Войти в почту

Daily Mail (Великобритания): как Швеция стала раем для гангстеров

Daily Mail (Великобритания) разрушает традиционно позитивный образ Швеции: «Всего пять лет назад Швеция приветствовала беженцев с распростертыми объятиями, но криминальные кланы с Ближнего Востока, из Северной Африки и с Балкан стали причиной резкого скачка преступности в некогда мирных шведских городах». А вот и статистика: за год 257 взрывов, сотни перестрелок. Полиция, оказавшаяся в руках политкорректного правительства, не в силах что-либо сделать. Премьер-министр Швеции отрицает, что волна насилия связана с мигрантами, но полиция нарушает «обет молчания» на эту тему.

Как Швеция стала раем для гангстеров
© © AFP 2020, STIG-AKE JONSSON / TT NEWS AGENCY

— Руководство шведской полиции предупреждает, что оно не в состоянии сдержать рост преступности мафиозных кланов.

— Политики на протяжении десятилетий отказывались признавать, что источником преступности и насилия являются общины мигрантов.

— Сейчас проблема стала настолько серьезной, что правоохранительные органы заговорили об этом вслух, обвинив во всем массовую иммиграцию.

— В прошлом году в Швеции прогремело 257 взрывов, а также имели место сотни перестрелок. За последние три года только один месяц прошел без убийств, совершенных бандами.

— В августе в Гетеборге произошел из ряда вон выходящий случай, когда самая известная мафиозная семья, банда Али Хана, возвела в северо-восточной части города заграждения на дорогах с целью поиска членов конкурирующей с ними банды.

— Начальник полиции Гетеборга Эрик Норд заявил MailOnline: «Нам нужно больше полицейских, чтобы срочно переломить ситуацию. Иначе страна превратится в рай для гангстеров».

Мафиозные банды мигрантов терроризируют улицы Швеции, взрывая бомбы и убивая людей. Руководство полиции этой самой либеральной европейской страны вынуждено признать, что оно не в состоянии обеспечить закон и порядок.

Всего пять лет назад Швеция приветствовала беженцев с распростертыми объятиями, но криминальные кланы с Ближнего Востока, из Северной Африки и с Балкан стали причиной резкого скачка преступности в некогда мирных шведских городах. По словам полиции, только в прошлом году в Швеции прогремело 257 взрывов и произошло свыше 300 перестрелок.

В августе в Гетеборге произошел из ряда вон выходящий случай, когда самая известная преступная семья, банда Али Хана, возвела в северо-восточной части города заграждения на дорогах и стала светить фонарями в салоны проезжающих машин с целью поиска членов конкурирующей с ними банды.

Полиция разрушила эти блокпосты и произвела 20 арестов. Но в характерной для Швеции «мягкой манере» подозреваемые были освобождены, так как прокуратура решила, что никаких законов они не нарушали.

Давая эксклюзивное интервью вебсайту MailOnline, начальник полиции Гетеборга Эрик Норд (Erik Nord) заявил:

«У этих преступных кланов совершенно другая культура, в силу чего с ними очень трудно бороться обычными полицейскими методами». «Нам нужно больше полицейских, а наши суды и тюрьмы надо усиливать, чтобы срочно переломить ситуацию. Иначе страна превратится в рай для гангстеров», — добавил он.

Премьер-министр Швеции Стефан Левен (Stefan Löfven) неизменно отказывается признавать, что за волной насилия стоят мигранты. Однако ситуация выходит из-под контроля, и полицейские нарушают обет молчания на эту тему.

«Два года назад, если люди связывали иммиграцию с преступностью, как я делаю сейчас, их обвиняли в расизме, — сказал Норд. — Но система взглядов меняется».

В прошлом месяце заместитель начальника шведской полиции Мэтс Летвинг (Mats Löftving) назвал 40 мафиозных кланов, которые приехали в Швецию с «единственной целью — создать организованную и системную преступность».

Его комментарии прозвучали после инцидента с дорожными заграждениями. Это была междоусобица, возникшая после того, как группировка под названием банда Бака застрелила члена скандально известной группировки Али Хана.

Шведская полиция и средства массовой информации называют семейство Али Хана мафиозной организацией, хотя его члены утверждают, что судимость нескольких человек не доказывает существовании приступной организации.

За последние два года у членов этой семьи было свыше 200 вызовов в полицию, однако во многих случаях заявители по какой-то загадочной причине забирали свои жалобы.

Давая показания в суде, начальник местной полиции Ульф Мерландер (Ulf Merlander) сказал:

«Банда Али Хана активно занимается преступной деятельностью на протяжении ряда лет. Эти люди уже долгое время оказывают негативное воздействие на местное общество». «Если посмотреть на эту семью, то примерно 60 из 120 человек старше 15 лет. Около 40 из них мужчины, а у 30 с лишним человек есть судимости». Мерландер добавил: «Члены банды совершают такие преступления как убийства, вымогательства, изнасилования, нанесение телесных повреждений, противозаконные угрозы, преступления с наркотиками, незаконное ношение оружия».

По данным полиции, член банды Бака не знал, что он стреляет в члена банды Али Хана. Бандиты решили отомстить, и нападавший был застрелен из машины на ходу.

Готовясь к дальнейшей эскалации, бандиты Али Хана возвели блокпосты в целях самообороны и начали останавливать все проезжавшие по их территории машины, проверяя их на наличие бандитов из враждебного клана.

Шведская полиция и средства массовой информации называют клан Али Хана самым грозным и жестоким, а также типичной мафиозной группировкой из числа действующих в стране. Он входит в более крупный клан, состоящий из семи родственных семей, и имеет отделения в Дании, Германии и Ливане. Семью Али Хана считают смотрящими этого клана.

Главой этой семьи называют 63-летнего Хашима Али Хана. Он приехал в Швецию в 1984 году с пулей в спине как беженец от гражданской войны в Ливане, и поселился на тупиковой улочке в тихом предместье Ангеред на северо-востоке Гетеборга. Этот дом стал центром территории его семьи.

В этом современном уединенном доме для среднего класса немощный пенсионер с длинной седой бородой регулярно принимает посещающих его пожилых родственников. Каждую пятницу он ходит в близлежащую мечеть, где моляться, а также учат боевым искусствам и другим наукам.

В 2019 году этого пенсионера дважды арестовывали (один раз из-за пулемета, найденного в ходе обыска), но его ни разу не осуждали за совершение преступлений. В прошлом году Али Хана не стали судить за хранение оружия, потому что его несовершеннолетний внук пришел в полицейский участок и заявил, что незаконное оружие принадлежит ему.

Пятерых из семи его детей, а также троих их супругов осудили за совершение уголовных преступлений, в том числе, за убийства, наркотики, угрозы полиции, нанесение тяжких телесных повреждений и препятствование правосудию.

Его среднего сына 38-летнего Ибрагима поймали в прошлом году, когда он контрабандой ввозил в город слезоточивый газ и кастеты с лезвиями. Его младший сын 33-летний Абдельбасет застрелил 18-летнего чилийца, отомстив ему таким способом.

Девять из 34 внуков имама также признали виновными в совершении преступлений. Например, 28-летний Халил совершил разбойное нападение, попытку ограбления, препятствовал правосудию, совершил кражу и несколько преступлений, связанных с наркотиками. Его 22-летний брат Хашим отбыл два тюремных срока за наркотики, нанесение тяжких телесных повреждений и препятствование правосудию.

Семья Али Хана и блокпосты в Гетеборге это только верхушка айсберга. Кроме 40 кланов в стране имеются сотни небольших банд, между которыми часто возникают конфликты. За последние три года только один месяц прошел без убийств, совершенных бандами. В Швеции сегодня совершается в 10 раз больше убийств, чем в Германии.

Этим летом под Стокгольмом от шальной пули погибла 12-летняя девочка. В Гетеборге был похищен и избит учитель, сообщивший в полицию о двух вооруженных людях, подошедших к его школе. В том же городе в 2016 году от взрыва ручной гранаты погиб восьмилетний британский ребенок, приехавший в гости.

В прошлом месяце иностранные студенты, приехавшие по обмену в Даларнский университет в город Бурлэнге, что в центральной части Швеции, попросили переселить их из района, где в основном проживают иммигранты. Они объяснили это тем, что там часто происходят перестрелки, грабежи, нападения с применением холодного оружия, изнасилования и поджоги школ.

Эти студенты жили в районе Тьярна Ангар, где очень высок уровень преступности, и где проживает большое количество мигрантов из неспокойных стран типа Сомали, Афганистана и Ирака.

В письме руководителям университета от имени союза иностранных студентов индийская студентка Муфассирин Ахмед (Mufassireen Ahmed) написала:

«Студенты расстраиваются при мысли о том, что в месте своего проживания они становятся свидетелями войны. Это вызывает у них глубокую депрессию».

Ее друзей неоднократно грабили, а одного ранили ножом, когда он отказался пустить незнакомых людей в свою комнату, написала студентка.

Некоторые студенты стали свидетелями нападений с применением холодного оружия и слышали выстрелы, занимаясь в своих комнатах. Кое-кого из них это заставило отказаться от учебы и покинуть Швецию.

«Среди студентов преобладает мнение, что они не чувствуют себя живущими в Швеции. Они не слышат шведский язык, не могут познакомиться с культурой и традициями. У них такое ощущение, что они живут в условиях сегрегации в изолированном квартале», — написала Муфассирин Ахмед.

Она также сообщила о череде «унизительных грабежей», когда юных жертв избивают, унижают и насилуют, причем делают это в основном молодые мигранты.

От них в страхе разбегаются традиционные преступные группировки, такие как «Ангелы ада», которые на протяжении десятилетий контролировали организованную преступность в стране.

Швеция, которую давно считают самым открытым в мире обществом, начала пускать к себе просителей убежища в 80-е годы, а во время всплеска миграции в 2015 году приняла наибольшее количество мигрантов в Европе.

Семья Али Хана и прочие утвердившиеся в Швеции кланы приехали в страну с первой волной массовой миграции 30 лет назад. Эта семья ведет свое происхождение из Палестины и из Мардина, что на юго-востоке Турции. Но в прошлом веке она перебралась в Ливан, а оттуда в северную Европу.

Люди, прибывающие в последнее время, приспосабливаются к бандитской культуре. Уроженец Сирии Оудай Альвакед (Ouday Alwaked), например, вступил в семейство Али Хана в качестве рядового бойца. По данным полицейских источников, он верой и правдой служил Фади Али Хану до тех пор, пока его два года назад не посадили в тюрьму, потому что он ударил соперника ножом в шею.

Руководство полиции рассказало MailOnline о своей обеспокоенности тем, что сирийцы и прочие новые мигранты начинают создавать собственные преступные группировки, которые когда-нибудь бросят вызов бандам типа Али Хана.

По словам Норда, этих преступников влекут в страну государственные подачки.

«Почему они решили поселиться в Швеции? Это же очевидно», — сказал полицейский. «Криминальные сети могут эксплуатировать нашу щедрую систему социального обеспечения и наше доверчивое общество. Половина выплат инвалидам уходит к бандам, которые используют мошеннические приемы. Иногда они разводятся, чтобы государство дало им еще одну квартиру, а потом въезжают обратно со своими бывшими женами, а полученное жилье сдают». «Когда существующая на Ближнем Востоке, в Северной Африке и на Балканах клановая система была перенесена в Швецию, где очень высок уровень социального доверия, она мутировала и превратилась в организованную преступность». «Мы видим, как мигранты на несколько месяцев уезжают из страны, а потом возвращаются в инвалидной коляске и начинают требовать пособия по инвалидности. Так начинается эксплуатация». «Это ужасно, потому что силы и средства полиции расходуются на решение проблемы, которую мы сами создали».

Инспектор Ульф Бестрем (Ulf Böstrom), возглавляющий в Гетеборге подразделение по интеграции и проработавший в полиции 42 года, рассказал MailOnline, что отказ от полицейского патрулирования на улицах в 80-е годы привел к возникновению вакуума, который заполнили банды мигрантов.

«Когда кота нет дома, мыши начинают плясать на столе, — сказал он. — В Швеции кота нет уже 30 лет. А поскольку полиция улицы не патрулирует, мы не можем показать вновь прибывшим, где находятся правовые границы дозволенного». «У кланов есть кодекс молчания. Они не доверяют шведским властям и не захотят с нами разговаривать. У нас в одном только Гетеборге 184 национальности. Кланы видят в белых шведах обычный клан, который, так уж получилось, управляет органами власти в стране. У нас был план интеграции, который совершенно очевидно потерпел неудачу. Навести порядок будет очень сложно. В преступных семьях на шведской земле родилось целое поколение молодых людей, которые считают себя неприкасаемыми».

Этот ветеран полиции добавил:

«Мы сами в этом виноваты, однако политики в этом не признаются. Мы не можем решить проблему методами слежки и наблюдения или наведением порядка по военному образцу. Если полиция не патрулирует улицы, как мы сможем интегрировать эти параллельные общества?» Автор книги о банде Али Хана «Семья» (The Family) Джоанна Бэкстрем Лернеби (Johanna Bäckström Lerneby) сказала: «Нормальные шведы доверяют государству, полагая, что оно о них позаботится и обеспечит им безопасность. Но кланы доверяют только собственным семьям. Для них семья важнее жизни и смерти. Государство не имеет значения. С полицией они не разговаривают. Они живут в другом мире».

По словам Лернеби, преступные банды обрели такую силу, что могут даже покупать адвокатов.

В этом году был оштрафован адвокат Эдип Сэмюэлсон (Edip Samuelsson), который помог двум членам банды согласовать свои показания, когда они находились в предварительном заключении в ожидании суда за преступления с наркотиками.

В отличие от других банд, кланы связаны кровью и работают в соответствии со строгой семейной иерархией. Война с бандой Бака закончилась, когда старшие члены группировки Али Хана провели в пятизвездочном отеле «Кларион» в центре Гетеборга встречу по примирению. Отель находится всего в 400 метрах от главного полицейского участка Гетеборга.

Банда Бака согласилась заплатить значительные репарации во избежание дальнейшего насилия, о чем рассказали полицейские источники.

Шведские власти ограничились лишь тем, что взяли на учет одного из несовершеннолетних внуков Хана, который присутствовал на этой возмутительной встрече.

«Можно подумать, что это хорошо, когда две стороны мирятся, однако полицию это еще больше встревожило, — сказал инспектор Бестрем. — Значит, теперь они будут работать вместе незаметно для полиции, и мы не сможем узнать, чем они занимаются».