Ещё

Экс-посол России в Иране о том, к чему приведет разрыв ядерной сделки с Тегераном 

Фото: Vahid Salemi/AP
Выход США из ядерного соглашения с Ираном может привести к военно-политическому конфликту с трудно предсказуемыми последствиями. И во многом развитие ситуации будет зависеть от того, хватит ли решимости Европе противостоять Дональду Трампу. Чего добиваются США и какова роль ЕС в этом процессе, «Газете.Ru» рассказал экс-посол России в Иране Александр Марьясов.
Президент США Дональд Трамп заявил о выходе США из Совместного всеобъемлющего плана действий по урегулированию ядерной проблемы Ирана (СВПД). Вашингтоном возобновляются замороженные после достижения Венских договоренностей жесткие антииранские санкции, связанные с ядерной деятельностью Тегерана. Готовится введение односторонних американских санкций против компаний и банков тех стран, которые не прекратят инвестиционное, торгово-экономическое и финансовое сотрудничество с ИРИ.
Трамп проигнорировал настойчивые призывы лидеров европейских стран-участниц СВПД не выходить из ядерной сделки с Ираном, равно как и мнение значительной части американского истеблишмента не разрывать СВПД ради сохранения международного контроля за ядерной деятельностью Тегерана, престижа, доверия и договороспособности США, предотвращения обострения ситуации на Ближнем Востоке.
Гораздо ближе и понятней Трампу оказались инсинуации премьер-министра Израиля Беньямину Нетаньяху относительно «продолжающейся» разработки Ираном военных аспектов своей ядерной программы.
Президента США не смутил тот факт, что недавно презентованная израильским лидером информация далеко не первой свежести и хорошо известна МАГАТЭ, которое закрыло этот вопрос после верификации прекращения Ираном еще в 2003 году вероятных, но так и не доказанных работ в этой области.
Поощряемый своими ближайшими помощниками-ястребами — госсекретарем Майклом Помпео и помощником по вопросам национальной безопасности Джоном Болтоном — Трамп явно провоцирует Тегеран на выход из СВПД, возобновление своей активной ядерной деятельности, прекращение сотрудничества с МАГАТЭ, чтобы свалить на Тегеран всю ответственность за обострение ситуации вокруг ядерной сделки.
Хорошими помощниками в этом деле могут стать и иранские ястребы-радикалы, давно настаивающие именно на таких шагах.
Таким образом, Трамп отбрасывает как несработавшую тактику проводившуюся предыдущим президентом США Бараком Обамой линию на политико-дипломатическое урегулирование иранского ядерного вопроса и постепенное вовлечение Ирана в орбиту западного влияния и окончательно берет курс на подрыв СВПД и тотальное сдерживание растущего влияния ИРИ в регионе Ближнего Востока.
Не случайными были выдвинутые Трампом в январе этого года требования дополнить СВПД положениями о переводе всех временных ограничений на развитие иранской ядерной программы на постоянную основу, распространение инспекций МАГАТЭ на все военные объекты, прекращение ракетной программы и «дестабилизирующей» деятельности Ирана в регионе.
Ужесточая антииранской курс, США преследуют несколько главных целей. Во-первых, сдержать укрепление позиций ИРИ в ближневосточном регионе, добиться международной изоляции Тегерана, представив его изгоем, нарушающим все нормы международного права, преуменьшить роль Ирана как влиятельной региональной державы, имеющей свои легитимные национальные внешнеполитические интересы.
Во-вторых, через усиление многоплановых санкций и ухудшение социально-экономического положения иранцев спровоцировать рост недовольства и антиправительственных выступлений населения с прицелом на смену существующего режима.
Иранское руководство хорошо понимает намерения нынешней американской администрации, однако проявляет пока завидную выдержку. Оно решительно осуждает и отвергает все попытки Трампа по срыву ядерной сделки, постоянно подчеркивая, что Тегеран, в отличие от Вашингтона, неукоснительно соблюдает свои обязательства по СВПД, что четко фиксируется МАГАТЭ.
Вместе с тем сейчас иранская сторона ясно дает понять, что ее терпение не безгранично и она рассчитывает на твердую позицию в пользу сохранения ядерной сделки остальных участников СВПД, прежде всего, «евротройки» в лице Великобритании, Франции и Германии. При этом и верховный лидер ИРИ Али Хаменеи, и президент страны Хасан Рухани настаивают на предоставлении Евросоюзом Ирану твердых гарантий соблюдения интересов Тегерана, понимая под этим сохранение всех торгово-экономических и иных выгод, предусмотренных ядерной сделкой.
Перед ЕС и «евротройкой» в частности стоит сложная задача — сохранить СВПД, не обострив отношений с Вашингтоном. Если финансовое ведомство США действительно введет жесткие требования по прекращению сотрудничества с Тегераном, то ответом европейцев может стать обращение в ВТО с целью оспорить односторонние меры США в отношении европейских компаний либо введение блокирующего законодательства по защите интересов европейского бизнеса.
Но вопрос заключается в том, осмелятся ли европейские страны пойти на конфронтацию с США и станут ли они жертвовать трансатлантической солидарностью, огромным американским рынком и многоплановыми связями с крупнейшей экономикой мира ради Ирана.
Если не удастся сохранить СВПД, у Ирана будут развязаны руки. Потерпит поражение курс умеренного крыла иранского руководства на нормализацию отношений со странами Запада и встраивание Ирана в мировую экономическую систему. Одновременно резко усилится влияние радикальных кругов, настроенных на конфронтацию с США, Израилем, Саудовской Аравией и странами Персидского залива. Активизируется региональная активность Тегерана. Если США и Израиль предпримут даже ограниченные силовые меры в отношении Ирана и подконтрольных ему вооруженных группировок, это может вылиться в опасный военно-политический кризис. Если Иран активизирует свою ядерную деятельность и откажется от сотрудничества с МАГАТЭ, это приведет к началу гонки ядерных вооружений, подрыву режима ядерного нераспространения с труднопредсказуемыми последствиями.
Автор статьи — Александр Марьясов, эксперт клуба «Валдай», чрезвычайный и полномочный посол России в Таиланде и постпред при ЭСКАТО (2010-2014), чрезвычайный и полномочный посол России в Иране (2001-2005). Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Комментарии3
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео