Ещё

Дети из интернатов пишут письма в надежде обрести маму 

Курск, 7 мая — АиФ-Черноземье
* * *
Мамочка, моя мама, здравствуй! Это я, твой Серёжа. Я долго не писал тебе, потому что не умел. Сейчас я учусь в интернате, в первом классе. Меня научили писать и читать. Я на конверте написал свой адрес. Тут очень интересно. Мы рисуем, играем, отмечаем всякие праздники и учимся. Но я очень хочу, чтобы ты забрала меня к себе. Недавно из нашего класса забрали Машу и Таню. Мама забрала. Наверное, она потеряла их, а потом нашла. А мне мальчики из шестого класса вчера сказали, что ты, наверное, «ал-ко-го-лич-ка», и что я тебе не нужен. Я хотел побить этих ребят, я даже укусил одного из них. Но они сами побили меня. Я потом лежал в траве и плакал. Но ты не бойся, мамочка, я пока маленький, но когда вырасту, то побью этих ребят. Я буду защищать тебя. Пожалуйста, приезжай за мной.
* * *
Мамочка, я сейчас лежу в больнице. Врачи сказали мне, что я руку сломал, когда дрался. Мне нацепили белую штуку, которая называется «гипс». Она твёрдая, и под ней очень болит и чешется рука. Тут, в больнице, очень много детей, и к ним ко всем приходят их мамы, а ты ко мне почему-то опять не приходишь. Но ты же придёшь, ведь правда, мама? А я в больнице познакомился с тётей. Её зовут тётя Лена. Она очень хорошая. А ещё она красивая и молодая. Я сначала думал, что это она моя мама, но когда спросил у неё об этом, она почему-то заплакала и сказала, что нет, она не моя мама, но что ты обязательно ещё найдёшь меня. А вообще — она такая чудная. Меня когда угощают в больнице, то я никогда ничего не беру. Что я, собачка, что ли? Я совсем не хочу, чтобы меня жалели. Но тётя Лена позвала меня к себе в палату и попросила помочь ей. Представляешь, она попросила меня помочь ей съесть гостинцы, которые ей принесли её родители и друзья. А то, если она не съест, её ругать будут. Я и съел. Вкусно. А потом она держала меня за руку после операции, и давала мне лимон, потому что мне очень хотелось пить. Знаешь, мамочка, после операции бывает очень больно. Я тогда плакал и звал тебя, а тётя Лена говорила, что ты просто очень-очень занята, и поэтому не сможешь прийти. А потом дядя, который лежал в нашей палате со своим сыном, заругался на тётю Лену и сказал: «Делать тебе нечего, сама после операции еле на ногах стоишь. Ложись отдыхать, нечего с выродком возиться». А тётя Лена ух как рассердилась и сказала на этого дядю, что он сам выродок и ещё чёрствый сухарь. Смешно, — как человек может быть хлебом?
* * *
Мамочка, а у нас сегодня был урок рисования. Марь Иванна сказала, чтобы мы рисовали всё, что хотим. А я тебя нарисовал. Знаешь, ты какая красивая у меня получилась?.. Ты стоишь в таком красивом платье с большим-пребольшим букетом цветов. А рядом я нарисовал дом, в котором мы с тобой будем жить, когда ты меня найдёшь. Внизу я написал: «Это моя мамочка». И поставил много-много восклицательных знаков. Я теперь знаю, что восклицательный знак нужно ставить, когда что-то утверждаешь, или говоришь что-то хорошее, или поздравляешь. Когда я спросил у Марь Иванны, понравился ли ей мой рисунок, она почему-то хриплым голосом, как будто горло болит, сказала, что моя мама могла бы гор-дить-ся мной. «Гор-дить-ся» — это очень красивое слово. Мамочка, я очень хочу, чтобы ты гордилась мной. Я красиво рисую, а ещё я стараюсь учиться только на «4» и «5». Только не всегда получается. Вчера мне учительница по математике поставила двойку, потому что я не решил пример. Но я правда-правда очень стараюсь, и пример этот я уже тоже смог решить. Ты не бойся, мамочка, я тебя не буду огорчать, я обещаю тебе хорошо учиться. Ты только обязательно приезжай за мной.
* * *
Я понял, всё понял. Я совсем не нужен тебе, мама. Ты меня бросила. Мальчики были правы. Почему? Я ведь так хотел увидеть тебя, я так тебя ждал. Я писал тебе письма, лепил поделки из пластилина, собирал цветы. Для тебя. Но я больше не буду ждать тебя. Если я тебе не нужен, значит, и ты не нужна мне. Я и без тебя проживу, мама. Ой, кто-то опять в интернат приехал. Мамочка, это же, наверное, ты. Ну, конечно, ты, кто же ещё. Мамочка, мама моя, подожди не уходи, пожалуйста, я бегу к тебе…
P. S. Вам, наверное, интересно, что стало с героями письма? «Тётя Лена», о которой идёт речь в письме, училась в то время в педагогическом университете. После встречи с Серёжей она пошла работать в тот интернат, где он учился. Но, будучи 19-летней девчонкой, морально не выдержала на этой работе больше года. Не могла постоянно, изо дня в день смотреть в детские глаза, узнавать их истории, слышать, как наедине, придя в кабинет, некоторые дети называют её мамой. Ушла, точнее сбежала, и ещё долго чувствовала себя предательницей. И сейчас, собственно, та самая «тётя Лена» предлагает на ваш суд это письмо. А Серёжу мама всё-таки «нашла». И его, и других своих детей, которые были раскиданы по разным интернатам. Они встретились, мама приезжала к нему. Мама мальчика наркоманка, пристрастился к наркотикам и сам Серёжа после того, как отучился в интернате и пришёл домой. По последним данным, Серёжи больше нет на свете. Передозировка.
А ведь судьба Серёжи могла сложиться совершенно по-другому, если бы его забрали в любящую семью. Как и судьбы многих других детей, которые ждут встречи с мамой. Сейчас очень многое делается для того, чтобы дети из интернатов попадали в приёмные семьи. Мы, корреспонденты «АиФ», со своей стороны тоже хотим приложить усилия для того, чтобы дети и родители нашли друг друга. С этого номера в газете стартует проект «Дом моей мечты», в котором мы будем публиковать фото графии детей, оставшихся без семьи. Может, в их рассказах о доме и родителях кто-то из вас, дорогие читатели, вдруг увидит себя?!
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео