Ещё

Равноудаленные посредники. Почему украинские экс-политики не смогли создать в России влиятельных структур 

Фото: Украина.ру
«Помимо процедур, есть еще и просто подходы к формированию среды политической эмиграции. Россия до сих пор не присмотрелась к опыту того, как работали США с кубинской эмиграцией в Майами. По сути, здесь нужна не просто процедурная либерализация, необходима целая система мер поддержки и продвижения именно такого рода политической среды, то есть создания альтернативного украинского политикума на территории Российской Федерации», — заявил 5 декабря на пресс-конференции «Украинцы в России: объявлен курс на либерализацию пребывания граждан Украины в нашей стране и получения ими российского гражданства» президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов.
С этим нельзя не согласиться. «Из-за явной неадекватности и агрессивности как официальных властей в Киеве, так и основной части политического сообщества Украины существует запрос на выстраивание отношений с Украиной, минуя официальные структуры, — методами народной дипломатии, через институты гражданского общества, землячества, союзы мигрантов, проживающих в России», — отметил в комментарии для портала Украина.ру политолог Владимир Киреев, давно занимающийся этой проблемой.
Но разве в России нет альтернативного украинского политикума? По сути, с 2014 года в Москве сформировался полный политический аналог Майами после свержения Батисты на Кубе. Здесь после непродолжительного пребывания в Ростове-на-Дону обосновался и свергнутый 23 февраля 2014 года президент Виктор Янукович, который вплоть до досрочных президентских выборов 25 мая 2014 года мог претендовать на свой статус главы страны, и глава его правительства Николай Азаров, и его министры (например, глава МВД Виталий Захарченко, в 2015 году трудоустроенный в «Ростехе»), бывший и.о. премьера Сергей Арбузов и депутаты Верховной Рады, общественные активисты, блогеры и многие-многие другие.
Многие из политических эмигрантов были взяты тогда же российской властью на финансовое довольствие, и порой весьма щедрое (иногда официально выдаваемое как гранты, но чаще все это проходило непублично). Некоторые из них создали здесь и свои общественно-политические организации с прицелом на Украину.
«Пожалуй, самой формально статусной организацией украинцев в России на сегодняшний момент можно назвать Комитет спасения Украины, возглавляемый бывшим премьер-министром Николаем Азаровым. Комитет ставит задачу возвращения власти конституционным органам, деэкстремизацию политической системы и политической культуры, роспуск незаконных и полузаконных вооружённых формирований, применение мер по спасению экономики, — говорит Киреев. — Сильные и слабые стороны организации фактически совпадают. Она создана авторитетными людьми, представителями правящей власти в прошлом, в силу компетентности представительности её лидеры могут высказывать признаваемое мнение по поводу происходящего в стране. Но в то же время очевидно, что они слабо контролируют ситуацию «на земле», и фактически не имеют шансов вернуться в страну в качестве новой власти».
Строго говоря, высокий статус в прошлом в Комитете спасения Украины, презентованном в Москве 3 августа 2015 года, имеет лишь сам Николай Азаров. Помимо него, в Комитете состоит два бывших народных депутата — Владимир Олейник (Партия регионов), один из соавторов пресловутых «законов 16 января», и Игорь Марков («Родина»), а также бывший журналист телеканала «Интер» Юрий Кот, в декабре 2013 года выступавший как ведущий на сцене организованного властями в Киеве Антимайдана.
«Мы обращаемся к украинскому народу — мы готовы взять на себя ответственность за восстановление развития Украины», — заявил на презентации Комитета спасения Украины Николай Азаров. И тут, собственно, главный вопрос — о какой ответственности может идти сейчас речь, если, будучи главой правительства страны и имея на это все полномочия (и даже обязанности перед избирателями), он и возглавляемое им правительство не разогнали Майдан, по сути сдали страну радикалам, а теперь лишь жалуются, что «им не позволили», что есть «двойные стандарты Запада» и т.д.
У этих людей был доступ к власти, но они проиграли страну. Это те самые люди, которые, как сказал когда-то Бонапарт по поводу французской монархической эмиграции, «ничего не забыли и ничему не научились». Они проиграли не в силу обстоятельств, а в силу своей неспособности по-настоящему бороться, имея слишком приятную амортизацию в креслах власти, и хотят вернуться в них, только не могут этого сделать без помощи России. Но зачем ей эти люди, которые, кстати, перед этим вели Украину курсом на евроинтеграцию?
Исключение — Игорь Марков, который в октябре 2013 года был отправлен в тюрьму непосредственно накануне готовившегося подписания соглашения ассоциации о евроинтеграции, которой он активно противостоял, а его телеканал тогда же контрольные органы предписали закрыть. Вот на это сил, ресурсов и ответственности у правительства Азарова нашлись.
Чем еще занимается Комитет спасения Украины? У него есть канал на YouTube, на который регулярно выкладываются видеоролики, часто в формате новостных выпусков (крайне официозного формата, словно речь идет о каком-то районном телевидении). У канала 20 тысяч подписчиков, но среднее число просмотров видео — около двухсот. Проще говоря, читатели канала были банально накручены за счет «мертвых душ» и ботов.
Также, как заявил Азаров на очередной пресс-конференции 7 февраля 2017 года, «Комитет спасения Украины ведет подробную документацию тех преступных действий, вот в этой папке нашими специалистами собран громадный материал, который обязательно будет использован, когда в Киеве восстановится нормальная демократическая власть, и, безусловно, будет проведен судебный процесс, на котором (все те, кто нажимал на эти гашетки, на спусковые кнопки и стрелял по жилым кварталам, жилым домам) понесут ответственность».
Однако пока что ни одной такой подборки «подробной документации» Комитетом так и не опубликовано.
На сайте Комитета есть раздел «Центр правовой и социальной защиты», но там идут просто публикации о судьбе заключенных и просьбы к журналистам помощь в освещении их судьбы, а представителям народных республик Донбасса — включить заключенных в программу обмена пленными.
Еще одна подобная организация, только куда менее статусная, — Союз политэмигрантов и политзаключенных Украины (СППУ), созданный в Москве 23 февраля 2014 года. Самый статусный человек в его руководстве — избранный 6 марта 2014 года «народным мэром Николаева» бывший сотрудник аппарата городской администрации Дмитрий Никонов, получивший затем на досрочных выборах городского головы Николаева 25 мая 2014 года 0,43% голосов. 28 июля Никонов был арестован СБУ, ему «светило» 8 лет за сепаратизм, но 28 сентября 2014 года его обменяли на украинских пленных у ополченцев Донбасса.
СППУ организовывал в 2014 году круглые столы совместно с Институтом стран СНГ, презентуя себя как силу, способную объединить всю оппозицию на Украине (позже этот статус перешел к Комитету спасения Украины). В октябре 2016 года СППУ вошел в состав российского «Антимайдана», а в январе 2017 года участвовал в создании движения «Переяславская Рада». Кроме регулярных жестких (но никем серьезно не воспринимаемых) политических заявлений эти движения ничем не заметны.
«Более нейтральным политически является Союз украинцев России, созданный накануне Майдана (зарегистрирован 29 июля 2013 года в подмосковном Жуковском. — Авт.) в том числе для выстраивания коммуникации с украинским обществом, — отмечает Киреев. — Инициатива по созданию была «сверху», но развернуть свою деятельность организации далее так и не удалось, так что попросту нет смысла говорить о её эффективности, да и, наверное, смысл её уже исчерпан в данный исторический момент».
По мнению политолога, «более эффективными в своих действиях стоит назвать землячества, такие как „Союз донбассовцев“ Санкт-Петербурга, которые более тесно связаны с конкретным регионом, оказывали ему поддержку в трудные минуты и могут оказывать влияние на идущие там процессы». Но, отмечает он, «стоит помнить, что Донбасс не подчиняется де-факто Киеву с начала 2014 года, да и самоидентичность у жителей региона всегда отличалась от общеукраинской, поэтому этот Союз надо рассматриваться отдельно от прочих украинских организаций».
«Что касается Союза добровольцев Донбасса (создан в Москве 27 августа 2015-го под руководством бывшего в 2014 году премьер-министром самопровозглашенной Донецкой народной республики Александра Бородая, первый съезд организации прошел 10 октября 2015-го. — Авт.), его вообще сложно отнести к собственно «украинским» организациям, поскольку его члены имеют различное происхождение и объединены лишь своей солидарностью с судьбой жителей данного региона», — добавил Киреев.
В целом, по оценке политолога, «существование данных организаций не очень продуктивно и существует в декларативных целях, „на всякий случай“. То есть кто-то в коридорах российской власти может держать Азарова „про запас“, но вряд ли придавая его организации серьезное значение: „пусть активничают, полезно для отчетности“.
В этом году, по данным автора, в Москве была предпринята попытка создания новой эмигрантской украинской организации, целью которой являлась работа с находящимися здесь сотнями тысяч граждан Украины для организации в последующем их „правильного“ голосования (очевидно, с прицелом на президентские и парламентские выборы 2019 года на Украине). Но особого успеха эта инициатива, насколько известно, не получила, так как эффективных механизмов для того, чтобы реализовать подобное массовое голосование, нет.
Безусловно, политическая — и не только — украинская эмиграция в России может и должна стать мощным рычагом воздействия нашей страны на официальный Киев, на политику этой страны. Но на этом пути встает целый ряд проблем, на которые нельзя закрывать глаза. Помимо собственно российской бюрократии, ее формально-отчетного подхода к работе и неумения предложить жителям соседних стран привлекательные образы России, надо помнить и недостатки той самой эмигрантской среды. Как верно отметил по этому Киреев: „Именно представители условно пророссийской политической среды (пресловутые „донецкие“. — Авт.) в ответственный момент не пустили к себе Россию, стремясь сохранить контроль над политической ситуацией, экономический и политический суверенитет от России. Оставшись равноудалёнными от обеих сторон, не смогли удержать контроль над ситуацией, проиграли Украину и для себя, и для России. К сожалению, эта политическая среда по-прежнему стремится быть посредником в выстраивании коммуникации России с украинским обществом, получая за это личную выгоду, но в любой критической ситуации демонстрирует два вечных качества: корысть и недееспособность“.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео