В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

Адвокат заявил, что процесс в ICAO по MH17 не приведет к задержкам в рассмотрении дела

, 15 марта. /ТАСС/. Судебное разбирательство в Международной организации гражданской авиации (ICAO) по делу о крушении на не должно привести к задержкам в рассмотрении уголовного дела в . Об этом заявила во вторник ТАСС адвокат Сабина тен Дуссхате, представляющая интересы обвиняемого .

Видео дня

"Что касается разбирательства в ICAO - это не приведет к задержкам", - сказала она.

Однако, добавила адвокат, вокруг всей этой ситуации остается много вопросов. "Что если разбирательство завершится в пользу России, в то время как уголовное дело - нет? Или наоборот - если уголовное дело закончится оправданием, как это повлияет на процесс в ИКАО? А что по поводу другого европейского разбирательства, государственной жалобы [в ]? Мы поднимали все эти вопросы [в суде] много раз. Но, боюсь, пока не получили четких ответов", - заметила тен Дуссхате.

Нидерланды и объявили 14 марта, что направили заявление в ICAO с тем, чтобы начать судебное разбирательство для установления роли России в крушении самолета, следовавшего рейсом MH17. В документе утверждается, что РФ несет ответственность за инцидент, и содержится требование о выплате компенсации родным и близким погибших.

Пассажирский Boeing-777 компании "Малайзийские авиалинии", выполнявший рейс MH17 из в , разбился 17 июля 2014 года в Донецкой области Украины, в результате чего погибли 298 человек - граждане десяти государств. Совместная следственная группа в июне 2019 года объявила, что установила группу из четырех лиц, подозреваемых в причастности к инциденту. Это бывший глава ополченцев Донецкой Народной Республики (Стрелков) и его подчиненные , Олег Пулатов и . Судебный процесс над ними начался 9 марта 2020 года, их обвиняют в том, что они занимались доставкой зенитной установки "Бук" на Украину с территории РФ. Процесс проходит заочно, интересы Пулатова представляют два нидерландских адвоката. Для всех обвиняемых прокуратура потребовала пожизненного заключения.

Российские официальные лица неоднократно выражали недоверие к результатам работы следственной группы, указывали на безосновательность аргументов обвинения и нежелание использовать выводы в ходе расследования.