В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

Конструктор Дмитрий Клочко — о применении антидронов в Донбассе

Сообщения о применении в зоне специальной военной операции на российских электромагнитных ружей-антидронов «Ступор» стало сенсацией. Современная военная практика показала, что такое оружие критически необходимо для борьбы с беспилотными летательными аппаратами (БПЛА). О том, как создавался ПАРС «Ступор» и какие новые разработки на подходе к возможному серийному выпуску, RT в эксклюзивном интервью рассказал его конструктор .

«Посаженный «Ступором» беспилотник добили прикладами»
Фото: RT на русскомRT на русском

— Дмитрий Васильевич, когда и почему вы начали заниматься тематикой защиты от дронов?

Видео дня

— Достаточно случайно. Я военный инженер по образованию, выпускник академии имени (Военно-воздушная инженерная академия имени профессора Н.Е. Жуковского. — RT). Выйдя майором в запас, работал в ряде научно-технических организаций. В 2015 году ко мне в частном порядке обратились с необычным предложением: помочь одному ну очень богатому человеку защититься от другого не менее очень богатого человека. Поссорились они, и один с помощью дрона стал «бомбардировать» поместье другого всяческой дрянью. Это были соседские дрязги, но сама по себе техническая задача показалась мне интересной в инженерном отношении. Стал изучать вопрос, думать, экспериментировать. Так родился мой первый антидрон с каналами воздействия на бытовых частотах 2,4 ГГц и 5,8 ГГц до дальностей 300 метров. Он стал первым и в .

— Забавно. «Когда б вы знали, из какого сора растут порой стихи, не ведая стыда…» Помогла ваша разработка решить бытовую проблему соседей?

— Да. Беспилотник был посажен, «налёты» прекратились. В коттеджных поселках сработало «сарафанное радио» и мне стали поступать заказы на изготовление таких антидронов. В 2016 году я открыл собственную небольшую компанию по их конструированию и производству. Мы с коллегами сделали специализированные электромагнитные ружья «Ступор» для защиты коттеджей, яхт, категорированных объектов.

— Каков принцип действия таких «ружей»?

— Устройства не стреляют и не сбивают беспилотные летательные аппараты. Задача антидрона — перехватить управление БПЛА. Аппарат теряет связь с пультом оператора: блок подавления антидрона заглушает сигналы систем спутниковой навигации. Я «научил» свой комплекс не «ронять» аппараты на землю, а аккуратно сажать их в указанном оператором «Ступора» месте.

— Военные и спецслужбы не интересовались вашим изделием?

— Мы изначально ушли в сугубо гражданскую сферу, чтобы не попасть под воздействие наших, не всегда продуманных в сфере новых технологий законов. «Плавает» у нас законодательство в высоких технологиях, особенно там, где они потенциально двойного назначения. Даже антидронами изделия не стали называть. Они у нас ПАРС — приборы активации режима спасения. С другой стороны мне не хотелось попасть под каток поглощения или удушения со стороны «больших дядек» промышленности. Они тоже стали заниматься антидронной тематикой, но почему-то пока в серию их разработки не пошли.

У людей в погонах интерес был и к нашим изделиям, но большей частью «чисто спортивный». МВД брало и использовало наши разработки для охраны массовых мероприятий. Но это решалось на уровне личных контактов — я как привлечённый со стороны технический специалист преподаю в подмосковном центре повышения квалификации сотрудников этого ведомства. Полиция использовала наши ПАРС и на объектах Чемпионата мира по футболу-2018. Военные тестировали электромагнитное ружьё в Сирии. Отзывы, в частном порядке, были хорошие, но дело развития не получило.

— На специальную военную операцию на Украине как ваши ПАРСы попали?

— Мы сами предложили. Мои однокашники и сослуживцы по Вооружённым силам рассказывали, что противник активно применяет беспилотники.

Я предложил попробовать для противодействия наш антидрон. Через волонтёров отправил партию из десяти ПАРС в батальон «Восток» Донецкой народной республики. Но к нему единственное «ружьё» попало к последнему. Не знаю, как так получилось, но изделия «разошлись» по другим подразделениям по дороге. Везде, насколько я знаю, пригодились. Звонят мне, пишут, хвалят и просят ещё.

— Отзывы командования есть?

Конечно. Получил даже официальное письмо от высокопоставленного военачальника с просьбой отправить ещё партию антидронов. Мы сделали и отправили.

— Вы разбогатели на войне?

— Нет. Большей частью мы отдаём ПАРСы, изготовленные за свой собственный счёт. Сейчас часть антидронов оплачивают спонсоры, которых обычно мы ищем и находим сами. После появления информации об успешном применении «Ступора» в зоне боевых действий, думаю, патриотически настроенных благотворителей должно прибавиться.

— Сами не пробовали «Ступор» в деле?

— Несколько дней назад вернулся из зоны соприкосновения с противником. Скажу дипломатично: достали ребят на передовой налёты беспилотников. В некоторых наших подразделениях чётко знают, что чужие дроны прилетят сбрасывать боеприпасы по расписанию. Утром на той стороне появится команда операторов БПЛА противника, и наших они будут бомбить с такого-то по такое-то время. А вечером та же группа «лётчиков-беспилотчиков» переедет на другую позицию и начнёт доставлять по воздуху неприятности соседям по фронту.

На моих глазах привезённым мной «Ступором» бойцы посадили украинский дрон, на земле, не сдержав эмоций, добили его прикладами, и радовались, словно сбили с орбиты американский спутник! Хорошо, что вовремя их остановили. Флешка, извлечённая из беспилотника, оказалась очень ценной. На ней была детальная картографическая съёмка местности с 21 по 30 июня. Где пролетал дрон, там и снимал — как наши позиции, так и позиции противника. То-то в нашем штабе и у артиллеристов было счастья!

— Есть ли вас новые разработки?

— Да, несколько. Среди них устройства для установки на автомобили и бронетехнику, антидрон-пистолет.

— Как вы думаете, после «засвечивания» СМИ работы вашего «Ступора» в зоне специальной военной операции, начнётся серийный выпуск этого изделия и тех новинок, которые вы сейчас анонсировали?

—Не знаю. Ответ на этот вопрос, как говорят военные, «выше моего окопа». Сегодня своими силами при финансировании со стороны спонсоров наша фирма — восемь сотрудников, считая вместе со мной — способна изготовить до сотни «Ступоров» в месяц. Потребность в антидронах на фронте — многие тысячи штук. В идеале при возрастании количества БПЛА у противника, а это происходит, такое электромагнитное устройство должно быть в каждом мотострелковом и парашютно-десантном взводе, в каждом боевом расчёте артиллерии и комплексов ПВО.