В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Российский либерализм повторяет судьбу мамонтов

Российский либерализм повторяет судьбу мамонтов
Фото: Деловая газета "Взгляд"Деловая газета "Взгляд"

Для отечественного либерального сознания всегда было принципиально важно ощущать себя частью большого глобального проекта, исходящего с Запада. На этом фундаменте в России существует как системный либерализм, преимущественно экономический, так и несистемный, в основном культурно-политический. Проблема в том, что привычные, укорененные в американской или европейской действительности, версии такого либерализма сегодня превращаются в анахронизмы. В итоге российский либерализм – как в системной, так и в несистемной версии – все больше отстает от своего западного эталона до такой степени, что возникает реальная перспектива его вымирания.

Видео дня

Одной из главных особенностей американской, да и глобальной политики сегодня является трансформация либеральной идеологии в нечто новое, называемое термином wokeism. Речь идет о причудливой смеси левого либерализма, прогрессизма, экологизма, политического феминизма, и все чаще – идеологии «демократического социализма».

Ничто новое не может появиться без борьбы со старым. Оправдывающие это явление американские публицисты ссылаются на «феномен Т как главный фактор роста популярности идеологии woke. Однако на самом деле тем старым, с чем борется wokeism в первую очередь, являются любые предшествующие «устаревшие» версии либерализма и экономического неолиберализма, как их понимали хотя бы в 1990-е годы и даже еще в нулевые, не говоря уже о классическом либерализме XIX века.

Wokeism ставит под сомнение сложившиеся в рамках западной цивилизации представления об устройстве сферы частной жизни, включая такие вопросы, как религиозные убеждения, личные отношения и воспитание детей. Идеология woke отличается от предшествующих концепций принудительным и даже карательным характером. Она изначально радикальна, она направлена на то, чтобы подавить оппонентов, заставить их замолчать или публично покаяться за «неправильные взгляды».

Адепты политкорректности заявляли: «Вы не можете сказать это». Адепты wokе говорят: «Вы должны сказать это – или пострадать от последствий своих неверных решений». Наиболее ярко такой подход проявился в так называемой культуре отмены (cancel culture), в рамках которой, например, из социальных сетей были удалены сотни тысяч неугодных аккаунтов, вплоть до страниц президента США Донда Трампа.

«Новый либерализм» постоянно усиливается, особенно в США. Выборы в Конгресс в ноябре 2020 года привели к заметному усилению сторонников этих взглядов среди парламентариев от Демокра предвыборный период на праймериз демократов кандидаты из числа «новых либералов» вроде знаменитой уже Александрии Окасио-Кортес нередко уверенно побеждали конкурентов – более умеренных либералов, в том числе заслуженных парламентариев, десятилетиями представлявших в Конгрессе свои округа и штаты. После выборов спикер нижней палаты Конгресса Нэнси Пелоси смогла вновь занять этот пост лишь по милости конгрессменов из «новых либералов», которым хватало голосов, чтобы заблокировать ее избрание. Новые либералы в США, продвигающие идеологию woke, охотно готовы, в отличие от старого поколения либералов, отождествлять себя с социалистами. Учитывая роль США как сверхдержавы и законодателя политической и культурной моды, конфликт старых и новых американских либералов неизбежно переносится на остальной мир. По мере усиления нового поколения либералов в США политикам по всему свету, идентифицирующим себя как либералов, придется либо подстраиваться под эту новую силу, либо искать связи с иными партнерами на Западе.

Конфликт между старым и новым либерализмом постепенно становится актуальным и для либерального лагеря в России. Повторимся, либералы в России в постсоветское время – это либо часть какой-то глобальной «теневой элиты», либо те, кто ощущает «духовную принадлежность» к глобальному проекту, ассоциируемому в первую очередь с США. В нашей стране этот конфликт может протекать особенно остро, так как «старолибералы» в России по своему генезису и взглядам – это антисоциалистическая и антисоветская сила. Между тем «по ту сторону холма» растет спрос на СССР: неслучайно в таких новых продуктах западной массовой культуры, как нашумевший сериал «Ход королевы», Советский Союз выглядит куда симпатичнее США.

Прониковение нового леворадикального либерализма в страну уже идет. Ярким проявлением этого процесса стала полемика по поводу манифеста театрального режиссера Констанение Европы 2.0». На текст Богомолова, который можно обоснованно назвать программным с точки зрения защиты идеологии «старого либерализма» и России как его грядущего олицетворения, «Новая газета» ответила двумя словами: «Ок, бумер». Это чисто американский мем, который обычно используют в сетевых спорах с представителями старшего поколения «бэби-бумеров» (1943–1963 годов рождения), хотя сам Богомолов и не относится к данной возрастной категории. В «Новой газете» сочли правильным демонстративно уйти от содержательной полемики – это является важным симптомом принятия леворадикальной американизации редакцией этого СМИ и ее приспособления к идеологии «новой нормальности» и нового либерализма.

Преобладающее течение в российском либерализме сегодня – это, безусловно, одна из разновидностей «старого либерализма». Его зарождение произошло в 1987–1990 годах во многом благодаря двум персонам, которые способствовали формированию из молодых советских экономистов команды, способной провести в нашей стране неолиберальные реформы. Первая из этих персон – Любо Сирц, словенский диссидент и президент одного из лондонских «мозговых трестов», Центра изучения экономики коммунистических стран. Второй персоной был друг и деловой партнер Сирца – британский экономист лорд Ральф Харриc, один из ближайших советников знаменитой Маргарьер-министра Великобритании, внесший большой вклад в разработку проведенных ею неолиберальных реформ.

Сирц и Харрис были убеждены, что экономика социалистических стран рухнет, после чего государствам бывшего социалистического блока экстренно потребуются либеральные рыночные реформаторы. Они искали подходящих для этого людей и обрели их в лице Анатол единомышленников. Именно Сирц и Харрис в 1990 году поспособствовали формированию из своих советских подопечных команды, способной провести неолиберальные реформы.

Ядро будущих системных либералов оформилось в 1990 году на конференции в Париже под председательством лорда Харриса. В ее составе были, среди прочих, Егор Голий Чубайс, Андрейейейный руководитель НИУ-ВШкт-стаий крупный управленец в ЮКОСе)рейий министр экономики в правительстве Гайдара), Владимор РАНХиГр Аа совета директоров «Альфаший министр внешнеэкономических связей РФ).

В 1990-е годы персональный состав этой команды претерпел немало изменений. Например, ее ряды покинули Глазьев и Илларионов, зато в ее состав вошли новые фигуры, в том числе Алексенидко костяк данной группы оставался неизменным и сохранил огромное влияние на социально-экономическую политику России на протяжении всего постсоветского периода.

Ведущее течение в российском либерализме было полноценной сетью единомышленников, тесно связанной с глобальными «теневыми элитами». Современная российская элита еще в 1990-е годы установила тесные контакты с доминировавшей тогда либерально-центристской группировкой истеблишмента Демократической партии США, ориентированной на семью Клинтон. Основными игроками в ней были Роберт Р Сатры финансов США в администрации Клинтона, создатели неолиберальной экономической модели и политики глобализации – пресловутого «вашингтонского консенсуса».

Сегодня российский либерализм утрачивает традиционных партнеров на Западе, которых там вытесняют «новые либералы». Чего в скором времени будут стоить прежние многолетние связи со «старыми либералами» на Западе, наглядно показали недавние события вокруг Ларри Саммерса. Бывший министр финансов США в 1999–2001 годах, затем ректор Гарвардс006) и глава Национального экономического совета США (2009–2010), Саммерс являлся одним из самых влиятельных фигур среди американских «старых либералов». В 2020 году он был советником по экономической политике в предвыборном штабе Байдена и рассматривался как возможный кандидат на важный пост в его будущей администрации.

Все перспективы Саммерса превратились в дым, когда группы активистов-прогрессистов записали воззвание к тогда еще кандидату Байдену, требуя от него отказаться от услуг такой «токсичной фигуры», как Ларри Саммерс. Последнего обвиняли в организации «экономической политики, которая привела к неизмеримому социальному расслоению общества и экологическому кризису». В итоге бывший всемогущий экономист и финансист был вынужден отступить, заявив, что он не ищет должности в формируемой администрации Байдена.

Российский либерализм, еще живущий идейным багажом конца XX века, стремительно утрачивает с Западом и общий язык. Мало что является сегодня на Западе столь немодным, как рейганомика или тэтчеризм. Даже Клаус Мартин Шваб, крестный отец Всемирного экономического форума в Давосе, н, что неолиберализм устарел и должен умереть. Укорененные в американской политике – иногда семейно, с дедушками и прадедушками-конгрессменами – «уважаемые люди» массово лишаются выборных должностей в пользу «простецов», свято верящих в правоту учения Владимира Ильича Ленина. И представить их на одной волне с тем же Леонидом Гозманом решительно невозможно.

Системный российский либерализм должен либо согласиться в российской действительности с ролью стареющего бронтозавра, либо трансформироваться. Первый способ – действительно стать «похитителями Европы» (как предложил Богомолов), переключившись с неолиберализма на либерализм классический.

В 1990-е годы сторонники неолиберальных реформ перевели страну на рыночные рельсы и встроились как в новый управляющий контур внутри страны, так и в глобальные тренды. Ценой этому была ликвидация советского среднего класса и уничтожение значимой роли отечественных интеллектуалов, которые стали рассматриваться как «пособники» в деле «убийства страны» (в том числе «силовой» частью российской элиты).

Отрицание идеологии wokeism-социализма с одновременным отказом от неолиберальных экономических практик сулит внутри страны воссоздание отечественной интеллектуальной среды, преемственной к своим родоначальникам – русским конструкторам и инженерам XX и даже XIX века, которые создавали технологический фундамент России «образца 1913 года». За пределами России, в глобальном измерении в таком случае можно найти союзников во влиятельных элитных кругах Америки и Европы, также не испытывающих радости от наступления на них нового «тоталитаризма с человеческим лицом», среди либерально-консервативных политических и экономических кругов.

Второй способ еще оригинальней. Речь идет о творческом продолжении советского эксперимента – уже как либерального, под новым названием и с новой адаптированной идеологией, разумеется, как альтернативного идеологии wokeism. Оба варианта подразумевают огромный объем подготовительной интеллектуальной работы, долгие горизонты планирования и навсегда изменят облик отечественных либералов, позволяя им при этом сохранить свое место в российской действительности.

Текст написан в соавторстве с политологом Алексеем Черняевым.