Lenta.ru 29 мая 2019

Как мексиканские наркобароны получают власть над нефтью, золотом и целыми странами

Фото: Alan Ortega / Reuters
Кокаин, героин, широкий выбор синтетических наркотиков — мексиканские наркокартели контролируют производство и продажу почти всех наиболее известных запрещенных веществ. Это позволило им добиться невиданного могущества и превратить собственную страну в территорию уличных войн и чудовищной коррупции, о чем мы писали в предыдущей статье. Но плох тот барон, который не мечтает стать королем. Со временем наркокартели решили подмять под себя добычу полезных ископаемых, миграционные потоки и нефтяные доходы — то есть практически все значимые источники доходов. «Лента.ру» разбиралась, как картели подчиняют себе Мексику и всю Латинскую Америку.
В России употребление и распространение наркотиков запрещено законодательством. Данный материал не пропагандирует продажу и распространение наркотических веществ. «Лента.ру» призывает избегать употребления наркотиков.
Ресурсные короли
Взяться за ресурсы наркобароны решили не от хорошей жизни — власть борется с ними, и доходы от «традиционного» бизнеса снижаются, хотя и политического, и силового влияния у них пока хватает. Вот уже более десяти лет круг «деловых» интересов наркокартелей охватывает горную добычу — ее продукция является важной частью мексиканского экспорта.
Участвуют картели в этой отрасли по-разному: в одних случаях они взимают «квоты» с каждой тонны добытого минерала, в других — заставляют владельцев шахт использовать принадлежащий наркодельцам автотранспорт для перевозки сырья или передавать им свои лицензии на разработку того или иного месторождения. Не гнушаются бандиты и прямыми захватами шахт. Впрочем, иногда сами горнодобывающие компании вступают в сговор с организациями наркотрафика ради взаимной выгоды.
Наркотрафиканты четко заявили свои «права» на добычу железа и каменного угля. Здесь особо преуспели картели «Лос Кабальерос Темплариос» и «Лос Сетас». Первый «специализируется» на незаконной продаже железной руды, которую «экспортирует» в Китай через порт Ласаро Карденас. Например, в 2012 году Мексика экспортировала восемь миллионов тонн железной руды, из которых два миллиона тонн были вывезены незаконно.
В свою очередь «Лос Сетас» занят незаконной добычей каменного угля в основном в северо-восточном штате Коауила, где расположены крупнейшие запасы этого полезного ископаемого в Латинской Америке. Добытый уголь через посредников продается легальным компаниям, в том числе государственным. Подобная ситуация сложилась и в ряде других штатов страны. Незаконный сбыт железа и угля приносят картелям неплохие барыши: в 2013 году их совокупный доход составил 100 миллионов долларов.
Не обошли картели вниманием и золото. Шесть наркогруппировок контролируют добычу этого ценного металла в штатах Чиуачиуа, Герреро, Мичоакан, Морелос и Тамаулипас. Причем контроль осуществляется в форме банального вымогательства: по данным мексиканских правоохранителей, компании вынуждены платить бандитам от 11 тысяч до 37 тысяч долларов ежемесячно, чтобы просто нормально работать. Кроме того, «индивидуальные взносы» требуют даже у простых рабочих и служащих горнорудных компаний. С непокорными жестоко расправляются — в 2015 году в штате Герреро троих работников компании Goldcorp похитили, пытали и убили.
Картели не брезгуют и обычным разбоем, просто-напросто нападая на шахты. За период с 2008 по 2012 годы они силой «реквизировали» золото на три миллиона долларов. Полученный незаконным путем драгоценный металл картели используют в качестве средства платежа во взаимных расчетах.
Прибыльным делом оказалась и торговля краденым бензином, который воруют прямо из труб на стадии перекачки с нефтеперерабатывающих заваодов. В 2014 году мощным импульсом стало реформирование нефтяной отрасли администрацией Энрике Пеньи: тогда государство отказалось от монополии на нефть и пустило в отрасль частный капитал, в том числе иностранный. Субсидирование цен на бензин отменили, и они взлетели на четверть — подпольная торговля топливом по ценам ниже рыночных неожиданно стала очень прибыльной.
Феномен кражи топлива получил название «уачиколео». Поначалу «уачиколео» стали заниматься и стар и млад: в 2009-2016 годах на трубопроводах страны насчитали более девяти тысяч «врезок» — в среднем одна врезка на каждые полтора километра, учитывая что протяженность всех трубопроводов страны составляет около 14 тысяч километров.
Вскоре эту довольно прибыльную деятельность «подмяли» под себя наркокартели. В отношении конкурентов они действуют привычными способами угроз и террора. Примером служит город Саламанка в штате Гуанахуато, который в последние годы захлестнула волна кровавых разборок —наркобароны расчищают себе поле.
В настоящее время «уачиколео» уже поставило под угрозу нормальное функционирование топливной отрасли. В первые 10 месяцев прошлого года было зафиксировано 12 тысяч нелегальных заборов бензина. Больше всех оказались затронуты штаты Керетаро, Гуанахуато, Идальго, Мичоакан, Халиско. Борьба с этим явлением стала одним из приоритетов нового президента Мексики Андреса Мануэля Лопеса, которому пришлось задействовать для этих целей армейские подразделения.
