кампанию. Сказать, что все вокруг плохие, а он — единственная стабильная для французов альтернатива в нынешних кризисных условиях. Макрон не ходит по рынкам и базарам, не встречается с людьми. Он надевает костюм мощного внешнеполитического игрока и два из последних пяти дней перед решающим вторым туром проводит за границей. Едет в и . Говорит об ».

После первого тура парламентских выборов перспектива получить абсолютное большинство мест в нижней палате парламента для Макрона стала ещё более призрачной. Левые уже смогли потеснить президентское движение. Объединённые под знаменем Жан-Люка Меланшона, они могут стать второй силой в парламенте, сам же 70-летний политик метит в кресло премьера. Многое будет зависеть от явки. В этот раз она была крайне низкой, почти 53% французов просто остались дома. Это, кстати, помешало лидеру Национального объединения получить кресло в парламенте сразу же с первого тура. В своём департаменте Па-де-Кале она набрала больше 50% голосов, но из-за низкой явки там тоже должен будет состояться второй тур.

Видео дня

Впрочем, ей как раз беспокоиться не о чем. Её партия с каждым годом на деле прогрессирует, всё больше французов принимают её предложения, не видя в них никаких сильных крайностей, несмотря на всю кампанию по очернению образа Ле Пен. В этот раз может так случиться, что Национальное объединение получит больше 15 мест и сформирует парламентскую группу впервые с 1986 года. А значит, они получат государственное финансирование и смогут наконец вылезти из бесконечной долговой финансовой ямы, погасив висящие на них кредиты за прошлые предвыборные кампании.

А вот крайне правому совсем не повезло: в целом его партия на парламентских выборах провалилась. Всё это время он призывал Ле Пен объединиться, чтобы сокрушить Макрона. Но она не стала его слушать и, в общем-то, не сильно потеряла. Любопытно, что в эти полтора месяца перед парламентскими выборами правые как-то выпали из медийного поля. Все силы СМИ и команды Макрона были брошены на левый фланг.

Вначале МВД не хотело регистрировать этот новый альянс «Непокорённой Франции», экологов и социалистов Nupes. Последним пришлось подавать жалобу, выигрывать спор, вследствие чего спешно все списки стали переделывать. Но, переделывая списки, похоже, туда забыли внести тех кандидатов в заморских территориях , которых альянс поддерживает. В итоге после первого тура разразился ещё один скандал.

Как только появились предварительные цифры, собранные на выходе с участков, стало ясно, что левые лидируют по Франции. Меланшон тут же объявил о разгроме Макрона, хотя он опережал его совсем на чуть-чуть. Но ночью цифры подкрутили, и Макрон вышел вперёд. Разница составила всего один процент. Имиджевая победа президентского блока. Откуда этот процент взялся? Этим вопросом задались многие, журналисты бросились считать сами и выяснили, что некоторых кандидатов МВД записало не в альянс левых, а в другие, более мелкие партии, поскольку в официальных меланшоновских списках они не значились. А кто там кого поддерживает на словах, это мало кого волнует. То есть по букве закона вроде как всё верно.

Но на деле левые всё же обошли Макрона на процент. Меланшон тут же обвинил главу МВД Жеральда Дарманена в манипуляции с цифрами, в обмане, подал жалобу в Государственный совет. МВД пришлось объяснять прессе, что всё сделано по правилам. Люди Макрона с удвоенной силой накинулись на левых, стали применять тут же практику, что и в отношении Марин Ле Пен.

Очернять, демонизировать, накидывать всё в кучу, смешивать с кое-чем и обвинять во всех смертных грехах.

Что только не звучит сейчас в адрес Меланшона! Что его предложения приведут к гиперинфляции, хотя он вроде, наоборот, предлагает заморозить цены на продукты первой необходимости — по аналогии с тем, что сейчас власти делают с тарифами на свет. Говорят, что он антисемит, что он против республики, что он ненавидит полицию и называет их убийцами (правда, был такой грешок за ним, когда полицейские попытались остановить машину для проверки документов в Париже днём, а в итоге расстреляли водителя и девушку на пассажирском сидении. После разбирательства полицейских в итоге отпустили).

В целом тактика макроновского штаба остаётся прежней, как и в президентскую предвыборную кампанию. Сказать, что все вокруг плохие, а он — единственная стабильная для французов альтернатива в нынешних кризисных условиях. Макрон не ходит по рынкам и базарам, не встречается с людьми. Он надевает костюм мощного внешнеполитического игрока и два из последних пяти дней перед решающим вторым туром проводит за границей. Едет в Румынию и Молдавию. Говорит об Украине.

Перед президентскими выборами такая тактика сработала, его популярность выросла и не позволила оппонентам его открыто критиковать. Так почему бы не использовать то же самое сейчас, решил избранный на такой волне нынешний глава государства. Коней на переправе не меняют, на это давит Макрон. Его визит — это наглядная демонстрация всего антимеланшоновского. Тот ратует за выход из Объединённого командования . Макрон едет на восточный фланг альянса (в Румынию), где посещает французские войска на передовой. Оттуда, возможно, рванёт в Киев.

Накануне он объявляет о вступлении Франции в период военной экономики, поручает министру обороны и начштаба вооружённых сил провести переоценку закона о военном планировании с учётом геополитического контекста, то есть требует от них пересмотреть программу модернизации вооружений на ближайшие несколько лет. Там же, на международной выставке вооружений, Макрон заявляет о необходимости укрепления европейской технологической безопасности и обороны. То есть предстаёт перед избирателем серьёзным, крупнокалиберным государственным деятелем, который ворочает большими делами и мыслит очень масштабно. Макрон — это Европа, Макрон — это НАТО, Макрон в собственном понимании — это защита страны и некоторая стабильность.

Меланшон, по задумке макроновского штаба, должен выглядеть мелко со своими наездами на полицию, волшебными деньгами, налоговым бредом и голограммами. Но, как это ни удивительно, именно эти темы в большей степени как раз интересуют молодёжь. Именно на социальный аспект своей жизни сейчас обращают внимание простые французы: на растущие цены, дорогую коммуналку, «золотой» бензин. Макрон давит на страх — мол, если сейчас всё поменять, то всё разрушится и будет ещё хуже, нас завоюют, поэтому мы должны сохранить статус ведущей европейской державы. Меланшон говорит: хватит подпитывать конфликт у дверей Европы европейским же оружием, это только затягивает дело и втягивает Францию в ненужную ей войну.

Тот факт, что с момента проведения президентских выборов популярность Макрона неуклонно падает, а Меланшона, наоборот, растёт, отчасти указывает на то, в какую сторону сейчас дрейфует общество. У меня вообще сложилось впечатление, что французы готовы броситься в объятия правых, а следом — в объятия левых, лишь бы не пустить Макрона. Но у того слишком большая инерция, поддержка элит, СМИ, крупного бизнеса и глобалистов. Обойти его в парламенте и получить большинство левым будет крайне трудно. Самый вероятный исход — потеснить Макрона, создать мощный оппозиционный блок в парламенте, который будет немного кусать и слегка мешать ему претворять в жизнь задуманные реформы. Но опять-таки всё будет зависеть от явки и степени мобилизованности французского электората.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.