В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

Продолжение романа Андрея Угланова «Пробуждение троянского мустанга»

В предыдущих главах романа Андрея УГЛАНОВА «Пробуждение троянского мустанга». Спецслужбы двух стран – и начинают в начале 70-х годов прошлого века тайную операцию по перестройке своих политических систем. выбирает своим орудием . В США – это молодой перспективный политик Трамп. В КГБ придумали, как сделать их родственниками через сироту , чей дед и дед американца были родными братьями – немцами, один из которых погиб в 1943 году в , второй – эмигрировал в Америку. Но сирота и миллиардер об этом ничего не знают. Чтобы родство Трампа и Горбачёва состоялось, сменщик Андропова в КГБ принимает идею участника операции – поженить Андрея и дочь Горбачёва Ирину. Калугин находит в архивах спецслужбы ГДР Штази документальное подтверждение того, что Андрей Разин – внук погибшего в Крыму гитлеровского офицера Трумпа, родственника американца Трампа. В предлагаемом отрывке действие происходит в кабинете председателя КГБ СССР Чебрикова накануне официального визита Михаила Горбачёва в Пекин. Напоминаем, что все события, имена и названия полностью вымышлены. Действие романа «Пробуждение троянского мустанга» происходит в других галактиках или в параллельной реальности. РАБОЧИЙ день председателя КГБ СССР Виктора Михайловича Чебрикова начинался с чтения газет. Секретари и референты укладывали их аккуратными стопками на левой стороне рабочего стола. Сверху «Правда», затем «Известия», «Труд», «Аргументы и факты». Само собой, «Комсомольская правда» и «Московский комсомолец». Чебриков взял в руки орган , развернул первую полосу. В левой колонке, которую называли передовицей, стоял заголовок, не говорящий ничего: «Во имя мира и прогресса». Автор , «специальный корреспондент, Пекин». «Чего там Сева написал?» – заинтересовался генерал армии. Это он просил правдиста взять в Пекин «парнишку», поскольку давно знал Овчинникова, как и многих других ведущих журналистов. Ничего не объяснил, только сказал, чтобы Сева таскал его с собой, рассказывал о всё, что знает сам. Одним словом – хоть немного, самую малость наполнил «пацана» дальневосточными ароматами. На недоуменный взгляд Овчинникова намекнул, что это будущий зять одного из советских руководителей. Репортаж начинался обычной бурдой, которую страшно любили все аккредитованные за границей советские журналисты. «Накануне исторического визита Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачёва в КНР рано утром в Пекин прибыл передовой отряд советской делегации. С утра лил дождь, гремела гроза и дул ураганный ветер. Несколько деревьев в городе вырвало с корнем. Но уже к середине дня между свинцовых туч показалось синее небо, ветер стих и выглянуло солнце. Остатки недоверия между нашими странами, которое длилось почти тридцать лет, таяли на глазах». Чебриков любил статьи Всеволода Владимировича, он был из тех редких журналистов, кто мог вставить в самый скучный официальный текст что-то необычное. Нашлось для этого место и в «Во имя мира и прогресса». Сева писал, что второй великий кормчий после смело смотрит в будущее. Не брезгует и футурологами, предсказывающими будущее. Даже американскими. Назвал имя – . Генерал снял трубку телефона цвета слоновой кости и с гербом Советского Союза на диске. – Владимир Александрович, здравствуй! – Здравствуйте, Виктор Михайлович! – ответил его первый заместитель, начальник Первого главного управления КГБ СССР . – Сирота в Китае, вместе с Овчинниковым. – Знаю о каждом шаге, Виктор Михайлович, даже о том, что сирота в первый же день стащил из зала приёмов пирожки с мясом и его пиджак порвала собака. – Прошу вас, уберите из донесений всё негативное. Вдруг Первый заинтересуется. – Обязательно. Парень оказался любопытным и абсолютно лишён комплекса неполноценности. Даже пироги с мясом заворачивал в салфетки и прятал в пиджак открыто. – Владимир Александрович, что у нас на Тоффлера? – Уже подготовил доклад на основе донесений 1983 года. – Берите и несите ко мне в кабинет. Прямо сейчас. – Чебриков положил трубку и открыл вторую полосу «Правды». Затем отложил газету в сторону. В кабинет вошёл генерал Крючков. Подошёл к столу председателя и положил перед ним обычную папку с тесёмками, на которой было написано фиолетовыми чернилами: «Дэн Сяопин – Тоффлер». И дата: 12 мая 1983 года. – Наша агентура в секретариате ЦК КПК получила доступ к стенограммам их бесед. Всего семь. Ничего особо секретного Дэн американцу не говорил, больше слушал. Поэтому на расшифровке не было литеры «особо секретно» и даже «секретно». Дэн слушал, а Тоффлер пересказывал содержание своих книг. В США это профессия – футуролог. Толкователь будущего. – Догадываюсь, – коротко ответил Чебриков. Он уже развязал тесёмки папки и взял в руки листы с напечатанным на машинке текстом. – Обратите внимание на лист сопровождения, – обратился Крючков к председателю. На внутренней стороне папки был приклеен бумажный карман, из него торчал кусок плотной коричневой бумаги. На нём сотрудники архива указывали, кто и когда истребовал папку. На этом листе стояло двенадцать одинаковых подписей. «Юрий Андропов». Все датированы 1983 годом, когда Юрий Владимирович уже был секретарём ЦК и папку ему доставляли на Старую площадь. В тринадцатой графе стояло имя Крючкова. – Интересно, – проговорил в задумчивости Виктор Чебриков, – я уже был председателем КГБ, а он мне об этом – ни слова. Хотя о сироте я знал хорошо. От него самого. – Думаю, сам не понимал, что с этим делать. Тоффлер говорил о странных вещах. Скорее Юрий Владимирович интересовался прогнозами на будущее для работы генеральным секретарём. Стал уделять меньше внимания тяжёлой промышленности и оборонно-промышленному комплексу. Пытался протащить что-то абстрактное. Что – указано в стенограмме. Но не судьба. К тому же связь сироты с Китаем в том году была совершенно неочевидной, если это вообще не плод больной фантазии Калугина. Ни сирота, ни «невеста» ничего такого про иероглифы и змей не говорили. – Я Калугину верю, – произнёс Чебриков, – слишком давняя история. Да и на психа он не похож. Таких офицеров держать в , а не в поле – дорогое удовольствие. К тому же операция спланирована Андроповым. Значит, был и расчёт. – Калугин делает всё правильно. Лепит из Андрея музыканта, подвёл к «невесте». Удивительно, но у дочери Михаила Сергеевича с самой школы не было друзей. Ни мальчиков, ни девочек. Училась, читала книжки. Но когда увидела в Крыму Андрея, мгновенно изменилась, рассказала о нём Раисе Максимовне. Кстати, не знаю, говорил ли вам Калугин о втором инциденте с потерей ощущения реальности? В письменном отчёте я просил его это не указывать. – Говорил. Я просил дать справку о возможности «тройственного отключения сознания» генерала , руководителя в.ч. 10003. Он подтвердил, что магнитное излучение мозга может войти в резонанс с излучением другого человека. Возникнет пара, которая общается на ментальном уровне. Могут и три человека войти в резонанс, но это абсолютная редкость. Возникает лишь в том случае, если один из троих имеет громадную энергетику. Её «мощность» возрастает в разы, если подпитывается другими. Создаётся эффект сродни лазерному излучению, где накладываются волны и создаётся эффект резонанса. – Кстати, второй инцидент с «полётом» вновь завершился китайскими иероглифами. Если принять во внимание теорию генерала Савина, то один из них, самый мощный генератор излучения мозга, имеет некую ментальную связь с Китаем. – Крючков приподнял очки, в которых ходил всегда. – Я тут порылся. У Михаила Сергеевича и Раисы Максимовны «по