Другим важным источником доходов мексиканских наркогруппировок стала нелегальная миграция. Как известно, через Мексику пролегает транзит нелегальной миграции из стран Центральной Америки в США. Ежегодно десятки тысяч жителей региона — в основном молодежь из Гватемалы, Гондураса и Сальвадора — стараются пробраться в Соединенные Штаты в поисках лучшей доли.
Чтобы преодолеть маршрут без трудностей, они прибегают к помощи профессиональных «проводников». Эти беспринципные дельцы не только взимают непомерные тарифы, но зачастую перепродают на границе своих клиентов мексиканским наркокартелям. Те используют их в качестве рабов на тех же рудниках, держат в заключении с целью получения выкупа от родственников или заставляют вливаться в свои ряды.
Часто нелегалов просто похищают по дороге. Больше всех в этом преуспел картель «Лос Сетас»: в 2010 году его участники перехватили крупную группу из семи десятков мигрантов. Пленникам было предложено вступить в банду, однако они отказались и были расстреляны — все 72 человека.
За последние годы в Мексике бесследно исчезли 120 тысяч беженцев — многих из них регулярно находят в тайных захоронениях. На данный момент обнаружены 40 тысяч неопознанных трупов выходцев из стран Центральной Америки. Большинство тайных захоронений расположены на путях следования мигрантов — в штатах Табаско, Веркрус и Чьяпас.
Расслабленные государства
Наркокартели не могли бы стать столь могущественными без благоприятных условий: тотальной коррумпированности госаппарата, слабости государственной власти на местах, бедности и нищеты большинства населения. Мексика славится коррупцией, которая пронизывает не только правоохранительные органы, но и все уровни государственно-политической системы.
Успешный старт мексиканского наркобизнеса в 1990-е годы был во многом обеспечен тем, что заправилы наркотрафика сумели «купить» до 80 процентов персонала следственных органов и федеральной полиции. По данным американских профильных ведомств, в первой половине 1990-х на эти цели были потрачены порядка 30 миллиардов долларов.
При этом планка неизменно повышалась — наркобароны искали выход на высший уровень государственной иерархии. Бывший президент страны Карло Салинас де Гортари за время своего правления в 1988-1994 годах сколотил состояние почти в миллиард долларов, а после окончания полномочий бежал из страны. Его брат Рауль перечислил на свои швейцарские счета десятки миллиардов долларов. В 1995 году швейцарские власти задержали супругу Рауля при попытке снять со счета 83 миллиона долларов с использованием подложных документов. Известно также, что помощник де Гортари был связан с картелем «Гольфо».
Коррумпированность политиков и должностных лиц облегчили процесс проникновения и закрепления мексиканских наркокартелей в Гватемале и Гондурасе. Хорошим примером разложения правящих верхов и царящих в этих странах политических нравов служит правление в 2012-2015 годы Отто Переса в Гватемале. Вместе с тогдашней вице-президентом Роксаной Бальдетти он возглавлял мафиозную структуру, которая за «комиссионные» обеспечивала беспошлинный ввоз импортных товаров через главные таможни Гватемалы. Правившая парочка получала по 25 процентов каждый от взимавшихся с импортеров платежей. Глава государства принимал своих подельников прямо в президентском дворце.
Кроме того, предприимчивая Бальдетти активно контактировала с группировкой «Лос Сетас». Еще до выборов она встретилась с эмиссарами группировки и пообещала им защиту в случае избрания в обмен на 250 тысяч долларов — деньги она получила уже после занятия должности вице-президента. В итоге дружественные ей наркоглавари пользовались покровительством Маурисио Лопеса, министра внутренних дел в администрации Переса. Есть данные, что в ближайшем окружении нынешнего президента страны Джимми Моралеса тоже есть люди, связанные с организациями наркотрафика.
Не отстает от Гватемалы и соседний Гондурас. Как стало известно американскому следствию, правящий с 2010 по 2014 годы президент Порфирио Лобо весьма успешно «сотрудничал» с местным наркокартелем «Лос Качирос». Контакты начались еще в 2009 году, когда Лобо планировал свое выдвижение на высший государственный пост. Как и Бальдетти в Гватемале, Лобо обещал членам картеля свое покровительство, если сумеет избраться. Уже тогда он получил от наркотрафикантов щедрый задаток — 500 тысяч долларов.
В дальнейшем сын президента Фабио активно содействовал «Лос Качирос» в транзите кокаина (в 2015 году его задержали на Гаити и передали американским властям, в 2016 году он признался в своей причастности к наркотрафику). В ноябре прошлого года в США был арестован Хуан Антонио Эрнандес — брат нынешнего президента Гондураса и бывший депутат Национального конгресса. Его обвиняют в связях с упомянутой группировкой «Лос Качирос», которая выплатила ему крупную сумму денег в обмен на содействие в отмывании наркодолларов.
Понятно, что в такой среде, где сращивание государственных органов и организованной преступности достигло небывалых масштабов, а высшие должностные лица являются, по существу, главарями преступных структур, мексиканские наркокартели чувствуют себя весьма вольготно.
Из-за слабости государственных институтов регионы не контролируются центральными властями, а органы местного самоуправления не способны противостоять натиску криминальных группировок. Говоря откровенно, страны «северного треугольника» (Гватемала, Гондурас, Сальвадор) с большим трудом можно назвать государствами в полном смысле этого слова: скорее, это самоуправляющиеся территории с элементами государственности, не более.
Этим пользуются наркобароны, которые продвигают своих кандидатов на местные выборные должности, чтобы иметь прикрытие и спокойно вести «бизнес» на той или иной территории. Они также контролируют отбор кандидатов в центральные законодательные органы. Заключается сделка: картель финансирует избирательную кампанию кандидата, а тот после избрания действует в их интересах — голосует против антинаркотических законопроектов и всеми возможными способами препятствует борьбе с незаконным оборотом наркотиков на законодательном уровне.
Наркокартели пытаются воздействовать на политику и общественное сознание в том числе и силовыми средствами. В частности, ряд исследователей считает, что к убийствам в 1994 году кандидата в президенты Мексики от правившей тогда Институционно-революционной партии Хуана Посадаса и генсека этой партии Хуана Руиса причастна мексиканская наркомафия. В 2014 году спецслужбы предотвратили покушение на президента Гондураса Хуана Эрнандеса, которое готовили боевики местной наркогруппировки «Валье». В расстрельном списке бандитов оказался и ближайший соратник президента Марвин Понсе, активно разоблачавший связи представителей политической элиты с организациями наркоторговли.
Обычным явлением политической реальности Мексики и стран Центральной Америки стали отстрелы неугодных для картелей мэров и журналистов, расследующих деятельность организаций наркотрафика. Всего в 1992-2018 годах в стране были убиты 43 журналиста — 35 из этих преступлений так и не раскрыты. В 2017-м Мексика стала самой опасной после Сирии страной для работников прессы: в тот год от рук преступников погибли 11 сотрудников СМИ.
Помимо разложения государственных институтов, большую роль в создании благоприятной для картелей среды играют крайняя бедность местного населения и скудость рынка труда. Участие в незаконном обороте наркотиков позволяет задавленным нищетой людям совершить скачок по социальной лестнице — пусть и ненадолго. Характерно, что практически все главари наркотрафика по всей Центральной Америке — выходцы из низов. Сложившаяся в латиноамериканских странах социально-экономическая система, при которой 10 процентов населения имеют все, а остальные — ничего или очень немного, объективно толкает отчаявшихся молодых людей в ряды бандитов.
Расцвет мексиканского наркобизнеса неслучайно совпал с резким ухудшением уровня жизни. Из-за проведенных в 1990-1992 годах неолиберальных реформ, а также последовавших в 1994-м финансового кризиса и экономического спада миллионы мексиканцев потеряли работу. В 1994 году восемь миллионов человек вообще не имели источника заработка, 75 процентов граждан жили в бедности и нищете. При этом верхушка богатела — число долларовых миллиардеров возросло с семи в 1992 году до 24-х в 1994-м. В итоге к сегодняшнему дню у 10 процентов богатейших мексиканцев столько же денег, сколько у 70 процентов беднейших жителей страны. Понятно, что при таком раскладе всегда найдутся желающие попытать счастья в наркобизнесе.
Мексиканские наркобароны — жестокие, изобретательные, напористые и умеющие приспосабливаться к обстоятельствам бандиты, короли преступного мира и важнейшие участники политической и общественной жизни страны. Усилия властей по борьбе с ними лишь ожесточили их и заставили отвечать насилием на насилие. В 2017 году в Мексике было совершено более 23 тысяч убийств — печальный рекорд за последние два десятилетия.
Опыт Мексики показывает, что попытка бороться с наркотиками только методом подавления обречена на провал: на место прежних главарей приходят другие, взамен разгромленных группировок появляются новые и устраивают бесконечные войны за деньги и влияние. Очевидно, чтобы покончить с беззаконием, одних силовых мер недостаточно, необходимо взяться за решение острых социальных проблем. Кроме того, нельзя забывать, что наркотрафик — разновидность коммерческой деятельности, которая подчиняется закону спроса и предложения. Поэтому пока в мире есть спрос на наркотики и их запрет, нелегальный бизнес будет существовать.
Комментарии
1
В мире , Криминал , Латинская Америка , Статьи , Мигранты , Маурисио Лопес , Андрес Лопес , МВД , Lenta.ru , Герреро , Гуанахуато , Керетаро , Китай , Мексика
Читайте также
Названы 20 достижений Зеленского
На Украине силовиков затравили за «Офицеров»
1
Последние новости
Путин продлил контрсанкции
Основатель «Вимм-Билль-Данн» решил отсидеться за границей после обысков ФСБ
Кремль назвал условие снятия ограничений с Грузии