Ещё

Бесстрашный португалец, который работает на Чернобыльской АЭС 

Фото: РИА Новости, Михаил Палинчак
После того как в 2016 году в финале чемпионата Европы по футболу Португалия одержала победу над Францией, португальский национальный флаг в течение нескольких месяцев тайно развевался над старым, пришедшим в упадок саркофагом, который СССР построил вокруг взорвавшегося ядерного реактора в Чернобыле, чтобы сдерживать утечку радиации. Этот поступок вызвал восторг у менее десятка португальцев, которые работали там на… французскую компанию.
Флаг был снят только во время установки Нового Безопасного Конфайнмента (НБК) — саркофага, построенного с целью улучшить изоляцию реактора — в ноябре того же года. 41-летний Алешандре Мартинес вспоминает об этом эпизоде, сидя за тарелкой с мясными котлетами в одном из ресторанов Иванкова, украинского города, где он сейчас живет.
Начальник по электромонтажу, Мартинесне скрывает своей гордости за то, что он — часть команды, которая занималась реализацией проекта НБК, металлической арки, способной выполнять свою функцию на протяжении ста лет. Конструкция весит 36 тысяч тонн, имеет 257 метров в ширину, 162 метра в длину и 108 метров в высоту. Каждая половина саркофага строилась на протяжении шести лет на расстоянии 327 метров от реактора, чтобы не подвергать рабочих чрезмерному воздействию излучения, которое продолжается на непосредственном месте аварии. И тем не менее, чтобы сократить радиацию, с территории стройки пришлось вывезти примерно метровый слой загрязненной почвы.

Жизнь в условиях радиоактивного излучения

Алешандре Мартинес, сын испанца и португалки, приехал на Украину два года назад, уже после того, как арка была построена. Но наблюдать за ее установкой было для него незабываемым опытом.
«Я видел, как конструкцию весом в 36 тысяч тонн тащили со скоростью десять метров в час!»
Алешандре узнал о Чернобыле от одного из приятелей, когда работал в Румынии.
«Одно название внушало ужас. Я поискал в интернете и испугался еще больше», — признается он.
Однако французский консорциум «Новарка» (Novarka), которому поручили строительство НБК, предоставил ему гарантии безопасности. Алешандре главным образом устраивала зарплата (сотрудник на его должности получает от трех до четырех тысяч евро в месяц). Он надеется остаться здесь вплоть до завершения проекта нового саркофага в первом квартале этого года.
В течение всего рабочего дня на шее у Алешандре висит дозиметр, подсчитывающий накопленное излучение. Установленный компанией годовой лимит составляет 13 миллизивертов (средняя годовая доза, получаемая обычным гражданином, составляет 6,2 миллизиверта).
«Коллеги старшего поколения шутят, что во время аварии они за два дня получили дозу, которую мы получаем в год», — говорит он.
Алешандре работает семь недель подряд, а потом проводит десять дней с женой и двумя детьми (9 и 12 лет) у себя дома в Монтижу (Сетубал).
По словам португальца, некоторые из его украинских коллег по-прежнему считают, что баня и водка помогают бороться с радиацией… Этот миф был распространен в советское время. Давние сотрудники АЭС рассказывают ему, что, когда 26 апреля 1986 года случилась катастрофа, никто из них не осознавал исторической значимости этого события.
«Они до сих пор чувствуют себя обманутыми, — говорит с сожалением Алешандре. — И подытоживает: Это были герои поневоле».
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео