Ещё

Недостижимый мир между Новороссией и Украиной 

Недостижимый мир между Новороссией и Украиной
Фото: Русская Планета
Пять лет назад в столице были заключены первые Минские соглашения. Полное название документа — «Протокол по итогам консультаций Трехсторонней контактной группы относительно совместных шагов, направленных на имплементацию Мирного плана Президента и инициатив Президента России ».
Договор подписали посол Хайди Тальявини (), экс-президент Украины , посол на Украине , лидер ДНР , глава ЛНР .
Мир без мира
Минский протокол включал 12 пунктов, которые предполагали введение режима прекращения огня, обмен пленными, принятие Закона об особом статусе и , всеобщую амнистию, проведение досрочных местных выборов в органы власти «отдельных районов Донецкой и Луганской областей», принятие программы экономического возрождения Донбасса.
19 сентября 2014 года в  был принят меморандум, который конкретизировал условия перемирия. В частности, он обязывал стороны конфликта отвести от линии соприкосновения тяжёлые вооружения: 100-мм пушки МТ-12 — на 9 км; 120-мм миномёты — на 8 км; 122-мм гаубицы Д-30 (2С1 «Гвоздика») — на 16 км; 152-мм 2С5 «Гиацинт-С» (2С3 «Акация», 2С19 «Мста-С», 2А65 «Мста-Б») — на 33 км, РСЗО 9К51 «Град» — на 21 км, 9К57 «Ураган» — на 36 км, 9К58 «Смерч» — на 70 км, РСЗО «Торнадо-Г» — на 40 км, РСЗО «Торнадо-У» — на 70 км, РСЗО «Торнадо-С» — на 120 км; тактические ракетные комплексы — на 120 км.
Также Минск-1 запрещал сторонам конфликта и любым иностранным государствам минировать местность и запускать беспилотники. Все незаконные вооружённые формирования и наёмники должны были покинуть регион.
Минский протокол был принят после катастрофического поражения ВСУ под . В котле и при попытке выбраться из него погибли около тысячи украинских силовиков. Победа ополчения позволила создать плацдарм для развёртывания наступления к западу от Донецка и на .
оказался под угрозой потери всех предыдущих завоеваний. По состоянию на начало сентября 2014 года Украина не могла продолжать масштабные боевые действия. ВСУ требовалась передышка для подтягивания резервов и общей перегруппировки сил. В этом отношении Минск-1 был выгоден постмайданному режиму. Однако с политической точки зрения перемирие с мятежниками выглядело как вынужденная уступка на фоне очевидной неспособности изменить ситуацию на театре военных действий.
Неоднозначно к Минску-1 отнеслись и в народных республиках. Иловайский котёл и замешательство Киева гипотетически позволяло развить успех, вернув под контроль потерянные ранее города, включая Славянск, который с апреля 2014 года был важнейшим оплотом сопротивления ВСУ. Однако подобные планы нуждались в поддержке Москвы, которая с большой вероятностью оказала военную помощь ВСН под Иловайском.
В Кремле посчитали необходимым сесть за стол переговоров. По слухам Захарченко, как и остальные командиры ополчения, выступал категорически против перемирия, которое к тому же предполагало реинтеграцию мятежного Донбасса в состав Украины. В результате на главу ДНР было оказано серьёзное давление. В соцсетях появились сообщения, что донецкий лидер якобы подвергся пыткам российских силовиков. Как бы то ни было, Захарченко поставил свою подпись под текстом Протокола.
Незадолго до переговоров в Минске Порошенко и Путин опубликовали в целом тождественные программы мирного урегулирования конфликта в Донбассе. Президент Украины стремился уменьшить репутационные потери, представив Минские соглашения как имплементацию собственной политической воли.
В реальности вдохновителем первых договорённостей, заключённых в белорусской столице, являлась, конечно же, Россия. Мотивация Кремля, по всей видимости, заключалась в желании не допустить окончательного краха отношений с Западом, сохранив при этом рычаг давления в виде непризнанных республик. На момент подписания Минска-1 на РФ уже висел ярлык «агрессора». Продолжение боевых действий в Донбассе с выгодой для ополчения грозило Москве усугублением международной изоляции и ужесточением санкционного режима.
Неприемлемые условия
Минский протокол стал сложным компромиссом для всех его участников. При этом все понимали, что перемирие носило временный характер, и что политические пункты реализованы не будут. Например, Киев не собирался принимать пораженческий для себя Закон об особом статусе, а ополчение — проводить в соответствии с этим документом выборы, вывешивая на избирательные участки жёлто-синие флаги.
Донбасский узел стал ещё более тугим. Кроме того, окраины Донецка находились под постоянным прицелом группировки ВСУ, которая занимала территорию аэропорта. В середине января 2015 года за воздушную гавань развернулись ожесточённые сражения, которые закончились отступлением украинских десантников.
В конце месяца Захарченко объявил, что в ответ на провокации Киева не намерен соблюдать перемирие. Мятежники развернули наступление на дебальцевском направлении. В первой половине февраля украинские части попали в котёл. Над окружённой группировкой нависла угроза уничтожения. Чтобы предотвратить «иловайский сценарий», Порошенко был вынужден приехать в белорусскую столицу.
12 февраля 2015 года были заключены вторые Минские соглашения. Новые договорённости фактически повторяют прежние, но отличаются более развёрнутой трактовкой действий Киева и непризнанных республик на пути к мирному урегулированию.
Украина получила возможность вернуть полный контроль над границей, но только при соблюдении жёстких политических условий. Киев должен предоставить ДНР и ЛНР широкую автономию, отказаться от преследования ополчения, провести обмен по формуле «всех на всех», восстановить социально-экономические связи с мятежными территориями и естественно прекратить какие-либо силовые акции.
Минск-2, как и предыдущие соглашения, содержал неприемлемые для обоих участников конфликта пункты. На современной Украине любые телодвижения в сторону автономизации Донбасса вызывают крайне негативную реакцию, причём не только радикалов.
Кроме того, в украинском законодательстве неподконтрольные территории Донецкой и Луганской областей признаны «оккупированными». Это означает, что Киев должен добиваться сначала вывода «оккупационных сил» и смены «оккупационной администрации». И лишь потом Украина может пойти на политические уступки. Подобный подход грубо противоречит Минску-2.
Однако договорённости от 12 февраля не стали благом и для народных республик. В Донецке и Луганске явно рассчитывали на вхождение в состав России, либо на максимально тесную интеграцию с нашей страной. Минск-2 похоронил эти надежды, закрепив мятежный Донбасс за Украиной, пусть и номинально.
Вторыми мирными соглашениями Кремль дал понять, что не собирается продолжать игру в «Новороссию». Многими ополченцами и россиянами, сочувствующими ДНР и ЛНР, поведение официальной Москвы было воспринято как предательство идеалов «Русской весны» и «Русского мира».
Но, если отбросить эмоции и ура-патриотические сентенции, то Минские договорённости можно назвать вполне закономерным итогом политики Москвы в Донбассе.
Поддерживая мятежные силы Юго-востока, Россия изначально не собиралась принимать республики под своё могучее крыло. Путин публично отговаривал Донецк и Луганск от идеи проводить референдум о независимости (май 2014). Главная задача Москвы заключалась в том, чтобы создать очаг напряжённости, который позволял бы оказывать хоть какое-то влияние на прозападные русофобские постмайданные власти.
Я больше не могу: звезда Playboy идет в президенты страны
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео