В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

«Доколе? – До Коли!»: Лукашенко успокоил – передачи «трона» по наследству не будет

Президент опроверг слухи о передаче власти старшему сыну . Об этом сообщает БЕЛТА в своем Telegram-канале.
«Доколе? – До Коли!»: Лукашенко успокоил – передачи «трона» по наследству не будет
Фото: Свободная прессаСвободная пресса
Ранее сайт Национального олимпийского комитета (НОК) республики сообщил, что на отчетно-выборном Олимпийском собрании новым руководителем спортивной организации избран старший сын президента, его помощник по национальной безопасности Виктор Лукашенко. Он сменил на этом посту своего отца, который был президентом НОК с мая 1997 года.
«И, самое главное, много ж вы слышите разговоров: транзит власти, вот тут сейчас Лукашенко-старшему как минимум передаст власть, он будет править в стране. Я часто говорил, что в нашей семье это никогда не обсуждалось и обсуждаться не может. Потому что ни один мой ребенок президентом в Белоруссии не будет после меня. И Виктор, если вы его изберете, не будет государственным служащим», — подчеркнул Батька.
Он также добавил, что Виктор в связи с новой должностью будет уволен с должности помощника президента по национальной безопасности «со всеми вытекающими отсюда последствиями». Виктор Лукашенко занимал пост первого вице-президента Национального олимпийского комитета с ноября 2019 года.
Как понимать нынешнее заявление белорусского лидера? Дыма без огня не бывает? Вариант передачи сыну, которым постоянно пугает оппозиция, всерьез рассматривался?
— Такой сценарий присутствовал, как минимум, в умах определенной части белорусов, — считает политолог, руководитель экспертного совета Фонда стратегического развития .
— Причем я бы не сказал, что это оппозиционно настроенная к президенту часть общества. Напротив, многие его сторонники, которые благодарны президенту за годы стабильности и развития, рассчитывали на продолжение «золотого века» Белоруссии и на то, что в случае ухода Лукашенко от руководства страной пост президента займет какой-то из его сыновей. При этом большинство склонялось даже к тому, что речь идет не о старшем, а о младшем сыне Николае. Даже мем на этот счет сложился: «Доколе? – До Коли!» В том смысле, что Александр Григорьевич будет у власти до тех пор, пока его место не займет сын Николай.
«СП»: — А как бы в целом общество отнеслось к престолонаследию? В вон нормально же восприняли
- Повторюсь: сторонники Лукашенко приняли бы такой сценарий как естественный ход событий. При этом противники действующего президента, конечно, мягко говоря, не одобрили бы возникновение президентской династии. Сравнение с Азербайджаном некорректно. И дело даже не в разной ментальности белорусов и азербайджанцев, а, в том, что азербайджанское общество пока на этот счет внешние силы сильно не раскачивали. Углеводороды в каком-то смысле защищают суверенитет Азербайджана и обеспечивают его право на выбор собственного пути развития. У Белоруссии подобной защиты нет, поэтому она постоянно подвергается нападкам со стороны.
«СП»: — А «армянский вариант» не прокатит? Который, кстати, в и не прокатил, когда Саргсян попытался, изменив конституцию, пересесть в кресло премьера
— За короткий промежуток времени Белоруссии просто технически не удастся стать парламентской республикой, в которой пост премьера значит больше президентского поста. По той простой причине, что для этого Белоруссии необходимо иметь полноценную многопартийную систему, партийные фракции в парламенте и прочие институты. Этого сейчас нет, и так быстро подобные условия не создаются.
«СП»: — А может, Лукашенко больше подошел бы казахский вариант? Есть ли у него человек, которого он мог бы посадить президентом, сохраняя рычаги управления в другой должности?
— Это более приемлемый вариант для Белоруссии, но риски предательства элит все равно сохраняются. Особенно в условиях внешнего давления. Сегодня только Путин может гарантировать комфортный и безопасный уход от власти Лукашенко. Поэтому Лукашенко надо бы искать ответ не в рамках Белоруссии, а в рамках Союзного государства и его институтов, в развитии которых заинтересован и Путин. Политическая карьера Лукашенко может быть продолжена вследствие более плотной интеграции России и Белоруссии в одном из управляющих органов Союзного государства.
«СП»: — Лукашенко обещал, что реформа власти будет в любом случае, и что он уйдет с поста президента. Означает ли это, что вариант остаться еще на один срок однозначно не рассматривается?
— Думаю, вариант еще одного срока Лукашенко, конечно, рассматривает, но произойдет все в итоге согласно сценарию интеграции. Новой политической позицией Лукашенко станет значимый пост в институтах Союзного государства.
— Не думаю, что кто-то может точно сказать, рассматривался такой вариант или нет, потому что открытой информация по этому вопросу отсутствует, — говорит белорусский политический обозреватель Кирилл Озимко.
— Но в целом такая версия гуляет и в информационном пространстве, и в народе. Она может быть вызвана как тем, что для правителей такого авторитарного типа может быть характерно передавать власть своим детям (например, Алиевы в Азербайджане), так и тем, что старшие сыновья Лукашенко уже длительное время занимают руководящие посты в государстве.
Но Лукашенко периодически опровергает такие планы. Что произошло и сегодня. Это уже не первое его заявление по поводу отсутствия планов передавать власть детям.
«СП»: — Чисто теоретически имеет ли шанс кто-то из сыновей Лукашенко выиграть выборы?
— Сложно сказать – политические рейтинги сыновей Лукашенко в Белоруссии не считают. Но электоральная база у них будет примерно та же, что и у действующего президента. Экс-директор Института социологии НАН Белоруссии Геннадий Коршунов указывал, что весной 2020 года уровень доверия к Лукашенко составлял 33,5% по республике. Электоральная база, возможно, примерно столько и составит.
Сторонники перемен, альтернативных кандидатов точно не будут голосовать за преемника Лукашенко, кто бы им не был.
«СП»: — Азербайджанский сценарий транзита в Белоруссии невозможен? А казахский?
— Мне кажется, в сами до конца не определились, как именно может пройти транзит, и необходим ли он ей вообще. Пока власть всячески даёт понять, что транзита ждать не стоит власти как минимум до следующих президентских выборов до 2025 года.
В частности, еще осенью, в разгар протестов, Лукашенко говорил о вероятности досрочных выборов после конституционной реформы, но с тех пор тема не поднимается. Наоборот, прорабатываются планы управления и программы до 2025 года.
Протесты в стране подавлены, власть ссылается на официальные выборы, где по данным у неё 80% голосов. Тем самым она намекает, что нет никакой необходимости в досрочном транзите.
Если же будет форс-мажор, дестабилизация, тогда могут рассматриваться варианты транзита власти. И наиболее вероятной кажется казахская модель, когда Лукашенко уйдет с поста президента и возглавит какой-то орган управления, например, Всебелорусское народное собрание (вероятно, для этого и может быть инициировано придание ему конституционного статуса).
«СП»: — Лукашенко может довольствоваться декоративной должностью?
— Вряд ли. Ему важно сохранять контроль над ситуацией. Лукашенко неоднократно высказывал опасения за развитие событий в стране, если он потеряет этот контроль. В частности, на Всебелорусском собрании он заявил, что одним из условий его ухода должны стать гарантии безопасности.
«СП»: — А как в России воспринимают эту проблему?
— В России понимают, что у неё нет альтернативы в Белоруссии. Это Запад взращивал там своих политиков и добился того, что поголовно вся оппозиция работает в интересах и . Россия же делала ставку исключительно на действующую власть. С гражданским обществом, с политическими партиями вообще не вела работу. Поэтому в республике нет пророссийской оппозиции, и Кремлю не с кем вести диалог, кроме действующего президента.
Что же касается возможного преемника, Москва крайне заинтересована, чтобы он был лоялен всем союзническим соглашениям с Россией. Но назначение преемника со стороны Лукашенко не решит политический кризис, и тогда вероятно продолжение и даже усиление протестов. Так что, ситуация для России в сфере будущего Белоруссии очень сложная.