Китаю» всё чисто. Там больше украинской крови. Калугин из чисто питерских. Как говорят, из коренных. – А что Андрюша Разин? Больше немец? – Немца там на четверть. Но обнаружилась гомеопатическая доза как раз китайской крови. – Не томи, Владимир Александрович. – Чебриков почти забыл про папку со стенограммами разговоров Тоффлера с Дэн Сяопином. – Мать Екатерины Барсуковой, той, что родила от немца Трумпа дочь Валентину, родилась в Желтороссии в 1903 году. Это место ещё называли Квантунской областью с центром в . Родилась от русского офицера и китаянки. Они, кстати, были женаты, китаянка приняла православие. – Час от часу не легче! – не удержался Чебриков. – А внукам отвечать за грехи отцов. – Так что эта история не только с американским уклоном. И с китайским тоже. Слава богу, послали сироту в Китай. Думаю, это скоро аукнется. Крючков замолчал. О чём-то думал и Чебриков, но первым прервал молчание: – Давай полистаем твоего Тоффлера. Кстати, через две недели Михаил Сергеевич летит в Пекин. Надо бы ему приготовить короткую записку о том, чем американец подцепил Дэн Сяопина. Горбачёв и Дэн встречаются. Китайцы активно готовятся. Виктор Михайлович вновь взял листочки стенограммы разговора американца с китайским лидером. Главное, о чём он прочитал за несколько минут, было то, что индустриальная эра заканчивается. Заводов и фабрик построено столько, что они уже мешают друг другу. Наступает эра новых технологий. А вся грязь из стран золотого миллиарда перемещается в страны третьего мира. Главный кандидат – как раз Китай. Он должен в ближайшие 30–40 лет стать мировой фабрикой. Американец без конца повторял термин «Третья волна». Она остановит разрушение природы, избавит мир от гор мусора на земле и в океанах. После начала промышленного развития сельского хозяйства и вонючей и грязной индустриализации, в которой погряз Советский Союз, грядёт эра компьютеров и коммуникаций. Но одна мысль американского футуролога чрезвычайно насторожила генерала армии Виктора Чебрикова. Тоффлер ездил по мозгам товарища Дэна с подозрительной идеей «революции власти». Мол, всё меняется – от техники до культуры, а власть продолжает структурироваться по-старому. Кто сильнее – тому и власть. Тоффлер и не думал употреблять такой термин, как «идеология». Чебриков листал страницы стенограммы и всё ждал, когда Дэн размажет американца по стенке – как это без идеологии? А социализм? А коммунизм? Нет! Американец долдонил о каких-то знаниях. О том, что главным капиталом самого недалёкого будущего станут научные знания. Они, в свою очередь, не будут доступны без образования – как в школах, так и в институтах. У кого мозги – тот и хозяин, у того и власть! – Ишь как наяривает! – обронил генерал и сложил листочки в папку. – Предлагаю всё же сделать записку Михаилу Сергеевичу. Дэн говорит об образовании направо-налево. Его в Китае сегодня мало кто понимает. А он при делах. Знает французский язык и русский вполне сносно. Учился в Париже и Москве. Будет о чём Михаилу Сергеевичу с ним поговорить. Они с Раисой Максимовной окончили . Это мечта любого китайца. – Передам с другими документами. Михаил Сергеевич любит знакомиться с документами в самолёте, во время перелёта. – И не забудьте дать короткую справку, что это за птица такая – Элвин Тоффлер. Из еврейской семьи эмигрантов из Российской империи. Тоже приятно. *** Правительственный Ил-62 готовился к взлёту. Горбачёвы и члены делегации заняли места. Самолёт ещё не сдвинулся с места, когда из-под пола послышались глухие удары. В грузовом отсеке происходило непонятное. – Спросите у командира, чего не летим, – сказал Горбачёв помощнику, занявшему место у двери в салон членов делегации. – Грузим костыль, – не задумываясь ответил помощник. – Что за костыль? – Горбачёв в недоумении поднял брови. – Такая труба на колёсиках. Чтобы тягач вытолкнул Ил-62 на полосу, ему нужен костыль. Его цепляют к переднему шасси и тянут самолёт на полосу. Кроме советских аэропортов, в том же Китае, таких костылей нет. Поэтому возим с собой. Вот погрузим его в грузовой отсек и взлетим. Раиса Максимовна никак не отреагировала на сообщение о костыле. Президент СССР удовлетворился объяснением, достал из чёрного кожаного портфеля стопку документов и положил их на стол. Салон президентского отсека выглядел богато и необычно. Деревянная отделка, диван, обеденный стол и глубокие кресла. Вместительный туалет и душ. Для того чтобы поспать, отгорожен отдельный сегмент. Раиса Максимовна была явно чем-то удручена. Муж очень чутко ловил настроение супруги и наконец не выдержал. – Раиса, ты что-то забыла? – Нет-нет! Всё собрано для командировки. Как всегда – носки, маечки и трусы в отдельном чемодане. – Тогда в чём дело? – Он отошёл от письменного стола и сел на кресло рядом с женой. – Миша, мне кажется, у Ирины появился молодой человек. – Она стрельнула глазами на мужа, ожидая его реакции. – Наконец-то! – Михаил Сергеевич откинулся на спинку кресла. – Давно этого ждал. А то погонят меня из партии или из ЦК, женихов днём с огнём не найдёшь. Будут бегать как чёрт от ладана. – Что ты такое несёшь? Кто же тебя выгонит! – Многие хотят. А кто жених? Я его знаю? – Боялась тебе говорить. – Африканец? Пьяница? Пижон? – начал он перечислять свои представления об ужасе. – Нет, не африканец. – Так кто, не томи! Неужели еврей? Тоже хорошо. – Помнишь, Ира была ещё маленькая, мы первый раз привезли её к маме – Марии Пантелеймоновне? – Как не помнить, чуть не погибла. – Жених – тот самый Андрюша Разин. Сирота-детдомовец, это он потащил Иришку на реку, где её змея укусила. – Подожди-подожди! – Лицо Горбачёва начало наливаться кровью. Он закинул голову вверх и широко открыл рот. Он так делал, когда казалось, что давление подскакивает до опасного предела. – Это тот змеёныш? Ну это мы ещё посмотрим! Он встал с кресла и вернулся к письменному столу. Сел, пристегнулся ремнями безопасности, начал беспорядочно перебирать бумаги. – Когда садимся в Пекине? Сколько времени будет по-местному? – вновь обратился к помощнику. – Михаил Сергеевич, вы забыли, наверное. Первая посадка в . Акклиматизация и собрание с партактивом. Плюс посещение строительной площадки особого района в заливе Креста в Беринговом море. – Да-да. Совсем вылетело из головы. – Он отложил в сторону «китайскую стопку» документов и положил перед собой «чукотскую». Члены Политбюро давно интересовались, что происходит на Чукотке в заливе Креста. Ещё при Андропове в морской порт Анадыря начали забрасывать морские транспорты со стройматериалами, тяжёлой техникой, готовыми жилыми домами. В ЦК не догадывались, что делают военные строители в «жопе мира». Никто и не интересовался. В последние годы, когда денег в бюджете становилось всё меньше, Горбачёв начал злиться – что за чёрная дыра высасывает из миллиарды рублей? Но, кроме финансовых отчётов по работе строителей, о «Проекте Андропова» не знал никто. Пора было с этим кончать. Наконец все четыре двигателя правительственного Ил-62 взревели, самолёт сдвинулся с места и рванул по взлётной полосе. О предстоящей свадьбе дочери супруги не проронили ни слова до самого Анадыря. Уважаемые читатели романа «Пробуждение троянского мустанга»!Вы можете посмотреть первые десять серий первого сезона сериала, снятого автором романа Андреем Углановым.Для этого нужно:1. Включить компьютер.2. Вбить в поисковом окне YouTube: «Пробуждение троянского мустанга».Исполнитель главной роли, музыкальный и литературный редактор – главред еженедельника «Аргументы недели».Счастливого просмотра!

Продолжение романа Андрея Угланова «Пробуждение троянского мустанга»
Фото: Аргументы НеделиАргументы Недели