В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

В 2022 году исполняется 150 лет со дня рождения отважного русского путешественника Арсеньева

Подполковник . , 1917 год. Фото:

Итак, мой собеседник - генеральный директор и главный редактор Тихоокеанского издательства "Рубеж" .

Видео дня

Передав мне несколько томов Арсеньева, вы, Александр Владимирович, невольно заставили меня бросить все дела: я блуждаю по Уссурийской тайге, странствую в горах Сихотэ-Алиня и опасаюсь, что на мой бивак заглянет тигр. Опять, как в детстве, со мной Дерсу Узала. И чем хуже новости, доносящиеся со всех сторон, тем больше хочется читать Арсеньева...

Александр Колесов: Арсеньева перечитывают уже на протяжении века - первая его книга вышла во ровно 100 лет назад. Привлекательность Арсеньева как писателя - в уникальном синтезе документа, изящной словесности и личного опыта.

Владимир Клавдиевич Арсеньев был тем, кто, по словам Чехова, напоминает нам, "что кроме людей, пишущих от скуки ненужные проекты и дешевые диссертации, есть люди иного порядка, люди подвига, веры и ясно осознанной цели".

Поэтому Арсеньев является одним из тех немногих авторов, к которым обращаются снова и снова. И сегодня он заново востребован. Это отмечают и социологи, и маркетологи, и учителя, и библиотекари, и книготорговцы...

А на Дальнем Востоке имя Арсеньева окружено особым ореолом.

Александр Колесов: Это так, но вообще в России его знают куда меньше, чем он того заслуживает. То, что сделал Владимир Клавдиевич Арсеньев за четверть века своей исследовательской, научной и литературной деятельности на Дальнем Востоке, по-настоящему не оценено. Его наследие до последнего времени не было полностью прочитано даже учеными и специалистами.

В собрание, которое вы выпускаете, впервые вошел огромный пласт исследований Арсеньева по этнографии, археологии, географии, этнологии, военной статистике, ихтиологии, вулканологии... На первый взгляд, эти работы не могут быть интересны обычному читателю, но когда я познакомился с ними, то и от них не смог оторваться!

Александр Колесов: Арсеньев являлся ученым широчайшего профиля, в первую очередь - этнографом и археологом, и, кроме того, занимался историей, географией, геологией, гидрологией, картографией, метеорологией и другими научными дисциплинами, связанными с изучением Уссурийского края. Без ссылок на его научные труды не обходится сегодня ни одна серьезная работа по этнографии народов юга Дальнего Востока.

Арсеньев считал своей вотчиной именно этнографию и археологию. Его исследования в той или иной степени касались многих коренных народов Дальнего Востока, а также тесно связанных с ними народов Восточной Азии - маньчжуров, корейцев и японцев, которые оказывали на жизнь туземцев в ту пору большое влияние.

подарил своему Робинзону верного друга Пятницу. Арсеньев вывел в своих книгах не менее яркий образ гольда Дерсу Узала. Но если Пятница был плодом фантазии Дефо, то Дерсу был другом Арсеньева и проводником его экспедиций. В изданных вами книгах мы видим Дерсу на фотографиях...

Александр Колесов: Да, среди всех коренных жителей Уссурийского края наибольший научный интерес Арсеньева вызывали удэгейцы ("удэхе", как он сам их называл) - малоизученная в начале XX века народность, все еще сохранявшая первобытно-общинный строй и мало подвергшаяся влиянию цивилизации.

К несчастью, оказалась потерянной главная этнографическая работа Владимира Клавдиевича - двухтомная монография об удэгейцах "Страна Удэхе", материалы к которой он собирал более 25 лет. Монография была готова к печати, Арсеньев не раз писал об этом в своих письмах. Но вскоре после его смерти рукопись монографии объемом более тысячи страниц машинописного текста, как и работы по археологии - "Памятники старины Уссурийского края" и "Классификация памятников старины в Уссурийском крае", - при невыясненных обстоятельствах были утрачены.

Начальник экспедиции штабс-капитан В.К. Арсеньев, Дерсу Узала, солдат Иван Фокин и охотник Чжан-Бао во время маршрута по реке Амагу. 1907 год. Фото: РИА Новости

Научная добросовестность, с которой вы издаете Арсеньева, сродни дотошности самого Арсеньева. Каждый том вы сопровождаете целым научным аппаратом: тут указатели и географических названий, и ботанических, и зоологических... Как вам удалось даже в мелочах соответствовать своему герою?

Александр Колесов: Здесь надо вспомнить наших предшественников, и прежде всего , чья монография "Владимир Клавдиевич Арсеньев", вышедшая в издательстве "Наука" в 1985 году, до сих пор является основополагающим трудом о жизни и деятельности Арсеньева. Нам помогали питерский литературовед Игорь Сергеевич Кузьмичёв, приморские историки, антропологи, музейщики и архивисты В.В. Соколов, А.М. Кузнецов, А.А. Торопов, Н.А. Троицкая, А.В. Петрук, Н.Б. Корчелаева, Е.М. Гончарова, И.Н. Клименко, краевед И.Н. Егорчев, библиограф Н.С. Иванцова, а также сотрудники архива и библиотеки Общества изучения Амурского края, Российского государственного исторического архива Дальнего Востока (Владивосток), Научного архива (), Музея истории Дальнего Востока имени В.К. Арсеньева, Хабаровского краеведческого музея имени Н.И. Гродекова, Российского государственного архива литературы и искусства и многие, многие другие...

Помнится, пару лет назад вы познакомили меня со своим молодым товарищем и соратником. Встретились мы тогда на книжной ярмарке, на бегу, и я запомнил лишь то, что его зовут .

Александр Колесов: Да, это Никита Сергеевич Воробьёв - ответственный редактор полного собрания сочинений Арсеньева, аспирант Дальневосточного федерального университета. Именно он за последние два года провел огромную работу по поиску неопубликованных ранее текстов и фотографий Арсеньева, подготовке примечаний и указателей к ним.

Мне интереснее всего рыться в указателе имен - каждое имя, упоминаемое Арсеньевым, в вашем издании обретает судьбу. Увы, часто трагическую...

Александр Колесов: В этом году во Владивостоке вышла книга - "В.К. Арсеньев и близкие ему люди: Портрет эпохи". Ее автор историк Амир Хисамутдинов, один из ведущих наших арсениеведов, профессор Дальневосточного федерального университета, потратил много лет на то, чтобы расшифровать Адресную книжку Арсеньева, в которой записаны 236 адресатов из России и из-за рубежа. Хисамутдинов собрал сведения об этих людях и написал о них подробные очерки. Его книга интересна с разных точек зрения, но она читается как страшный мартиролог: более половины адресатов Арсеньева, упомянутых в ней, были репрессированы.

Чем мешал Арсеньев советской власти?

Александр Колесов: Об этом можно долго рассказывать... Скажу только, что травля в последние годы его жизни нарастала. Арсеньеву пеняли и на отсутствие университетского диплома, притом что он был блестящим ученым и преподавателем, и на невладение "методом диалектического материализма", и на командировки в , куда он ездил по служебным делам. От ареста Владимира Клавдиевича "спасла" смерть от пневмонии, которой он заболел в экспедиции.

Незадолго до своей кончины, 27 июля 1930 года, Арсеньев писал своему первому биографу Аристову: "У меня жена, дочь 10 лет, у жены престарелые отец и мать, брат учится в университете. У меня есть сестра, которой я помогаю, есть брат, о котором надо заботиться, есть несколько друзей (их осталось очень мало), с которыми я связан мыслями и душой. Если бы не эти близкие мне люди, если бы я был один - я давно ушел бы далеко в горы, подальше от города, от толпы, от фальши, лжи, зависти и злобы, которые ныне пропитали всю нашу жизнь, как вода губку в море. Со мной пошли бы три-четыре семьи туземцев. Мы ушли бы в такие дебри, в такую глушь, куда никто, кроме нас, проникнуть не сумеет, и никто никогда нас бы там не нашел..."

Как сложилась судьба родных Арсеньева и его потомков?

Маргарита Николаевна - вторая жена Арсеньева. Расстреляна 21 августа 1938 года. Фото: Из архива Дмитрия Шеварова

Александр Колесов: Семья ответила за Арсеньева сполна. В 1934 году арестовали его вторую жену Маргариту Николаевну Арсеньеву. Тогда было сфабриковано так называемое "Университетское дело". Ее и группу ученых и преподавателей Государственного Дальневосточного университета обвинили в контрреволюционной деятельности, которой якобы при жизни руководил сам Арсеньев. Через четыре года ее арестовали повторно и расстреляли. А первую семью Владимира Клавдиевича - бывшую супругу Анну Константиновну, сына Волю и его жену и детей - в 1939 году выслали на .

