Ещё

Николай Пахомов о том, почему США все сложнее следовать своей идеологии 

Американский политический процесс очень динамичен и определяется непримиримой борьбой двух основных партий. Взрыв страстей вокруг политики администрации Трампа по разделению прибывающих в страну беженцев с их детьми уже отходит на второй план общественного внимания. Но так или иначе — иммиграционная полемика поддержит высокий накал предвыборной борьбы.
Противостояние республиканцев и демократов теперь будет вестись вокруг замещения вакансии, открывшейся в Верховном суде после решения судьи Энтони Кеннеди выйти на пенсию. Правда, представляется, что и без отставки Кеннеди какое-то принципиальное решение по вопросу приёма беженцев было бы найдено едва ли. В теории государственная идеология США предусматривает, что Америка — страна беженцев и иммигрантов, то есть, принимать следует если не всех, то очень многих. Однако условия, как минимум, в политической сфере для такого всеобщего приема отсутствуют.
Для специалистов открыто широкое поле исследований на предмет того, возможно ли вообще в современном мире одному из государств, тем более такому достаточно успешному, как США, заявлять о том, что государственные границы открыты для всех желающих, которым сложно живется в их родных странах. В случае же Соединенных Штатов такое официальное гостеприимство подкреплено несколькими столетиями тщательно обоснованной идеологии и реальной практики приема почти всех, с небольшими исключениями, например, больных опасными вирусными заболеваниями и коммунистов.
Даже если предположить, что нынешняя политика администрации Трампа объясняется не антиммиграционными взглядами избирателей президента, а практическими соображениями здравого смысла, обосновать эту политику представителям администрации все равно крайне сложно.
Скажем, недавно глава аппарата Белого Дома, а до этого министр внутренней безопасности Джон Келли в одном из интервью взялся рассуждать о том, какие сложности создают новоприбывающие иммигранты, которым якобы сложно интегрироваться. После этого интервью отставному генералу со всех сторон очень быстро указали, что такие же заявления слышали предки Келли, прибывшие в Америку из Ирландии и Италии. И ничего, в итоге интегрировались они весьма неплохо, а их потомок ходит на работу в Белый дом.
В итоге любую надежду на нахождение некоего практического решения уничтожает тот факт, что вопрос иммиграционной политики является одним из основных катализаторов политических страстей. Нынешняя история отделения детей беженцев этот факт иллюстрирует наглядно.
Подавляющее большинство беженцев, о которых сегодня идет речь, прибывает из трех государств Центральной Америки: Гватемалы, Гондураса и Сальвадора. Положение в этих странах таково, что желание их жителей бежать за несколько тысяч километров совершенно не удивительно. Главная проблема — всевластие наркокартелей, которые постоянно ведут между собой войны с многочисленными жертвами и мало обращают внимание на слабые официальные власти. Теоретически можно предположить, что руководству США имеет смысл рассмотреть вопрос возможной гуманитарной интервенции в эти государства. Возможно, проще несколько наладить жизнь потенциальных беженцев у них на родине, чем потом заниматься их проблемами в США.
Однако на практике нет группы давления, которая была бы заинтересована в таком решении. Скажем, многомиллиардная американская военная помощь различным государствам мира зачастую объясняется тем, что эти деньги потом тратятся на заказы американскому ВПК. Расходовать же деньги просто на развитие центрально-американских государств, не говоря уже про военную интервенцию, заинтересованных мало. Согласно официальной статистике, за десять лет США потратили на помощь упомянутым трем странам около $4 млрд
Для сравнения заметим, что каждый год американцы тратят около $30 млрд только на мороженное и примерно столько же на покос газонов, являющихся неотъемлемой частью американской мечты, то есть в годовом исчислении разница два порядка.
Десяткам тысяч жителей этих государств остается полагаться только на себя, небескорыстную помощь мексиканских бандитов и счастливый случай. Попадая в США, эти беженцы оказываются в самом центре политической борьбы. Судьба любого американского политика, включая Трампа, зависит от мобилизованного голосования сторонников, антиимииграционные заявления эту мобилизацию обеспечивают вполне.
Избирательная кампания Трампа в значительной степени велась под этими лозунгами. После победы его администрация начала реализовывать эти лозунги. В частности, министерство юстиции интенсифицировало уголовное преследование всех, незаконно перешедших границу. Недавно были ужесточены критерии, по которым можно получить статус беженца, в том числе стало значительно сложнее получить этот статус, спасаясь от сексуального насилия или угроз жизни и здоровью со стороны бандитов. А именно эти основания заставляют жителей Центральной Америки отправляться в долгий и опасный путь на север.
Заработала бюрократически-пенитенциарная система: бегство от насилия не является достаточным основанием для получения статуса беженца, пересечение границы без достаточных оснований является уголовным преступлением, уголовные преступники не могут содержаться вместе с их детьми. Последовавший всплеск международного возмущения общеизвестен, важнее отметить, что фактически впервые Дональд Трамп несколько отступил под давлением этого возмущения.
По подсчетам некоторых наблюдателей, в течение примерно недели президент и представители его администрации около пятнадцати раз меняли свое объяснение происходящего по траектории «во всем виноваты демократы — президент бы рад, да не может ничего сделать — президент легко решил сложную проблему».
Соответствующий указ Трампа ситуацию прояснил мало. Детей теперь не отделяют, однако семьи нужно содержать вместе, по всей видимости, месяцами, пока их судьба не будет решена. Если учесть, что ранее против бессрочного содержания детей под стражей за предполагаемые иммиграционные нарушения выступили суды, положение складывается запутанное. Детей будут содержать с семьями, соответствующих условий нет, для выполнения предыдущих решений судов о сроках содержания тысячи дел нужно рассмотреть в течение двух-трех недель. При этом нет в достаточном количестве ни иммиграционных судей, ни офицеров для подготовки, оформления и исполнения решений.
Это все в практической плоскости, в политике же к ужасу многих республиканцев президент Трамп смело заявил, что жесткая риторика по иммиграционным вопросам должна стать основой республиканской кампании перед выборами в Сенат и Палату представителей. Миллиардер свой электорат знает — иммиграционная полемика поддержит высокий накал предвыборной борьбы, которая в свою очередь обеспечит высокую явку избирателей Трампа.
Однако за политическими спорами маячит множество практических проблем, более серьезных, чем судьба центральноамериканских беженцев. Скажем, не решено будущее примерно миллиона человек, которых в США нелегально привезли детьми. Что делать с ними? Куда отправлять, если другой страны, кроме ставших им родными Соединенных Штатов, они не знают? И, самое главное, как все эти нерешенные иммиграционные проблемы уживаются с основополагающим тезисом государственной идеологии, что США — страна иммигрантов. Сегодня страна эта, очевидно, меняется. Пока противники жесткого обращения с детьми беженцев обличали Трампа в русле «в Америке так не поступают», СМИ вместе с этими призывами рассказывали и показывали, что именно так и поступают. Разрыв реальности с заявляемой идеологией, по этому и другим вопросам, становится все больше.
Автор — политолог, президент Нью-Йоркского консалтингового бюро.
Комментарии7
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео