Далее:

Рекомендация для президента

Рекомендация для президента
Фото:
Опубликовано в №144 от 09.08.2017
В номере «ОГ» за 2 августа 2017 года мы рассказали об одном удивительном человеке — Александре Ивановиче ВИНОГРАДОВЕ, бывшем военном и строителе, который 31 июля отметил 100-летний юбилей. Рассказывая о себе, он упомянул, что дал рекомендацию для вступления в КПСС тогда ещё малоизвестному прорабу Борису Ельцину. Мы нашли этот документ. И вручили ветерану копию в подарочной рамочке вместе с квитанцией на годовую подписку на «ОГ».
Понятно, что такого рода документ должен где-то храниться. Скорее всего, в Центре документации общественных организаций Свердловской области. Так оно и оказалось, и благодаря главному хранителю центра Елене Ярковой мы получили его копию. Интересный документ!
Едем к Александру Ивановичу на Химмаш, чтобы узнать подробности: как дело-то было?
— Там небольшая предыстория была, — рассказывает Виноградов. — Когда я уволился из армии, жена уговорила меня переехать из Архангельской области в Свердловск, она родом отсюда была. Пошёл в райком партии вставать на учёт, там мне посоветовали пойти работать в Уктусский аэропорт, по специальности я ведь штурман был. Там хорошо встретили, предложили должность начальника аэропорта на севере области. Куда мы с двумя детьми? Не поехал. А тогда много разного строительства было в городе, вот на стройку я и пошёл, взяли мастером участка нестандартного оборудования в СУ-13 треста «Южгорстрой». И Ельцин там был прорабом, в то время строил дом № 20 на улице Грибоедова. А когда меня перевели в начальники оперативного отдела, это что-то вроде диспетчерской службы, практически каждый день с ним пересекались. Можно сказать, 13 лет вместе проработали, пока его в обком не забрали.
Любил он свою работу, знал хорошо и строительное дело, и с людьми умел обращаться — где надо, похвалить, а когда надо, и «стружку снять». Приходил на объект первым, а уходил последним. Должен признать, порой его жёсткость переходила в грубость. Но не с работягами, а с их руководителями. Да и со своим начальством мог поругаться. Помню, как-то он, уже будучи главным инженером нашего управления, поскандалил с начальником, по сути, его руководителем: дом надо сдавать, а краска кончилась. Так секретарша тогда ко мне прибежала, а я уже был секретарём парторганизации, говорит, надо что-то делать, сильно ругаются.
Теперь о рекомендации. Ельцин хорошо проявил себя, будучи прорабом, и решили назначить его главным инженером нашего управления, а он беспартийный. На такие должности назначали только членов партии. Вот тогда он и стал кандидатом в члены КПСС. Кто давал ему те рекомендации, не знаю. А когда кандидатский стаж кончился, он подошёл ко мне и спросил, не дам ли я ему рекомендацию. Я уже хорошо его знал не только по работе. На демонстрации вместе ходили, он стал участвовать в ежемесячных партсобраниях, но выступать не любил, хотя оперативки проводил мастерски. Дал рекомендацию не колеблясь. Подумал ещё тогда — далеко парень пойдёт с такой энергией, но не по партийной линии, из него хороший министр строительства получился бы. А его в обком забрали заведующим отделом строительства. По тем временам большая должность была.
Дальний Восток, конец 1941 года. Авиамеханики полка дальних бомбардировщиков (крайний слева — Александр Виноградов) пишут рапорты о переводе на фронт. Фото: из архива А. Виноградова
— И вы больше уже не виделись?
— Виделись раз пяток. Я уже замдиректора был по капстроительству на заводе металлоконструкций. Первый раз обратился к нему за помощью, когда у нас кончилась шпунтовая доска, а сроки, как всегда, поджимали. Пошёл в обком без всяких предварительных звонков, тогда пропускали по партбилету. Нашёл Бориса Николаевича, рассказал о нашей беде. Он тут же написал письмо начальнику какой-то организации в Новой Ляле. Я с этой бумагой туда и поехал «толкачом». Там началась привычная песня: леса нет, доски нет, лимиты выбраны. Я им говорю: «Вы на этом письме напишите отказ и причины, а я Борису Николаевичу покажу». Покрутились-покрутились и дали нам доски. Вот с такими просьбами и обращался несколько раз, и Ельцин всегда находил выход.
— А когда в Москву уехал, уже не встречались, наверное.
— Не встречались. Но был ещё один случай интересный, с ним связанный. Я уже на пенсии был. Мне позвонили с нашего телевидения и попросили приехать в Музей Свердлова. Приезжаю, встречают: переводчица, дама из французского посольства в Москве и два негра. Оказалось, съёмочная группа из Франции, делает фильм о Ельцине. Их интересовали три темы: Ельцин в Свердловске, в Москве и в опале. Я рассказал им на камеру всё, что знал о свердловском периоде. Особенно французов интересовало, выпивал ли Борис Николаевич? Тогда только публикации пошли на эту тему.
— А выпивал?
— Никогда я не видел его выпивающим с кем-то или нетрезвым на работе. Случись что такое, мы бы так его по партийной линии пропесочили, что забыл бы, где рюмки стоят. А как в Москве жил — не знаю. Может, и было что-то такое — от вседозволенности, бесконтрольности. Прощаясь, французы сказали, что, если фильм покажут во Франции, гонорар они заплатить не смогут, а если Россия его купит, то будет мне гонорар. Ни фильма, ни денег я так и не увидел, но это неважно.
Между тем
В Центре документации общественных организаций находится 14 документов в статусе уникальных. Здесь есть, например, учётная карточка Л. И. Брежнева, личное дело Н. В. Елизарова, он же — Цзян Цзинго, сын президента Тайваня и редактор уралмашевской газеты «За тяжёлое машиностроение», два личных дела П. П. Бажова и четыре — Б. Н. Ельцина.
Оставить комментарий