После расстрела Маргариты Николаевны в 1938 году дочь Арсеньева Наталья продала архив отца вместе с его личной библиотекой Приморскому филиалу Географического общества СССР - Общество изучения Амурского края. А через три года и ее приговорили к 10 годам лагерей. Она похоронена в Благовещенске. И только в 1950-1960-е годы родственников Арсеньева реабилитировали. Сегодня в живет его внук Вадим Владимирович Арсеньев.

Что более всего поразило меня в научных отчетах, докладах и записках Арсеньева - его невероятная дальновидность. Все сегодняшние проблемы нашего Дальнего Востока он предвидел сто лет назад.

Александр Колесов: Как всякий крупный ученый, Владимир Клавдиевич Арсеньев обладал мощной интуицией и даром предвидения.

Тем более удивительным кажется тот факт, что Арсеньев не получил систематического высшего образования и имел за плечами только четыре класса реального училища и двухгодичное обучение в юнкерском пехотном училище. Все специальные знания по этнографии, археологии, ботанике, орнитологии и прочим естественным наукам Арсеньев получил посредством постоянного самообразования, штудируя доступную ему научную литературу и ведя переписку с ведущими учеными и исследователями мира.

1928 год. Владимир Арсеньев с дочкой Наташей в гостях у старшего брата Анатолия, капитана парохода "Трансбалт". Через десять лет Анатолий Клавдиевич Арсеньев был расстрелян. Фото: РИА Новости

Сегодня федеральные власти, не зная, чем заманить людей на Дальний Восток, и гектар дают, и миллион за третьего ребенка обещают. А может, надо просто каждому выпускнику школы подарить книги Арсеньева, и тогда самые храбрые и целеустремленные рванут на Дальний Восток?

Александр Колесов: Губернатор , видимо, так и рассудил, когда горячо поддержал наш проект и профинансировал его. И сегодня Полное собрание сочинений Арсеньева есть во всех муниципальных и прежде всего в школьных, вузовских и сельских библиотеках края.

Глядя на тома собрания сочинений Арсеньева - а каждый том под тысячу страниц! - нельзя не задаться вопросом: как удалось ему так много успеть? Ведь он годами находился в экспедициях, жил в эпоху войн, смуты и разрухи, а прожил всего пятьдесят семь лет!

Александр Колесов: За тридцать лет жизни на Дальнем Востоке Владимир Клавдиевич Арсеньев совершил одиннадцать больших и более десятка малых экспедиций, исследовал обширные территории Уссурийского края - современных Приморского и Хабаровского краев, побывал в Гижигинском уезде на Камчатке и на Командорских островах. Несколько десятков тысяч километров прошел Арсеньев по дальневосточной тайге.

Наследие Арсеньева - это не только художественные книги, но и многочисленные монографии и научно-прикладные статьи, записки, отчеты и доклады, а также большой массив дневников и писем. Эти публикации, затерявшиеся на страницах старых научных журналов и сборников, ныне забыты, главные его научные труды никогда не переиздавались, а неопубликованные рукописи знакомы только самым дотошным исследователям. Между тем за свои исследования Арсеньев был удостоен одной золотой и двух серебряных медалей научных обществ.

За последние годы нашему издательству удалось найти, атрибутировать и прокомментировать большое количество неопубликованных и неизвестных, не введенных ранее в научный оборот статей, докладов, записок, отчетов и других научных и исследовательских материалов Арсеньева, а также исторических фотографий и документов.

Что ждет нас, читателей, в следующих пяти книгах собрания сочинений Арсеньева?

Александр Колесов: В них войдут дневники и письма Владимира Клавдиевича. Для этого нам надо расшифровать, набрать и прокомментировать множество экспедиционных дневниковых записей. А для того чтобы насколько возможно полно собрать его эпистолярное наследие, рассеянное по всему белому свету, потребовалось проделать тщательную поисковую работу. Оставшиеся тома Полного собрания сочинений увидят свет в первом полугодии 2022 года, в канун юбилея Арсеньева.

"Подальше от города, от фальши, лжи, зависти и злобы, которые пропитали всю нашу жизнь..."

Кто сегодняшние читатели Арсеньева? Школьники? Студенты? Или постаревшие романтики 1970-х?..

Александр Колесов: На протяжении 15 лет, что мы занимаемся Арсеньевым, мне бесконечно звонят, пишут, подходят на ярмарках, просят и настаивают на выходе очередного тома Собрания самые разные люди из обеих столиц и отдаленных уголков России...

Русские мужики сегодня уже мало кому верят, но Владимиру Клавдиевичу они верят как никому другому, а потому хотят прочесть каждое его слово - от первого абзаца "Дерсу Узала" до самого последнего его письма... Безусловно, в этом сказывается безупречная репутация Арсеньева. И я теперь хорошо понимаю, почему им так необходимы книги Владимира Клавдиевича. Игорь Кузьмичёв свою вступительную статью к Полному собранию сочинений Арсеньева, специально написанную для издательства "Рубеж", назвал безукоризненно точно - "Имя честного человека".

Должен вам признаться: у меня есть глубоко личная привязанность к Владимиру Клавдиевичу. Мое отрочество прошло рядом с соратником Арсеньева - . Он был кинорежиссером, близким другом моего деда Леонида Ивановича Рымаренко. Я узнал Литвинова на обложке третьего тома изданного вами собрания сочинений - там он 30-летний вместе с Арсеньевым склонился над картой. Это было в 1928 году. Снятые тогда Литвиновым при содействии Арсеньева фильмы "Лесные люди" и "По дебрям Уссурийского края" вошли в историю мирового этнографического кино... А есть ли у вас, Александр Владимирович, какая-то личная история, связавшая вас с Арсеньевым?

Александр Колесов: В 2000 году я познакомился с удивительным человеком - писателем, знатоком и полиглотом Георгием Георгиевичем Пермяковым. Георгий Пермяков - фигура поистине легендарная. Уроженец Никольска-Уссурийского, он после 1922 года оказался с родителями в Китае. Жил в эмигрантском , где выучил несколько языков. С 1939 года работал в Генконсульстве СССР, был связан с советской разведкой. В 1945-м Георгий Пермяков участвовал в Токийском и Хабаровском судебных процессах, был личным переводчиком последнего китайского императора Айсиньгёро Пу И, который свидетельствовал на этих процессах против Японии. Потом он написал по моей просьбе документальную повесть "Император Пу И. Пять лет вместе". Она была опубликована в нашем альманахе "Рубеж" в 2003 году.

Так вот, в начале 1950-х, уже живя в Хабаровске, Георгий Пермяков занялся Арсеньевым и написал о нем книгу "Тропой женьшеня". Он успел опросить более сорока человек, лично знавших Владимира Клавдиевича. А потом нашел в поселке Сибирском его младшего брата Александра Клавдиевича, съездил к нему и записал на портативной пишущей машинке, на которой он печатал со скоростью разговорной речи, подробные его воспоминания. Все эти записи вкупе с интереснейшими рассказами Георгия Георгиевича помогли мне взглянуть на Арсеньева и его судьбу как бы изнутри и лучше понять многое из того, что раньше было не очень известно, поскольку наш герой был закрытым человеком.

Сегодня очевидно, что Владимир Клавдиевич Арсеньев - фигура вовсе не регионального значения, а общенационального. А как ученый-просветитель, предвидевший многие из сегодняшних мировых проблем и предлагавший пути их решения, Арсеньев - достояние всего человечества. Что, на ваш взгляд, надо сделать, чтобы в сентябре будущего года достойно встретить 150-летие нашего замечательного соотечественника?

Александр Колесов: Что касается масштаба личности Арсеньева, то 1 ноября 2021 года вышел указ президента России В.В. Путина N 620, который все расставил по своим местам.

К 150-летию великого исследователя Дальнего Востока, путешественника и писателя в центре Владивостока будет установлен ему памятник. При поддержке правительства Приморья помимо издания Полного собрания сочинений мы разработали образовательную и просветительскую программу "Арсеньев: ХХI век" и готовимся провести в 2022 году Арсеньевский книжный фестиваль...

Владимир Клавдиевич Арсеньев всей своей масштабной и многогранной деятельностью внес огромный вклад в изучение Южно-Уссурийского края, как именовалось тогда нынешнее Приморье, и заново открыл Дальний Восток - и для России, и для всего мира.