«Он начинает адаптироваться к вакцинам» Ученые нашли новый «мю»-штамм коронавируса. Насколько он опасен для России?

До недавнего времени наиболее заразным и смертоносным штаммом коронавируса считалась «дельта». Российские ученые были уверены, что возникновение и распространение нового штамма, который окажется тяжелее «дельты», маловероятно. Однако теперь появился новый штамм коронавируса — «мю». По данным исследователей из США, он способен уклоняться от антител, сформированных как в результате вакцинации, так и после победы организма над реальной болезнью. «Лента.ру» поговорила с иммунологом Но том, насколько опасен колумбийский штамм коронавируса для России, почему он адаптировался к вакцинам и как остановить мутацию SARS-CoV-2. *** «Лента.ру»: Как появился «мю»-штамм коронавируса и где он сейчас циркулирует? Николай Крючков: Фактически первые случаи инфицирования штаммом «мю» зафиксированы в январе этого года в Колумех пор происходило распространение этой линии, однако темпы распространения были значительно ниже, чем, например, у той же «дельта»-линии. В 40 странах мира, если я правильно помню, такие случаи инфицирования зафиксированы. Особые регионы распространения — некоторые страны Южной Америки, например, Колумбия и Эквадже это ФранцанА. еликобритании эта линия циркулирует, но в значительно меньшем количестве. В конце августа колумбийский штамм коронавируса был включен Всемирнв число вариантов, вызывающих интерес (VOI), а не в число штаммов, которые вызывают опасения (VOC). Чем он отличается от других? Вообще, у «мю» есть характерные мутации, которые также имелись у других линий, таких как «бета», «дельта», «альфа». Связана часть этих мутаций со способностью варианта коронавируса лучше уходить от специфического иммунитета, сформированного в ответ на вакцинацию или заболевание существующими линиями. Недавно было опубликовано исследование, которое показало, что по сравнению с предшественниками «дельта»-штамма способность вырабатывающейся после вакцинации Pfizer BioNTeоротки нейтрализовать «мю»-штамм коронавируса снизилась. Тогда как в случае с «альфой», «бетой» и «гаммой» эта способность была выше. Сейчас из-за колумбийского штамма она упала — не сильно, но тем не менее заметно. Это естественный процесс. Когда мы говорим о «бета»-, «гамма»- и «альфа»-линиях, а также о линиях «дельта» и «дельта плюс», одна из их характеристик — снижение эффективности противовирусной защиты специфического иммунитета, сформированного в ответ на прививку существующими типами вакцин или предшествующее заболевание COVID-19. То есть, получается, новый штамм возник из-за вакцинации? Это обычное дело, когда идет массовая вакцинация. Наиболее критическая история — когда мы подбираемся к порогу коллективного иммунитета. Не обязательно прямо близко к нему, но когда доля вакцинированных уже становится заметной — 30-40 процентов населения. В этом случае происходит направленный отбор штаммов инфекции для того, чтобы приобрести дополнительную защиту и устойчивость к вакцинации. Почему это происходит? Так происходит отбор. Поскольку вакцинация становится значимым популяционным фактором, инфекция его замечает и начинает адаптироваться — выживают более устойчивые к возникшему в ответ на вакцинацию иммунитету штаммы. Поэтому в тех местах, где очень высокая плотность населения и относительно высокий процент вакцинированных — при этом я не говорю, что это обязательно уровень коллективного иммунитета, речь идет об уровне 20-60 процентов, — вирус начинает адаптироваться, начинают отбираться более устойчивые варианты. Важно «додавливать» вирус, играть с ним наперегонки и на отдельных поворотах его обходить — тогда все будет нормально. Если упустить эту возможность, темпы вакцинации снизить и прочее, то вирус начинает адаптироваться к вакцинам. Когда этот новый штамм придет в Россию? Я думаю, что он уже пришел в нашу страну. Надо понимать, как мы его обнаруживаем. Мы определенное количество образцов вируса секвенируем (устанавливаем — прим. «Ленты.ру»), часть из ежедневных случаев мы отбираем для этого. Проблема в том, что «дельта» и «дельта плюс» быстро захватили Россию. Это очень мощные линии — они сожрали в восточном полушарии фактически все остальные линии, остался только «дельта плюс» — он сам по себе сильный, и чтобы его победить, нужно обладать еще лучшими характеристиками. Не факт, что «мю» обладает этими характеристиками, потому что все-таки он распространился в Южной Америке и в процентном отношении заметно уступает «дельте», «дельте плюс» и «гамме». В России он есть наверняка. Думаю, пока это небольшой процент. Но мы не знаем точно, потому что интенсивность полногеномного секвенирования, то есть количество образцов, которое ежедневно секвенируется, в России очень маленькое. Оно ни в какое сравнение с британским не идет — на порядки разница. И поэтому очень высок шанс не заметить их, пока они не наберут силы. Но наберет ли силу «мю» — вопрос, потому что в данном случае он прише которая уже занята очень сильным игроком. Чтобы начать откусывать кусок от этой популяции, нужно быть еще сильнее. Та работа, которую я видел по лабораторной оценке ослабления специфического иммунитета, показывает, что ослабевание действительно происходит. Но, во-первых, оно сопоставимо с «дельтой», «дельтой плюс» и «лямбдой». Во-вторых, безусловно, по сравнению с предшествующими линиями оно заметно, но оно не настолько кардинально. То есть оно не делает вакцину бесполезной, а просто снижает ее эффективность. И что с этим делать? Как продолжать бороться с вирусом, если он постоянно мутирует и подстраивается под вакцины? Снижение эффективности вакцин будет происходить, но я рассчитываю, что оно будет не лавинообразным, а постепенным и поэтапным. Это дает возможность за тот период, пока оно происходит, скорректировать схему применения вакцин. Но речь идет не просто о знаменитой бустерной дозе — то есть ревакцинации. В данном случае я имею в виду бустерную дозу, например, в виде сразу двух инъекций, а через три-четыре недели — третьей. То есть вместо двух инъекций — три. Следующее — мы можем увеличить интервал между инъекциями. Вместо 21 дня делать перерыв в 28 или 35 дней. Это тоже работает. Самое оптимальное — постепенно менять антигенный состав вакцин. После этого начать массовую вакцинацию уже новым препаратом. То есть не прививать отдельно старым и отдельно новым, а заменить старый препарат на новый. Это даст возможность вернуть эффективность вакцин в изначальные 90-95 процентов. Ни один новый штамм, который появился, не аннулирует и не обнуляет защиту, которую дает вакцина, но он ее снижает. Не кардинальным образом, но заметно снижает. Вакцины, не адаптированные к новым штаммам, все равно продолжают работать.