Посол, ученый, нелегал: уникальная история «сотрудника особого резерва» 

Особняк желтого цвета в центре Москвы — академический Институт Латинской Америки, где про, наверное, самого удивительного советского разведчика-нелегала — свои воспоминания. И если в прошлые выходные в центре наших рассказов была ситуация, подобной тем, что были в фильме «Судьба резидента» (где Тульев отправляется за рубеж, оставляя здесь жену и ребенка) и в «Семнадцати мгновениях весны» (где Штрилиц видит жену только на расстоянии), то теперь — рассказ о том, кто возвращался с женой — оттуда.

— Это какого периода, как вы думаете?

— Думаю, 40-е годы.

— Резидентура в Аргентине, а может быть в Монтевидео, в Уругвае, да?

— Ну, что.

— Вешаем.

— Да.

— Вешаем!

Портрет мы вешаем с научным руководителем ИЛА Владимиром Давыдовым. А тот, о ком говорим, это…

На Западе этого южного красавца знали в том числе под именем Теодоро Кастро — так его звали в Риме. В знаменитом фильме «Римские каникулы», когда агенты спецслужб и полиция ищут пропавшую принцессу, где-то воспроизведены и поиски его, вдруг пропавшего посла в Риме и в Ватикане от Центральноамериканской Республики Коста-Рика. На самом деле, это был получивший приказ исчезнуть советский разведчик Иосиф Григулевич.

— Он внешне ведь не очень был на русского человека похож?

— Нет, абсолютно не русского. Но поэтому, я думаю, он хорошо смотрелся в Латинской Америке. Его внешность вполне соответствовала латиноамериканским стандартам.

Итак, с искомой для разведчика-нелегала внешностью, будем считать, понятно — пока. А что с искомым семейным положением?

Еще на прошлой неделе мы вспомнили и отрывок из американского сериала «Американцы», где было показано, как еще в СССР знакомят нелегала-юношу и нелегала-девушку и, по сути, приказывают: вы будете мужем и женой. В СВР тогда объяснили, что это карикатура.

— Нет. Не так. Не так. Все это происходит по любви, — уверил лава Службы внешней разведки Сергей Нарышкин.

Но все-таки: а как это происходит? Рассказ о жене разведчика-нелегала Григулевича дополняет бывший куратор как раз латиноамериканского направления в тогда еще не СВР России, а ПГУ КГБ СССР.

"Один раз я прямо в лоб спросил ее: «Лаура, ты вообще знала, что выходишь замуж за советского разведчика?» Она сказала: «Да, знала. Он сказал мне накануне свадьбы, что он работает на советскую разведку. Но поскольку я была в таких же абсолютно убеждениях с точки зрения идеологии, то у меня не было колебаний принять его предложение и стать его спутницей жизни», — рассказывает генерал-лейтенант КГБ в отставке Николай Леонов.

— По-моему, этот союз был очень естественный, и он помогал обоим выжить в этих тяжелых условиях, — считает Давыдов.

— А жена у него была мексиканка, да?

— Мексиканка.

Она — мексиканка. Он — литовский караим. Значит, этим агентам переучиваться на иностранцев было не нужно? Но давайте сначала разберёмся даже не в национальностях, а в терминах.

— Одна тонкость с точки зрения терминологии. Правильно я понимаю, что тот иностранец, который работает на российскую разведку, пусть даже из самых лучших идейных соображений, он все-таки агент? А разведчиком-нелегалом ты считаешься, если ты гражданин России?

— Ну, в подавляющем большинстве случаев, — отвечает Сергей Нарышкин.

— Ну, насколько я понимаю, большинство тех иностранцев, которые начинали работать на советскую, российскую разведку, потом приезжали сюда, получали гражданство, советское или российское. ?

— Они становились сотрудниками службы внешней разведки. Но тогда это называлось Первое главное управление КГБ СССР. И, оставаясь в статусе особого резерва, были нашими офицерами.

— Вы не первый раз сегодня употребляете словосочетание «особый резерв». Это ваша внутренняя терминология для нелегалов?

— Да. Все-таки разведчик-нелегал — это такой профессиональный термин. Но он и в хорошем смысле художественно-бытовой. А в нормативных документах эта категория сотрудников разведки называются «сотрудники особого резерва».

Григулевич потом и стал жить в Москве. То есть, он, иностранец по происхождению, стал сотрудником. Но вот чтобы понять, о каких серьезных вещах мы будем говорить дальше, нам пригодится, по идее, шутейный фильм о Джеймсе Бонде. Итак, как мы выяснили, по российской терминологии, Джеймс Бонд — не «агент», а «сотрудник» (своей службы). Но какой сотрудник?

— Найджел Смолл-Фосетт, Британское посольство, Нассо.

— Как поживаете, Найджел?

— Извините за опоздание. Так как вы подпольный агент, я принял предосторожности, чтобы не было слежки.

— Поэтому вы кричали мое имя на всю пристань?

— О Боже, правда? О, извините. Черт! Я в этом всем новичок.

Внимание! Пусть по английской терминологии Бонд все-таки «агент», но на задании он никогда не говорит, что он не британец. Скрывает не национальность и гражданство, а профессию. А вот российские разведчики-нелегалы скрывают и то, и другое.

Вспомним еще раз 2010 год, когда мы увидели современных российских нелегалов, раскрытых в США из-за предательства. Все они были славяне. Но, в конце концов, иные славяне похожи на белых американцев.

Правда, один из них носил имя Хуан Ласаро. То есть, был как бы латиноамериканец. Но он — русский Михаил Васенков. Первый вывод: со времен иностранца Григулевича в латиноамериканцы стали подбирать и нелегалов-славян. То есть, в Управлении «С» все эти годы продолжалась работа по подбору персонала даже для самых экзотических заданий.

Интересное совпадение: когда в октябре прошлого года Путин представлял в СВР нового директора Нарышкина, интервью с ним мы писали на фоне портрета как раз Григулевича кисти местного художника-разведчика.

— Сергей Евгеньевич, талантливый вам коллектив попался!

— Удивительно талантливый.

— Это же все творчество сотрудников службы внешней разведки, да?

— Талантливый с традициями. История службы написана удивительными людьми.

— У Вас за спиной Григулевич, который работал послом Коста-Рики при Ватикане, будучи советским разведчиком.

Самое поразительное: Григулевич не изображал из себя посла, он был им. Он пользовался таким доверием тогдашнего коста-риканского президента, что тот сам ему предложил должность на выбор.

"Он пользовался очень большим влиянием на самого Папу Римского. И, как говорили, раз в неделю он делал доклад ему о международном положении", — рассказывает Давыдов.

Откуда о Григулевиче так много знает такой мирный человек, как членкор РАН Владимир Давыдов? Так для него Григулевич — коллега-ученый. Вот он показывает его книги: о латиноамериканских героях и, конечно, о Ватикане.

В Москве Григулевич стал крупнейшим латиноамериканистом, одним из «крестных отцов» ИЛА. И именно в этом качестве поехал как-то в редакцию тогдашнего журнала «Проблемы мира и социализма». На встречу с латиноамериканцами-коммунистами его туда пригласил как раз Давыдов. Латиноамериканцы были в восторге.

— Они в полном восторге были, потому что видели перед собой крупнейшего ученого, не догадываясь о том, что это бывший нелегал?

— Они знали. Кое-что знали. Он ведь начинал как агент Коминтерна, со временем поменял, скажем так, адрес. Но сначала это был агент Коминтерна.

Итак, ответ на еще один вопрос. Похоже, какие-то традиции российской нелегальной разведки действительно оттуда, из времен Коминтерна. А еще, похоже, бывших разведчиков действительно не бывает. Григулевич, уже давно будучи ученым, узнал, что в СССР едет один важный латиноамериканский гость, и пошел к Леонову.

"Я вам гарантирую успех этой вербовки, крупнейшего плантатора, богатого, влиятельного человека, бывшего президента Коста-Рики". Доложил Крючкову. Тот, значит, поднялся со стула, долго ходил по кабинету и говорит: «Заманчивое предложение». Он говорит: «Наверное, все-таки мы воздержимся от этого предложения». Когда я сообщил это решение Григулевичу, он говорит: «Эх, вы, ребята! Не романтики вы, прагматики вы. Я бы конечно завербовал», — вспоминает Леонов.

Конечно, нелегал-Григулевич работал в ту эпоху, когда большое значение имела и идеология.

— Сложный вопрос вам задам. Подвиг Григулевича-разведчика как посла Коста-Рики при Ватикане, добытчика ценнейшей стратегической информации бесспорен. Совершенно бесспорны подвиги его, связанные с тем, что, работая в Аргентине, он закладывал взрывчатку на корабли со стратегическими грузами, которые шли для фашистской Германии, и таким образом приближал Победу. Но ведь в биографии — и участие в покушении на Троцкого, и убийство в Испании анархистов-троцкистов из идеологических.

— Да, лидеров анархо-троцкистов.

— Выполнял приказ?

— Да. Я не считаю возможным мазать все черной краской. Я думаю, что если мы будем мазать нашу историю черной краской, мы не поймем не только прошлое, но и будущее.

Времена действительно меняются. Управление «С» остается. И, естественно, ответы на ВСЕ вопросы оно даёт — только своим сотрудникам. Вот, пожалуй, единственное, что мы смогли узнать еще.

— Сергей Евгеньевич, а еще кто-нибудь использует таких нелегалов в других разведках, в других странах?

— Ну, у меня нет достоверной информации о том, что есть ли в какой-либо или в каких-либо разведывательных службах отдельные структурные подразделения, которые занимаются разведкой с нелегальных позиций. Но при этом, конечно же, разведки ряда стран используют приемы и методы нелегальной разведки.

— Ну, я навскидку скажу, что в открытой печати видел, что явно у израильтян есть. Недавно был случай, когда было точно известно, что это Израиль и «Моссад», и еще были протесты, по-моему, в Новой Зеландии, кажется, Ирландии, по чьим паспортам эти ребята работали. То есть, у израильтян есть?

— Ну, очевидно. Но при этом хочу с уверенностью сказать, что опыт российской внешней разведки в этой сфере, конечно, самый большой, самый богатый.

Пожалуй, единственное уточнение-предположение. Как мы знаем, мощная разведка была у ГДР. Но нелегалам из Восточной Германии не нужно было переучиваться на другую национальность: даже и с берлинским акцентом они могли выдавать себя за «западников» — западных, но немцев.

По тому, какую кампанию за освобождение своих пятерки разведчиков из тюрем США вела все та же Куба, мы знаем, что нелегалы есть и у нее. С одним из них у нас даже после его освобождения было интервью. Но, опять же, приодевшись, кубинцы из Гаваны могут выдавать себя за кубинцев из Майами. А подрихтовав акцент, за других испаноязычных латиноамеркианцев. Язык учить не надо.

То есть, опыт России и Израиля по превращению разведчиков-русских и евреев в представителей совершенно иных национальностей действительно уникален.

Вполне вероятно, что эти наши предположения — неполные.

Читайте также
Видео
Больше видео