Ещё

Курсант Дарья Гладких: «Седов» изменил мою жизнь 

Гости «Голоса России»:

Дарья Гладких — курсант барка «Седов»;

Николай Зорченко — капитан барка «Седов».

Интервью ведет Карина Ивашко.

Ивашко: Позади 13 месяцев путешествия вокруг Земли, 4 континента, 4 океана, без счету морей и 28 портов мира. Всю кругосветку «Голос России» как информационный партнер проекта следил за приключениями российских моряков.

Сейчас барк «Седов» находится в Нидерландах, в порту Ден-Хелдер. На двух предшествующих переходах курсанты, пришедшие на борт во Владивостоке в конце января, сдавали квалификационные экзамены. Вместе с ними — единственная на борту за всю кругосветку девушка-курсант Дарья Гладких.

Ей 18, и сама история того, как она попала на «Седов», говорит о ее одержимости морем. Даже будучи студенткой «водного» вуза из-за его принадлежности к другому ведомству Даша не смогла прийти на практику на «Седов». В итоге отец купил ей тур на корабль — как пассажиру-трейнизу, на один переход.

Но она осталась на борту до конца путешествия. На африканском этапе, когда я как специальный корреспондент проекта шла на борту «Седова» из ЮАР в Намибию, мы жили с Дашей в одном кубрике. Честно говоря, я поражена и восхищена этой девушкой.

Даша, почему ты так стремилась попасть на «Седов»? Что тебя сюда привело?

Гладких: Парусное дело, такелажные работы. Это то, чего практически нигде уже не осталось: ликвидируются классы, где обучают этим работам. Уже нет специалистов, пропадают изначальные морские традиции. А «Седов», наверное, одно из немногих мест, где этому можно научиться.

Ивашко: Ради чего ты учишься, если сейчас это мало где применимо?

Гладких: Не только ради того, чтобы применить где-то. Все-таки это традиции, отражение морского духа. Любое занятие, которое связано с морем, так или иначе отражает уклад жизни.

Конечно, можно сказать, что практически это не применишь и это не нужно, но это наши традиции, это то, что делает нас моряками. Как можно говорить, что ты моряк, если ты не можешь завязать 20 узлов? Как можно назвать себя штурманом, если ты не представляешь работы парусного флота?

Ивашко: Ты из семьи с морскими традициями: папа — капитан, старший брат — штурман. Как родители восприняли твое желание идти по «мужским» стопам?

Гладких: Им было немного непонятно мое желание, но они сказали: если ты хочешь, мы верим, что у тебя получится, и мы тебе всячески поможем. Они верят, что, возможно, из меня выйдет толк, что я буду достойным моряком.

Ивашко: Тебе как девчонке трудно на флоте?

Гладких: Трудности в основном из-за того, как тебя принимают. Считается, что девчонки априори слабее, менее способны к математическим наукам, менее приспособлены к физическим работам. Нужно быть в десять раз лучше любого парня, чтобы тебя приняли всерьез. Надо быть на уровне, быть специалистом и, конечно, не случайным человеком.

Ивашко: А тебя принимают как свою?

Гладких: Экипаж в основном принимает. Курсанты сами на первой практике, им сложно понять, зачем я здесь, почему. И то, что я здесь, что я штурман и, возможно, буду их командиром, для них, конечно, дико. Им сложно это принять.

Ивашко: Ты говорила, что хочешь ходить на сухогрузах. Почему?

Гладких: Плюс сухогрузов перед танкерным флотом — житейский, наверное — стоянки дольше. Танкер зачастую совершает переход, погрузочные операции проходят у терминала. А он может быть вынесен на несколько километров в море, и выход в город вообще невозможен.

Сухогрузы становятся в порту, стоят какое-то время, можно успеть посмотреть город, познакомиться с другими странами. Но, конечно, зарплата меньше, и многие считают, что это минус.

Но это не единственное, почему я хочу попасть именно на сухогрузы. Дело в том, что я на сухогрузах выросла, они мне знакомы, это что-то из детства, родное.

Ивашко: Расскажи, как ты попала на борт корабля?

Гладких: Я из Института водного транспорта имени Седова — он находится в Ростове-на-Дону. Это одно из старейших учебных заведений, которое готовит специалистов торгового флота.

К сожалению, сейчас оно относится к Министерству транспорта, и, так как на борт «Седова» попадают курсанты из вузов, относящихся к Федеральному агентству по рыболовству (Росрыболовству), из нашего вуза попасть сюда нельзя.

Поэтому мне пришлось искать другие пути — путь пассажирства. Но я приложила все усилия, чтобы участвовать в работах наравне с курсантами — во всех парусных авралах, абсолютно во всех палубных работах, стоять в нарядах. То есть жить наравне с курсантами.

Я просила не делать для меня как пассажира никаких скидок. В моем учебном заведении, конечно, знали о такой сложной ситуации, но мне сказали: ты единственная, кто едет от нас, ты представляешь наше учебное заведение, постарайся не ударить в грязь лицом.

Ивашко: Ты как-то обмолвилась, что у тебя жизнь разделилась на до «Седова» и после.

Гладких: Мне сложно описать это словами. Видимо, из-за обилия впечатлений, из-за того, что это что-то не похожее на весь мой предыдущий опыт. Это стало для меня откровением, абсолютно все!

В первые дни даже простые работы, которые я выполняла раньше, самые примитивные — приборки, покраска — почему-то воспринимались мной как что-то абсолютно новое. Я не могу объяснить, почему.

Новые люди. Непривычное число людей — на речных судах, где я бывала раньше, экипажи по 14, максимум 20 человек. Обилие разных людей, их взглядов, мироощущений, конечно, меняет и мои взгляды на жизнь.

Именно поэтому мне кажется, что вся моя предыдущая жизнь — это абсолютно другая книга. Та книга закрылась, началась новая. Но это радостные впечатления, радостные переживания.

Ивашко: Ты на борту уже несколько месяцев. Не устала?

Гладких: Усталость, разочарования — это рабочие моменты. От этого никуда не деться, это часть профессии. Но я помню, для чего я иду, чего я хочу, и это дает мне силы справляться и с текущими неурядицами, и с усталостью.

Я знаю, что меня дома ждут, что впереди еще три месяца, и я столько всего увижу, это будет такой опыт, какой вряд ли мне удастся получить другим путем. То, что мне в мои 18 лет выпала такая возможность, это огромное счастье.

Ивашко: А какие чувства у тебя вызывает сам «Седов», его облик?

Гладких: Конечно, в первую очередь гордость. Гордость за то, что это судно несет наш флаг. Его видят, им восхищаются. Абсолютно во всех странах люди, которые спускались с нашего трапа, подходили к нам с горящими глазами и говорили: «Это восхитительно, это потрясающе! Вы счастливые люди, вы видите эту красоту каждый день».

И, конечно, мы горды, что этот корабль идет под нашим флагом, что мы здесь. Гордость за страну есть в каждом курсанте. Нас объединяет любовь к этому судну.

Ивашко: В завершении хочу дать слово капитану корабля Николаю Зорченко. На борту мы говорили с ним и о ситуации с Дашей, и о ней самой. Мне хочется, чтобы и Даша, и ее родные это услышали.

Зорченко: Я думаю, что для курсанта Дарьи Гладких из мореходки имени Седова мы могли сделать исключение, особенно если учесть, что мореходка седовская, и «Седов» находится в кругосветном плавании, можно было взять эту девушку, чтобы она проходила практику.

Другое дело, что парень был бы предпочтительнее просто потому, что девушку негде разместить. В прошлом году мы маялись с девочками-курсантами. Когда трейнизов было мало, они занимали их каюту, когда много, я их отправлял в салон приемов капитана, и они со своими матрацами жили в салоне. Конечно, это не совсем правильно, потому что девочкам все-таки нужны другие условия.

Да, отец Даши купил ей тур, и она пришла к нам как пассажир. Но она сразу сказала, что хотела бы практиковаться наравне с курсантами. Я сказал: какие проблемы? Ввести ее в курсантское расписание и пусть работает! Обратился к ректору Мурманского университета, и он разрешил перевести ее в состав курсантов.

У нее очень хорошая теоретическая подготовка: мы ее ставили и на руль, и на мачту, и в дублеры. Она сразу вошла в нормальный распорядок и несет свою службу наряду с нашими курсантами. Приспособленная, сильная, физически развитая девчонка. Я смотрю, как она работает на авралах, на реях — она по силе, по-моему, превосходит половину пацанов.

Ивашко: Вот такая девчонка. Ее уважают на «Седове» за целеустремленность, отношение к морскому делу. Удачи тебе, Дарья! Попутного ветра и семи футов под килем!

Все материалы по теме можно прочитать здесь

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео