Ещё

«Подъём» с Сергеем Доренко от 10 ноября 2017 года 

С. ДОРЕНКО: 8 часов 39 минут. Пятница. 10 ноября. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все. Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москвааааа! Анастасия Оношко, ведущая этой программы.

А. ОНОШКО: Сергей Доренко. Доброе утро.

С. ДОРЕНКО: Мы справедливо говорим все про то, что мы приходим домой, это как бы такая крепость. То, что произошло в Ижевске… Настя спросила меня сегодня на летучке: а вы осматриваетесь, куда вы заходите, где вы спите. Я — да, но меня научили латиноамериканцы. Все, что с тобой происходит в молодом возрасте, действительно абсолютно важно. Меня, в общем, латины научили присматриваться. Чилийцы в основном.

А. ОНОШКО: Потому что у них там землетрясения.

С. ДОРЕНКО: Да. Чилийцы, когда заходят, они смотрят как бы. Еще они знают, куда бежать в случае, если тряханет. Они понимают, где толстая стена, несущая, где надо в проеме встать. Если начнет трясти, ты, например, будешь ушами хлопать и я тоже, может быть, а, может, и нет, а чилиец заранее посмотрел, куда ему бежать, где проем несущей стены.

А. ОНОШКО: Я тоже всегда знаю, где несущая стена, но не поэтому. Я знаю это в смысле, как переделать помещение.

С. ДОРЕНКО: Надо встать в проеме, прижавшись.

А. ОНОШКО: А если взрывается газ…

С. ДОРЕНКО: Не знаю.

А. ОНОШКО: То ты просто лежишь на диване, читаешь газету или телефон…

С. ДОРЕНКО: Насть, наши дома не укрылище, это не укрытие. Это наоборот ловушки. В Ижевске произошло обрушение секции девятиэтажного жилого дома № 261 на улице Удмуртской. Погибли четыре человека..

А. ОНОШКО: Шесть.

С. ДОРЕНКО: Уже шесть. Число жертв будет определено после завершения разбора завалов. Я в 92-м году въехал в одну квартиру. Тогда с деньгами было худо, в 92-м, не очень-то, я многое делал сам. Я сам ставил раковины, под раковину трубы все выводил, канализацию. Все сам делал. Честно говоря, я ж могу. Ну, я ж могу. Как-то я понял, что у меня какой-то адский сквозняк в ванной, совершенно запредельный, а потом увидел крысу. Крыса такая деловитая, по своим делам шла как кошка. То есть она настолько не боялась меня, ручная, может, не знаю, черная, большая. Я стал разбирать эти панели, потому что я понял, что где-то у меня чего-то не так. Мать, я нашел место, я не хочу преувеличивать, не хочу показаться смешным или фантазером, я преуменьшу, но на ладонь вот так щель между плитами, между плитами несущими. Несущие плиты. Это на Рублевском шоссе дом, дом 24. На ладонь просто щель. И я понял, что все это строится как бы… это ж строить надо. Представь, что мы с тобой строители. Сейчас со строителями поговорим. Позвоните, пожалуйста, строители, (495) 73-73-948. Мы с тобой строители. Приходит плита. Эта плита, она же огромная, гигантская, ее держит кран, и мы должны с тобой приварить там ушки, там маленькие такие железячки, которые мы должны приварить друг к дружке. После чего, кстати говоря, они будут подвержены атмосферным воздействиям, потому что мы их залепим чуть-чуть, это все растрескается очень скоро, и вода пойдет туда. Это все растрескается моментально. Никто же не облицовывает потом этот дом отдельно пенополиуретаном. Мороз действует, вода — все действует. И ты, например, ко мне подходишь, как строительница ты должна говорить какие-то слова неприличные.

А. ОНОШКО: «Майне вире».

С. ДОРЕНКО: Ты говоришь такая: Леонидыч, майне вире, кхе-кхе, я, майне вира, смотрю тут, майне вира, не совпадают эти железяки, как приварить-то, майне вира. Я говорю: ну, ты через одну тогда вари, чего это. Ну, мы не остановим стройку, правильно. Мы стройку-то не остановим, мы чего, рыжие что ль с тобой, нам же надо доделывать, нам же задача поставлена. Ты такая: ну, я, майне вира…

А. ОНОШКО: Ну, это редко сейчас.

С. ДОРЕНКО: Что? Не рассказывай мне. Я открывал панели на Рублевском шоссе, дом 24, открывал панели, а потом у Вани Макушка… Ваню Макушка знаешь? С Глазьевым работает сейчас, работал с Бородиным. Иван Макушок. У них просто треснул дом, дом 20, по-моему, сейчас не помню, дом 22. Сейчас я позвоню ему. У них треснул дом, просто дом напополам треснул, Рублевское шоссе 20 или 22.

А. ОНОШКО: У нас на Косыгина несколько домов, они все в трещинах тоже.

С. ДОРЕНКО: Он жил потом у матери долгое время, потому что дом треснул. Что тут не понять-то? Я сам видел эту трещину. Отселили там два подъезда или подъезд, сейчас мы спросим. Это кошмар. О чем ты говоришь? Эти панельные дома — это кошмар настоящий, адский кошмар. Их приваривают как бы так. Майне вира. Ну, ты, майне вира, вари… (автоответчик). Выключен. Он спит. На другой, у него еще есть. У них раскололся дом. Его квартира раскололась. Прикинь, чего. У него квартира раскололась. Кухня раскололась, где он меня поил чаем с кирзовым запахом, запахом кирзы. А у меня плиты не совпадали, ладонь между плитами, ладонь я просовывал лично. Я позвал чуваков, которые мне это заделали. Но они заделали-то чем? Они заделали это какой-то мастикой, она же не держит ни черта. Ты это понимаешь или нет?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Мастикой. Мать, эти дома на мастиках, на соплях. На соплях стоят дома! Мы в них заходим, голову преклонить, спать.

А. ОНОШКО: Обустраиваемся.

С. ДОРЕНКО: Мы надеемся, что это укрылище наша, крепость, броня. Ваня спит в этот момент. Нет, он не может спать в это время. Он уже, может быть, наоборот, работает. Он лежит в окопе, отстреливается от империализма.

А. ОНОШКО: А вы видели видео в интернете, как мальчики растянули какую-то пленку в комнате и воды напустили туда, в комнату? Не видели?

С. ДОРЕНКО: А ты знаешь мальчика, который жил надо мной на Рублевском шоссе 24, надо мной жил мальчик, который 2 на 2 метра построил аквариум для рыбок любимых. А ты знаешь, что такой 2 на 2 метра, даже если высота метр? Я тебе объясняю просто, чтобы ты знала.

А. ОНОШКО: Несколько тонн воды.

С. ДОРЕНКО: Это несколько тонн воды. Несколько тонн воды. А Сережа, это я, стяжку сделал капитальную, как в Мавзолее, и положил мрамор в зале. Я хотел мрамор коелга положить.

А. ОНОШКО: Это такой вид мрамора?

С. ДОРЕНКО: Да, такой вид мрамора. С Васей Маргеловым, сыном Маргелова, мы покупали коелгу, я очень хорошо помню. Он жил на Беговой, и мы там покупали «Газель» с коелгой, машинку небольшую с коелгой, и я ее клал в зале.

А. ОНОШКО: И это тоже несколько тонн.

С. ДОРЕНКО: И это еще несколько тонн. Сколько идиотов? Надо мной идиот аквариум разбил в несколько тонн, а Сережа сделал стяжку как в метро и положил мрамор, это я. Дом должен был погибнуть под нами, идиотами.

А. ОНОШКО: Но стоит еще.

С. ДОРЕНКО: Он стоит случайно, по нелепой случайности дом стоит. А дом 22 лопнул. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Серега из Надыма. Насчет стройки рассказываете?

С. ДОРЕНКО: Да. Мы боимся домов этих, ну их нафиг.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы боимся домов и правильно делаем. Потому что у нас дома… А вот мы строим газопровода, например, у нас здесь… на голову… Но вы сейчас вспомните, когда строили броненосцы при нашем Николаем II, там рабочие писали, что вместо костылей свечи забивали стальные. В то время, когда он подарил ожерелье Кшесинской за один броненосец, в то время мы забивали костыли, ставили вместо клепок в броненосцы.

С. ДОРЕНКО: Ну, да. Спасибо. «Панельки при обрушении складываются, между плитами образуются пустоты», — говорит Андрес. «Выживших больше. Кирпич рассыпается и заваливает всех. Вспомните взрывы на Гурьянова, панель, и на Каширке». «Сергей, на Рублевском шоссе есть генеральские дома министерства обороны». Знаю, я в одном из них жил. «Так один дом без плиты стоит на железной подпорке. Подъезд один закрыли и дальше живут». «Не в военном ли доме вы жили в 92-м году?» Именно там. Префект Бречихин. Префект Бречихин Западного округа получал квоту, сколько-то процентов от строительства министерства обороны. Министерство обороны строило эти генеральские дома под вывод генералов из ЗГВ, Западной группы войск. Построено омерзительно все это, ужасно, отвратительные дома, которые построило министерство обороны, и гражданские там получили свою квоту. Из этой квоты мне продали квартиру. «Я купил квартиру в 66-м году, делал ремонт, стяжка была 20 сантиметров толщины, асфальт еле выдолбили. Сделали по уму керамзит». «Новомарьинская 28. В углу стен во время ремонта была найдена телогрейка», — Сергей Гулин. «Не участвовал ни в одном строительном проекте», — говорит Дмитрий. Дмитрий, я участвовал. Я участвовал в том смысле, что я собственную квартиру когда посмотрел, ужаснулся. У меня в ладонь между плитами. Там сквозняк был адский, такой сквозняк, как будто аэродинамическая труба. Я не мог понять, откуда эта холера, и крысы ходят. Я когда нашел, я увидел, в ладонь между двумя плитами. Как вы хотите, чтобы этот дом стоял? Конечно, он рухнет. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Утро доброе. Дмитрий. Не хочется, конечно, пугать радиослушателей, все действительно так. Строительство можно с медициной сравнить. Если там начать разбираться обычному человеку, становится страшно. По данному происшествию. Есть много проблем даже не как построили, а пластиковые окна, я очень долго ими занимался, это, конечно, хорошо, но с вентиляцией в домах становится проблема. Потому что закладывали еще это в Советском Союзе. Грубо говоря, ставишь пластиковое окно…

С. ДОРЕНКО: Да!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Когда происходит скопление газа, он проветривается через обычное окно, а тут — нет, никуда ничего не уходит.

С. ДОРЕНКО: А вентиляция?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Она закладывалась, вы поймите, считают на 30 лет вперед.

С. ДОРЕНКО: А как же я сегодня утром захожу одеваться, и у меня полная комната дыма табачного. Значит, какой-то ханурик сосед курит, ханурик подлый, значит, вентиляция работает.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Когда будет возгорание газа, окно должно вылететь по-хорошему, вот это деревянное, и ничего не произойдет, никакого обрушения. А пластиковое не вылетит, и будет достаточно вот так.

С. ДОРЕНКО: А если поставить моднючий алюминий с дубом, дуб внутрь, алюминий наружу.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если с газом это связывать, то тут с вентиляцией надо чего-то делать.

С. ДОРЕНКО: А если газ просто заварить, забыть и не знать, купить электроплиту и больше не помнить.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А тогда загоримся от электричества, потому что не рассчитано. Часто включаем электроплиты, все хорошо, проводка алюминиевая.

С. ДОРЕНКО: Западня. Потом от всех этих несовершенство убегаешь в собственный дом, где зато каждую неделю чего-нибудь ломается.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, да.

С. ДОРЕНКО: В котле скапливается окалина, окалина не дает гореть, все это обязательно в январе случается, притом когда ты на Мальдивах. Дом выстужается к чертовой матери.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если начать разбираться, здесь страшно, там страшно.

С. ДОРЕНКО: Надо купить бунгало где-нибудь на пляже на острове где-нибудь рядом с Бали, купить бунгало.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И чтобы из палочек только, если палочки обвалятся, ничего страшного.

С. ДОРЕНКО: И сидеть там в гамаке с бутылочкой пива в руках холодного.

А. ОНОШКО: Которое стоит 100 долларов.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Еще момент. Фасадное остекление. За 10 лет в Москве все застеклили, везде все стеклянное. Очень хорошая технология, благостная абсолютно, как раз антиобрушение и так далее. Но местами там это все собирается. Не хочу публично места такие… Ну, страшно. Ни гаек, ничего не прикручивает никто никуда.

С. ДОРЕНКО: Да… «Дочь живет во Франции. Мерзнет зимой, так как в стыках между панелями щели». Елена из Кунцева. Елена, здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Я еще была ребенком, меня мама водила за руку, потому что строил стройбат на Рублевском шоссе.

С. ДОРЕНКО: Стройбат, конечно. Стройбат. Чудовища.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они все ходили по вечерам. Они ходили по вечерам, и меня мама водила за руку.

С. ДОРЕНКО: Ужас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так что, Сергей, с чего вы удивляетесь? Рядом, вы должны знать, на «Молодежной» есть три старых дома кооперативных, они называются в народе «три банана», там тоже взорвался баллон, но дом-то остался. Я же помню, я от этого взрыва проснулась.

С. ДОРЕНКО: На Молодежке. А сейчас застроили речку-вонючку. Там речка-вонючка была какая-то, ее застроили полностью. Я думаю, вот как они живут, зная, что под их фундаментом речка. Ну, не идиоты?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, уже вчера по ТВ показали по Первому каналу… Вы, конечно, пренебрегаете. Я хотела посмотреть. Уже внизу был очень сильный взрыв. У меня такое ощущение было, что так баллоны не взрываются. Это мое личное впечатление.

С. ДОРЕНКО: Опять гексоген что ли с сахаром?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Во всяком случае, там так полыхнуло. Там камеры видеонаблюдения. Все же показывали только итоговую картинку.

С. ДОРЕНКО: Лен, я очень сочувствую Ижевску, очень сочувствую людям, соболезную, правду вам говорю, но я начинаю… Каждой мышке своя шкурка дорога. Я начинаю думать конкретно… В Ижевске это уже случилось, горе, великое горе. Соболезную. Я начинаю думать о том, что случится потом, завтра, сегодня. Я начинаю понимать, что все это безобразие, оно просто сложится, все это сделано на честном слове, на соплях. На честном слове, Лен, бесчестных людей.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, у меня отец был строитель. Я всю жизнь ездила в ДСК-1, домостроительного комбината. Он мне всю жизнь говорил, что газ… это только пять этажей, девятиэтажные — это уже остатки. Я вообще в ужасе, когда я слышу… Помните, дом взорвался в Рязани, где обогревался собственным котлом. Для меня это вообще просто душегубка. Как дочь строителя, я воспитана в таких правилах, что пятиэтажные, ни выше, только центральное отопление.

С. ДОРЕНКО: Лена, не так. Мы должны быть предусмотрительными людьми. Мы должны с вами запланировать на старость, Лен, построить себе одноэтажное строение, чтобы прыгать в окно было легче, с девятого фиг прыгнешь. Одноэтажное, и вдобавок нас легче будет на вилчере таскать. Мы будем в кресле-каталке в этот момент, и удобно будет в одноэтажном. Потом все-таки это должно быть в пределах Москвы, потому что за городом скорая помощь вообще никогда не приезжает или приезжает через час 40 и уезжает, сразу говоря, что у них нет времени. Это должно быть внутри Москвы, одноэтажное и собственное, чтобы ты точно знал, где у тебя что.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, у меня тоже есть дом в деревне, это дача моей мамы, это старый деревенский дом, так ей там стало плохо, я звонила МЧС, МЧС нашла ее телефон, позвонила ей и спросила ее: вас эвакуировать? Она говорит: нет, я дочь дождусь. Я просто их там просила, ее эвакуируют, но при этом не ломать забор. Они мне говорят: у вас собаки нет? Я говорю: у меня только кот.

С. ДОРЕНКО: Был смешной анекдот одесский на этот счет, когда Абрам звонит Суне и говорит: что тебе, Суня, плохо? Тот говорит: а кому теперь хорошо?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Во всяком случае, МЧС даже ее как-то телефон нашла. Потому что она владелица, они ей позвонили. Сергей, но меня до сих пор удивляет, что у «Молодежной» эти «три банана», там же тоже наверху взорвался баллон, но ничего не произошло.

С. ДОРЕНКО: Ужас. Спасибо. Я думаю, как надо организовать свою жизнь, чтобы она была более-менее безопасна. Во-первых, надо жить в Москве, внимание, потому что Подмосковье — это адище и 19 век. Мы должны жить в Москве, которая, по крайней мере, 21-й, можно так, смело сказать. Москва — первое. Второе — первый этаж, но не многоэтажного дома.

А. ОНОШКО: А почему первый? Он целее всех остается?

С. ДОРЕНКО: Первый и единственный. Нужно купить большую площадь в Москве, построить такую хату, такую распластавшуюся, где ты будешь ездить на вилчере весело и ставить всем подножки, на электрическом таком кресле-качалке… жжжж… жжжж… Кто это? Это папа едет. Это папа у нас катается. Вот такая фигня должна быть. И ты должен прыгать в окно в случае чего и ты должен точно понимать, где у тебя газ, где у тебя электричество. Ты должен сам все видеть. Сам, глазами. Вот как надо жить, Настя. Ты скажешь: хорошо, это удобнее сделать где-нибудь в Калужской области. Отвечаю: нет, только в Москве. Потому что в этой стране есть один город, один, называется Москва, все остальное — совхоз имени 22 партсъезда, говно. Понятно? В хорошем смысле, ты знаешь, что я никогда не выражаюсь. В движении.

Новости

С. ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. Активисты движения «Стоп ГОК» рассказали о полуночном звонке Путина. Это прекрасно. Мы знаем, что сейчас президент Российской Федерации прибыл во Вьетнам, он там встретится с Трампом, в частности. Там есть некая программа АТЭС, кроме АТЭС, мероприятия, есть еще запланированная встреча Трампа и Путина, на котором будет обсуждаться отношение и вмешательство России в американские выборы, и Северная Корея, и Украина, и Сирия. Чего уж, нам повезло, всюду проблемы и всюду без нас не обойтись. Это хорошо. Но по дороге Владимир Путин останавливался на Урале. Он проявил себя как? Он позвонил Василию Московцу… Звонят Василию Московцу. «С вами будет разговаривать товарищ Сталин». А как, интересно, они говорят? С вами будет говорить…

А. ОНОШКО: Да. Еще когда он Маше Гессен звонил и приглашал, тоже самое, она рассказывала, что звонок на сотовый, предупреждает адъютант, «сейчас будет на линии…» Никто не верит, Сергей. Люди взрослые все, понимают, вероятность события нулевая практически. Но трубку не вешают. Ждут.

С. ДОРЕНКО: А как? Чего, дурак что ль вешать трубку, может, правда.

А. ОНОШКО: Вдруг там что-то есть, как говорится, наверху. Начинается разговор. Люди, когда они разговаривают, конечно, я думаю, что все-таки они все время думают, взаправду это или нет.

С. ДОРЕНКО: Ты бы хотела, чтобы тебе позвонил товарищ Путин?

А. ОНОШКО: Смотря, с каким вопросом. Не знаю. Если просто спросить телефон Сергея Доренко, то нет, с этим ко мне обращаются часто. Насть, Насть, мы к тебе с таким вопросом…

(видео)

С. ДОРЕНКО: С вами будет говорить товарищ Сталин. Это знаменитая фраза, она в нескольких фильмах была использована. Но это же и есть прямая демократия.

— Здравствуйте. Возьмите трубку.

С. ДОРЕНКО: Он подходит к трубке. Это какое-то кино. С вами будет говорить товарищ Сталин.

— Алло…

— Товарищ Ремис?

— Да, Ремис.

— Одну минутку. С вами будет говорить товарищ Сталин.

А. ОНОШКО: И тут можно падать замертво.

С. ДОРЕНКО: Тут можно падать замертво, причем смирно. Все становятся смирно. Специальный кабинет и все. Он поговорил. Я понимаю так, что это абсолютно действенный способ осознания ощущения родства с высшим правительством. Это правда.

А. ОНОШКО: У кого ощущение это, у правительства или у людей?

С. ДОРЕНКО: Россия страна маленькой элиты и в этом смысле маленькая страна, но Россия страна такого большого, растянутого по площадям народа, по поверхности земли, растянутого в линию до Владивостока. Этот народ систематизирован каким-то образом через какие-то способы взаимодействия стихийные, не структурированные, очень странные и случайно успешные. Потому что народ все время, во-первых, перемещался, во-вторых, он все время мог уйти дальше и дальше, и дальше, уйти от проблем, не решать проблемы. Не решать. Где-нибудь в Европе, в Чехии, люди вынуждены были решать проблему, находить пути решения, а в России они могли просто уйти дальше, дальше, дальше. Эта некая стихия, некая плазма русской жизни, такая растекающаяся. И очень маленькая страна элиты, которая базировалась в Петербурге, в Москве, в разное время по-разному. Так вот прямой переход поверх голов элиты прямо к этому народу, от маленькой элиты к большому народу, это очень действенный способ, который возвращает нас во времена царя Берендея. Сегодня Настя при слове царь Берендей сказала: а что это значит?

А. ОНОШКО: Я забыла.

С. ДОРЕНКО: Берендей — это отец Иванушки, Ивана-царевича.

А. ОНОШКО: У Жуковского.

С. ДОРЕНКО: У Жуковского, в частности. Есть такие берендеевские болота в Ярославской области. На северо-западе Ярославской области есть берендеевские болота. Царь Берендей. Царь Берендей напрямую контачит с народом. Ему не нужны бояре. Может, и есть бояре у него, но их недолюбливает, он любит народ, и народ любит его, и народ тоже недолюбливает бояр. Такая изумительная схема душевного комфорта для русского человека. Не только для русского. Первый король Саудовской Аравии, не тот, который к нам приезжал, а который 80 лет назад или сколько правил, он каждый месяц в течение дня…

А. ОНОШКО: Накидывал плащ.

С. ДОРЕНКО: Нет-нет, это Гарун аль-Рашид накидывал плащ. А этот, наверное, скидывал плащ. Он садился у себя в шатре, и сквозь шатер шли бедуины.

А. ОНОШКО: С просьбами.

С. ДОРЕНКО: Поговорить просто, зачем просьбы. Поговорить. Здравствуй, король. Как дела, король? Что ты ел сегодня, король? А что ты ел? Да вот покалывает здесь. Я тебе дам телефончик или адресочек хорошего врача. Поговорили. Следующий дед приходит. Ну, что, король? Это вот было в Саудовской Аравии. Это действительно было, я сейчас не выдумываю. Берендеевское царство было в Саудовской Аравии недавно, несколько десятилетий назад, когда каждый бедуин, каждый бедуин, в известный день в порядке живой очереди заходил в шатер к королю и просто там тусил. Необязательно большая просьба. Необязательно. Просто увидеть короля, чаю с ним выпить по-человечески. Нормально. Я считаю, что это потрясающая вещь. Давай послушаем, как шел разговор. Сейчас Настя попробует вывести, и так нехорошо слышно, поэтому мы с телефона не будем воспроизводить, мы попробуем написать. Это «Новая газета». Спасибо Кириллу с Мефодием. Отчебучили они по первое… Перейдем на латиницу, будет нормально. Когда, наконец, мы перейдем на латиницу, у меня вопрос? Выводи. Я готов переучиться на латиницу и снова даже прочитать всех классиков на латинице.

(запись)

— Спасибо, Владимир Владимирович. А какое ваше решение будет?

В. ПУТИН: Это вопрос… Это вопрос, который надо изучать…

С. ДОРЕНКО: Знаете, когда записывали, не подготовились к записи.

В. ПУТИН: Думаю, что проекты подобного рода не должны решаться кулуарно и исключительно на административном уровне.

С. ДОРЕНКО: Если позволите, я перескачу чуть-чуть. Я вижу по рисунку, что здесь повыше уровень. Не передвигается. «Новая газета» молодцы, они сделали так, чтобы мы ничего не могли ни передвинуть, ни скачать, ни украсть у них.

— Можно еще вас побеспокоить? Сегодня люди хотели выйти в одиночные пикеты, встретить вас, поприветствовать транспарантами и так далее. Но в итоге все закончилось тем, что 15 человек были сотрудниками полиции задержаны, продержали всех более четырех часов, 12 отпустили, а на трех составили аж протоколы. Причем мы подавали уведомления и все равно тем не менее задержали. Машины блокировали и так далее. Пожалуйста, дайте своим компетентным сотрудникам просьбу разобраться. В Челябинске просто… Вот я только-только приехал из полиции. Вытаскивали всех наших товарищей, тех людей, которые хотели вас поприветствовать, как президента Российской Федерации. Очень у нас большая проблема с этим вопросом.

В. ПУТИН: …я поэтому вам и звоню, чтобы вы знали, что я в курсе и…

— Спасибо, Владимир Владимирович.

В. ПУТИН: У меня к вам только просьба… Вы правильно делаете, что боретесь за то, что вы считаете правым делом. Аккуратнее только, давайте ничего не нарушать. Ладно?

— Да, конечно.

С. ДОРЕНКО: «Аккуратнее, давайте ничего не нарушать». Справедливо, деловито говорит Путин. Это Путин, конечно, это никакой не пранкер. Конечно, это Путин, я слышу Путина. Что он говорит? Он один раз перебивает активиста, который против ГОКа, он один раз перебивает его словами, что «не трагедия». Тот говорит: у нас трагедия.

А. ОНОШКО: Катастрофа.

С. ДОРЕНКО: Катастрофа, прости.

А. ОНОШКО: Он говорит: у нас катастрофа. «Ну, не катастрофа». «У нас катастрофа, все хуже и хуже». Он говорит: «Нет, не катастрофа, просто не очень хорошо и хуже не становится, но и лучше тоже не становится».

С. ДОРЕНКО: Путин борется с суперлативами какими-то. Он не хочет, чтобы было совсем все время катастрофа, крик «катастрофа». Путин не любит этого. Он говорит: ну, положение сложное, нехорошее, давайте решать. И когда он говорит, что «вот у нас задержали людей» (вы сами слышали), Путин говорит, «вот ровно поэтому я вам и звоню». «Ровно поэтому я вам и звоню. Я хочу, чтобы вы знали, что я в курсе». Это тоже очень по-путински. В данном случае он берет на себя ответственность, ну, как бы с этой минуты.

А. ОНОШКО: Ну, да.

С. ДОРЕНКО: Если он не звонил бы, типа, знает, не знает, фиг знает, чего знает, кто там, кто ответственный… Кто ответственный за решения? Никто не знает, черти что и сбоку бантик. А тут Путин говорит вот этой фразой: «Я хочу, чтобы вы знали, что я в курсе». Этой фразой он говорит, в сущности, следующее: «Я хочу, чтобы вы знали, что я отвечаю за положение дел». Понимаешь, да?

А. ОНОШКО: Ну, да.

С. ДОРЕНКО: И в конце он говорит, что «мы проведем экологическую экспертизу». То есть это решение будет проведено через экологическую экспертизу. Через несколько минут после звонка Путина позвонили от губернатора. Вот тебе еще одно подтверждение, что это действительно была команда. Через несколько минут после звонка Путина позвонили от губернатора и пригласили этого чувака Московца на совещание к губернатору. Ты знаешь об этом? То есть все, понеслась, значит, они будут участвовать, они будут внутри.

А. ОНОШКО: Общественность.

С. ДОРЕНКО: Общественность будет участвовать, общественные обсуждения, активисты все будут внутри, этот комитет будет ходить к губернатору, все это будет вместе, они будут задавать вопросы, требования и прочее, прочее. Скажи, пожалуйста, это хорошо?

А. ОНОШКО: Это похоже на ручное управление, а это плохо.

С. ДОРЕНКО: Почему плохо?

А. ОНОШКО: Потому что Путин не может поспеть везде в такой большой стране, а проблем много у всех. В любой двор загляни, там будут проблемы свои, причем которые не решаются годами.

С. ДОРЕНКО: Я тебе скажу одну вещь удивительную. От Аргентины до Индонезии (я не был в Австралии, а ты была), мы можем сказать, наверное, от Аргентины до Индонезии, везде, в каждом дворе какие-то есть проблемы. Они есть.

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: И что, поэтому правитель, избранный всенародным голосованием, любой правитель… Премьер-министры в основном в парламентских демократиях не выбраны всенародным голосованием, там голосуют за партию. Но в ряде демократий, в ряде стран, лучше сказать, есть первое лицо, которое избирается всенародным голосованием. Не везде. Вот во Франции есть, в США есть. В США нет, кстати, потому что в США выбирают выборщиков. В России есть, во Франции есть. То есть в ряде стран есть первое лицо, которое выбирается всеми. Отлично. Это первое лицо что, должно себя искусственно ограничивать? Почему оно не может вмешаться?

А. ОНОШКО: Нет, первое лицо должно, неся ответственность за благополучие населения, создавать такую систему, при которой вопросы решаются без его прямого участия, очевидно. Мне так кажется. Этого пока нет у нас.

С. ДОРЕНКО: Человек несовершенен. Если самого питающегося амброзией человека двое суток не мыть, то от него начнет вонять.

А. ОНОШКО: Человеческий порыв я понимаю.

С. ДОРЕНКО: Давай скажем следующее, человек несовершенен. Сколь бы ни была совершенна его диета, от него воняет. Эрго, следовательно, люди будут совершать ошибки. Почему же ты отказываешь человеку, который стоит над всей этой системой в иерархии власти, отказываешь в праве на вмешательство?

А. ОНОШКО: Не отказываю ни в коем случае.

С. ДОРЕНКО: Это хорошо или плохо в конечном итоге, что Путин позвонил?

А. ОНОШКО: Давайте проголосуем.

С. ДОРЕНКО: Давайте проголосуем. Путин позвонил по поводу челябинского ГОКа, Томинский ГОК, Томинский горно-обогатительный комбинат под Челябинском, против которого восстают люди, требуют экологической экспертизы, ряд людей, не все, но кто-то восстает, есть активисты. Путин позвонил Василия Московцу, лидеру движения «СтопГОК», в 12 часов ночи, кстати, очень мило. Если бы он спал, чего было бы, и выключил бы, абонент недоступен было бы. Ну, хорошо. Он позвонил ему в 12 часов ночи. После звонили от губернатора, еще позже, приглашали. Дальше. Этот лидер движения «СтопГОК» прислал Путину обращение. Путин говорит: «Вы прислали мне обращение, там 160 тысяч подписей. Я его читал. Я разделяю вашу озабоченность». Это хорошо или плохо? Начать голосование. Это хорошо — 134-2135, это плохо — 134-2136. Плохо, потому что дело Путина наладить некую машину, которая бы сама все это перемалывала.

А. ОНОШКО: Просто есть ощущение, он ездит с мигалками, все это обставлено, он как бы далек вроде бы, дистанцируется физически от людей. И понятно, что к нему на доклад приходят люди, допущенные, и положили папочку. Он бы никогда не узнал о 160 подписях, если бы ему эту не положили папку на стол.

С. ДОРЕНКО: Сто процентов кто-то положил на стол. Это может означать…

А. ОНОШКО: Что кто-то борется.

С. ДОРЕНКО: Настя, давай скажем прямо. Нет, ты говори короче. Ты так мутно говоришь, как будто ты тост какой-то на Кавказе, как будто это кавказский тост. Я не понимаю кавказских тостов, не понимаю, меня тошнит от них. Просто говори прямо, что у ГОКа есть враги, которые сумели запихнуть папочку на стол Путина. Внимание. У ГОКа есть враги, которые используют движение «СтопГОК», и эти враги получили доступ в кабинет Путина, получили доступ к человеку, который мог положить ему на стол. Такой человек существует наверняка. Какой-то человек, который, например, может занести и положить на стол, обратить внимание президента. Враги обратили внимание президента, враги ГОКа. То есть это просто подковерная борьба. Это первая версия. Вторая версия. У Путина есть инструменты контроля. Я тебе предлагаю вторую версию. Я же твою принял, как гипотеза. Следующее. Гипотеза опять. Что у Путина есть инструменты контроля многоуровневые, которые позволяют ему быть объективно информированным. Он объективно информирован. У меня сейчас 49 на 51. Я останавливаю это голосование. Путин позвонил лидеру движения «СтопГОК» Василию Московцу в Челябинске и взял на себя ответственность за решение вопроса, экологическую экспертизу и так далее, что он взял под контроль все это. Лично сообщил активисту. И это хорошо — 49%, это плохо — 51%. Пожалуйста, выскажитесь. 73-73-948. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Безусловно, это хорошо. Это говорит о том, что Владимир Владимирович занимается не только глобальными вопросами, но и обращает внимание и на простых граждан, может быть, и не столь простых, но все-таки которые рангом пониже, скажем так. Смотрит он и на землю тоже, не только в небо.

С. ДОРЕНКО: Ну, да. Спасибо. Дальше. Мы продолжаем с Настей разговор. Настя, это может означать, что у него есть независимые инструменты контроля? То есть не враги ГОКа заносят папочку, а действительно независимая просто система.

А. ОНОШКО: Change.org.

С. ДОРЕНКО: Какая-то есть система контроля, какая-то независимая, я ее не знаю. Страна как бы пронизана несколькими многоуровневыми системами контроля, которые поставляют ему информацию. Может такое быть.

А. ОНОШКО: Может, наверное.

С. ДОРЕНКО: Может. Мы должны допустить гипотезу.

А. ОНОШКО: Хотелось бы знать, где это место.

С. ДОРЕНКО: Если ты математик, ты должна математически допускать гипотезы, а не сразу клеймить.

А. ОНОШКО: Но я же гражданин и я потенциально могу попасть в такую ситуацию, когда мне надо будет собрать подписи, я хочу поучаствовать.

С. ДОРЕНКО: Про тебя все известно будет хорошо. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Высказываясь про Олимпиаду, Владимир Владимирович уже упоминал выборы. Он всегда был за экологию и это хороший информационный повод.

С. ДОРЕНКО: Да, и хороший, близкий к нему человек Сергей Иванов занимается экологией сейчас. Сергей Иванов, который был министром обороны, помните.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да.

С. ДОРЕНКО: Занимается экологией. Значит, значение экологии при дворе высоко, очень высоко. Да, это правда. Это правда. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, Анастасия, здравствуйте. Тоже мнение по поводу выборов. Слежу за Путиным последние две недели. Первое, что внимание привлекло, по блогерам он озаботился… тоже хороший бонус к выборам. Молодежь вся узнала на YouTube моментально. Здесь тоже самое, как он вписывается, и лишние как бы баллы.

С. ДОРЕНКО: Ну, да. А разве это плохо? Вот Настя… им же не угодишь. Они говорят: дайте нам демократию.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это хорошо в рамках определенных людей…

С. ДОРЕНКО: То есть Путин вписался… Как вас зовут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Альберт.

С. ДОРЕНКО: Настя… Альберт говорит: Путин вписался и это клево. А тебе все плохо. Я правду говорю тебе, серьезно. Но это же демократия черт бы ее задрал. Когда демократия — плохо, когда нет демократии — опять плохо. Так как же вам угодить.

А. ОНОШКО: Разве это не авторитаризм? Какая тут демократия?

С. ДОРЕНКО: Как вам угодить? Человек ищет поддержки у своего народа, планируя, как мы думаем, баллотироваться на должность. Ищет поддержки — плохо! Не ищет поддержки — плохо! Да что ж вас, холера раздери, ведь кол на голове чеши. Он ищет поддержки, он берет на себя ответственность, он вписывается за людей. Слова Альберта. Человек вписывается за людей — плохо! Не вписывается за людей — плохо! Хорошо когда будет вам?

А. ОНОШКО: Никогда.

С. ДОРЕНКО: Ха-ха-ха! Оношечка, за что я тебя люблю.

А. ОНОШКО: За что?

С. ДОРЕНКО: За то, что ты самокритична. Ну, правда.

А. ОНОШКО: Критична по отношению к власти, прежде всего.

С. ДОРЕНКО: Напомню, люди уже забыли. Это Валерия Ильинична Новодворская. Настя была ее поклонницей.

А. ОНОШКО: Люди не могли забыть Валерию Ильиничну. «Что я, буду бегать по квартирам и искать гексоген?» Я помню это, когда сказали, будьте бдительны, гражданам.

С. ДОРЕНКО: Новости.

Новости

С. ДОРЕНКО: Ты разобралась с машинами ФСО?

А. ОНОШКО: Нет, не разобралась.

С. ДОРЕНКО: Давай вместе разберемся. Я прочитал один раз, но не понял. Я пытаюсь сейчас понять. Это статья в «Коммерсанте». «Машины ФСО сливаются с потоком. Меняются правила применения спецсигналов на транспорте. Автомобили ФСО получат право сопровождать кортежи, не имея на борту светографической схемы». Я вообще считаю, что правильно, нам просто трепетать и точка. Какая разница, имеют, не имеют? Мы должны угадывать такие вещи, нутром чуять.

А. ОНОШКО: По номерам.

С. ДОРЕНКО: Номера закамуфлированные могут быть. Но мы должны нутром чуять, чувак имеет право, точка, а ты — нет. Понятно?

А. ОНОШКО: Понятно.

С. ДОРЕНКО: Звать тебя Иван Говнов, имя твоя и фамилия Иван Говнов, не работаешь в ФСО. Наоборот, ваше превосходительство Иван Иваныч Превосходный — работает в ФСО. Должна быть разница сразу, с детства. Давай почитаю. «Рядовые водители будут определять спецтранспорт, угадывая по интуиции… Не только по мигалкам на крыше, но и по синим фонарям…» Что значит синие фонари?

А. ОНОШКО: Это такие фонари, как в китайском ресторане, только синие. Знаете, у меня ребенок… Можно офтоп? Первый класс. Нарисуй фонариков столько, сколько треугольников на этом фонарике.

С. ДОРЕНКО: О-ля-ля.

А. ОНОШКО: А фонарик нарисован такой, как китайский, во времена детства моей мамы были такие бумажные китайские фонарики. Мое бедное дитя рисует. Я отвернулась буквально на секунду в окно, смотрю обратно, а нарисованы такие фитюльки, шесть штук. Оказывается, он фонарик, слово, воспринимает как электрический фонарик, который с кнопкой, как с «Декатлона», какие-то охотничьи, вот это фонарик для него. А вот эту бумажную штуку, он не воспринял на бумаге то, что было нарисовано.

С. ДОРЕНКО: Послушай. ФСО, Федеральная служба охраны, это очень страшные люди, которые тебя застрелят, и им ничего не будет.

А. ОНОШКО: Они как сумасшедшие что ли?

С. ДОРЕНКО: Нет, не сумасшедшие. Им ничего не будет. Это мне сказал гаец на Кутузе. Они тебя застрелят, им ничего не будет, он сказал.

А. ОНОШКО: Это самое страшное, что им ничего не будет.

С. ДОРЕНКО: И мне тоже сказал: «И меня тоже застрелят, тоже им ничего не будет». Ничего не будет. «ФСО опубликовала на портале regulation.gov.ru проект изменений в главу ПДД, посвященную использованию спецсигнала. По действующим правилам, напомним, водители автомобиля с включенным проблесковым маячком синего цвета могут отступать от ряда правил, выполняя неотложное служебное задание». Водитель автомобиля с включенным проблесковым маячком синего цвета. Но еще и с сиреной, кстати говоря, в правилах. Без сирены они вообще ничего не значат, просто значит идиотик. Если нет сирены, это значит, идиотик включил фонарик. Понятно, да? Выполняя неотложное служебное задание при условии обеспечения безопасности движения. То есть нужна сирена и фонарь синий. О’кей. Они могут воспользоваться приоритетом, убедившись, что им уступают дорогу, сказано в ПДД. Нарушать правила также могут кортежи, при этом колонна должна сопровождаться машинами с светографическими схемами на борту, у которых работают маячки синего и красного цветов, а также сирена. В ФСО считают, что в качестве машины сопровождения теперь по новым… Теперь внимание, сосредоточься на новом новшестве. Могут также использоваться автомобиль без светографики, какой-нибудь «Роллс-Ройс», но с фонарями синего цвета (мы не знаем пока, что это значит), установленными в передней части автомобиля не выше уровня фар. То есть внизу где-то над землей у него должны быть синие фонари. Знаешь, почему? Потому что их раздражает… Они хотят ездить всегда…

А. ОНОШКО: Такой слышали звучок когда-нибудь? Вот это их раздражает, уже им минимальное вторжение.

С. ДОРЕНКО: Их раздражает звук собственной сирены, им неприятно. Их раздражает синий маячок на крыше, потому что когда он начинает мелькать, у людей раздражение, им неприятно.

А. ОНОШКО: Каких людей, снаружи или внутри?

С. ДОРЕНКО: Начальник сидит и говорит своему водителю: Степушка, ты выключи эту хрень как-то, она все время мелькает как-то, и хватит вот это, попердывать… Потому что ему неприятно, начальнику. Неприятно, это мешает. А теперь у них будет ниже бампера синий фонарь, который они сами видеть не будут. Просто синий фонарь, он работает в мигающем режиме. Раньше ММЖ была гэбушная машина, ММЖ, ММД. Знала такое? Ты не знала. Слушай меня. Я ветеран движения, я участвовал в куликовском сражении на Куликовском поле. Послушай меня внимательно. Раньше были ММД, ММЖ, гэбушные тачки, в старое время. Вот у них была за решеткой «Волги»… Они брали «Волгу-24», ставили на нее так называемый роверовский движок, нерусский, потому что на русском, в хорошем смысле, моторе (я хотел сказать, говне), на русском моторе ездить неудобно, неприятно и некомфортно, хотя он и краденый все равно, но он все равно русский, русский краденый. Они брали роверовский движок шестицилиндровый, ставили его в «Волгу», ставили за решетку синие фонарики. Откуда у них эта история в голове? Они же помнят, старики-то помнят ММЖ и ММД, как они ездили.

А. ОНОШКО: Да, я тоже помню такие штучки.

С. ДОРЕНКО: Они ставили синие фонарики за решетку. Он к тебе подъезжал… Как ты сделала па-па-па-па… Сделай снова.

А. ОНОШКО: … Вот так оно, какое-то такое.

С. ДОРЕНКО: Постанывает она в предвкушении оргазма. Они постанывают в машине все вместе в такт и получается громко. И синий блымкает за решеткой. Они сами его не видят, тебе противно, а им приятно. И всегда, чем тебе противнее, тем им приятнее. Ты понимаешь диалектику? Вот и все. Дальше слушай. Такие фонари предусмотрены уже для транспорта ФСО в текущей редакции правил, но они имеют статус необязательных опознавательных знаков. А сейчас они сделают, что они будут обязательные опознавательные знаки. «Мигалок сейчас в стране мало, всего 569 штук. Это полезная поправка», — говорит Александр Сергеев, кто бы он ни был, не имеет значения. «Сейчас не более 10-15% времени такие автомобили занимаются сопровождением. Их можно использовать для выполнения других оперативных заданий, где светографическая схема этому часто мешает. Слишком уж заметной становится такая машина в потоке». А потом, когда им надо, они раз и мигалочку включили. Понятно? То есть они де-факто легализуют себе новые мигалки под решеткой. Эти новые мигалки будут для нас обязательны, до лишения прав, а все остальное время он себя не беспокоит светом. Я тебе объясню. Что происходит с начальниками? Они хотят ездить беспрепятственно, с мигалкой постоянно на специальных машинах. Ты начальница, а я твой шофер.

А. ОНОШКО: Давайте.

С. ДОРЕНКО: Ты хочешь ковырять… почему-то у меня лексика сегодня сомнительная пошла. Одним словом, ты хочешь сидеть на унитазе минут 40 с утра, а проснуться хочешь в 8. С 8 до 8.40 хочешь сидеть на унитазе. Потом хочешь пить кофе, который тебе подает филиппинка, потому что твоя жена все еще спит и готовится отдаться в руки массажиста. Она отдаться массажисту в половине десятого, поэтому тебе филиппинка отдается с кофе в этот момент. Ты пьешь кофе. В 9.15 ты встаешь, прощаешься нежным поцелуем с филиппинкой, мол, до свидания, мать, что делать, надо ехать на работу. И ты в 9.15 идешь одеваться, надеваешь костюм, в 9.30 ты выходишь из дому и едешь к 9 на работу. Я не ошибся, к 9. Ты выходишь в 9.30 и к 9 едешь на работу. Поэтому ты своему водителю говоришь: Степушка, я знаю, ты умеешь, ты же умеешь, Степушка. Тот: так точно, разрешите добавить газу. И понесся. Где по обочине, где по разделительной, где как. Но если Степушка включит сирену, то ты ему говоришь: Степушка, надо поскромнее. А то, что меньше надо сидеть на унитазе, ты не говоришь Степушке! Меньше мне, кретину, сидеть бы на унитазе, не по 40 минут, и не лапать филиппинку потом и так далее, или откуда, из Ярославской области вас телочка, кто вам кофе подает. Меньше лапать ее надо было. Надо было встать в 7 и к 8 быть на работе, идиот, потому что никакой оперативной необходимости в мигалке нет. Ну, нет оперативной необходимости. Он же не на пожар едет, скотина. Он же, скотина, едет к 9, а вышел в 9.30. Это животное омерзительное. Но мигалка ему мешает, потому что она светит ему и глаза раздражает. Он говорит: Степушка, давайте без этого, мы же поскромнее должны, не надо, чтобы народ ненавидел. Значит, мигалку выключи, сирену тоже выключи. Почему, Степушка, выключи сирену? Она раздражает, мешает по телефону разговаривать, что-то у тебя как-то громко, Степушка, я не знаю. Виктор Иваныч, обращаешься к начальнику охраны, вы разберитесь, там может что-то подрегулировать надо, так громко получается, мне не дает по телефону разговаривать. Потому что он выясняет, пришла ли его телочке, любовнице первого круга, BMW X-3 или просто трешка, 320-я. Покупает девочке BMW, не может разобраться, пришла она или нет. Поэтому эта сирена мешает. Он говорит: вы можете чуть-чуть потише сделать. Хорошо. А теперь они, скоты, в хорошем смысле (когда я говорю, скоты, я с уважением), будут делать следующее: сирена не нужна, а просто между фарами поставить синее блынканье, и все обязаны шугаться, когда вельможная задница едет к себе на работу к 9, а выходит в 9.30. Понятно?

А. ОНОШКО: Понятно.

С. ДОРЕНКО: Все будут шугаться. Вот, чего они добиваются. И количество этих маячков будет столько, сколько они захотят. Это же не мигалки. Где тут мигалка? Мигалки нет. То есть нас возвращают во времена ММЖ, ММД, когда КГБ СССР шугал здесь всю Москву на этих ММЖ, ММД, то есть возвращают в скотство. В скотство возвращают нас, паскудство и непотребство. Понятно? И это будет законно. Я всех поздравляю. Братцы, я сейчас обращаюсь к ФСО, братцы, вы настолько сильные, вы настолько выше нас, а мы перед вами, да мы блевотина ваших псов, и то, что вы не пользуетесь вашей властью над нами, не пользуетесь по доброте, мы же недостойны вашей любви. Вот они нам разрешают ездить, они нам разрешают дышать, разговаривать. Ребята, это настолько великодушно, что я все ждал, когда же вы нас чуть-чуть потесните, ну, чуть-чуть, потому мы хамло перед вами, мы перед вами недостойные и незаслуженные люди, мерзость. Мы мерзость, а вы великие. И как вы можете, великие, протискиваться среди толпы Иванов Говновых. Ну, Иваны Говновы эти все, им не нужно ездить вообще. Зачем они едут? Они бы лучше дома сидели, скоты. А вы великие. И как вы между нами? Как вы нас терпите вообще? За это вам поклон в пояс, в пол, в землю поклон, братцы, спасибо, что разрешаете иногда. Конечно, вы должны пользоваться превосходством, подходить и мочиться нам на штанину, когда вам захочется, это естественно и правильно. Я не вижу здесь противоречия. Правильно?

А. ОНОШКО: Правильно.

С. ДОРЕНКО: Ты, Каштанка, супротив человека все равно, что плотник супротив столяра. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я насчет стробоскопов.

С. ДОРЕНКО: Да, это называется стробоскоп.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы немножко не правы, почему будут ставиться эти сигналы.

С. ДОРЕНКО: А я во всем не прав, умом не вышел. Дурак я и есть, что теперь.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я просто пояснить хочу.

С. ДОРЕНКО: Пожалуйста.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Представьте себе, идет кортеж 5-6 машин, 3 машины за гайцами успевают проскакивать, 2 машины какой-нибудь автолюбитель отсекает, и начинается чехарда.

С. ДОРЕНКО: Жизнь кортежей — это настоящий ад. Граждане мешают. Вот половину этого скота вырезать как-то или в газовые камеры отправить, вот было бы легче сразу. Ну, скажите, что легче. Легче. А то они мешают. Я знаю, что мешают. Да мы мешаем. Мы потеем, пердим, воздух ваш выдыхаем, воздух-то ваш, а мы его раз, два, нет 3-4 литров. Испаскудил 3-4 литра на каждом вдохе. Ну, как это можно допустить, я не понимаю. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Денис. Я помню, одно время был еще сильнее кортеж, когда впереди ехал «Гелик», вылезал оттуда парень худощавый и палочкой показывал, что все-все направо. Дальше ехало лицо и сзади еще один «Гелик». Если кто не пропускал, он останавливался и разбирался с тем человеком, который не пропускал.

С. ДОРЕНКО: Да, да, да. Я еще было такое, что «Гелик» идет вплотную к хозяину, это в частном секторе, а еще рядом идет «Субурбан», американец огромный. Этот «Субурбан» бьет того, кто… Ну, расходный «Субурбан» такой. У тебя идет твоя машина, 600-й «Мерседес», «Майбах», за тобой идет «Гелик», это охрана, а за «Геликом» идет «Субурбан».

А. ОНОШКО: Каратели.

С. ДОРЕНКО: Каратели. Если кто-то вязнет, виснет, не понимает, товарищ не понимает, этот «Субурбан» берет его и бьет прямо в бочину. Я серьезно говорю. То есть его надо остановить любыми средствами. Он в бочину на тебе, «Субурбан», и пошел дальше. Успел сфотографировать, не успел, разберутся. Гайцы потом тебе, ну, административка, ничего страшного, нормально все. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Лимузин. Я в свое время на хвосте катался достаточно много в частном секторе. С появлением такого канала, как YouTube, в общем-то, этот беспредел на дороге уменьшился в разы, скажем так. Полиция не хочет… с таким беспределом на хвосте болтающемся. Потому что никакого соблюдения ПДД, никакого уважения к окружающим, ничего. Это была именно установка. Нужно освободить ряд, прямо «Гелендваген» толкаешь вбок, машина отодвигается, и пошел вперед.

С. ДОРЕНКО: То есть до физического контакта толкаешь.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня слава богу до физического не доходило ни разу.

С. ДОРЕНКО: А я ездил в кортежах, меня возили, например, это не мой был, у нас был «Субурбан». Начальник охраны… Идет хозяин, «Гелик», а потом «Субурбан» и вот этот «Субурбан» отправляли реально бить, бить просто.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: По схеме охраны есть такое, я знаю, что если ситуация такая, опасность нападения на объект охраняемый, то просто таранить и все.

С. ДОРЕНКО: Таранит и все. Или двигает, но физически двигает, то есть прижимается и отодвигает.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И главное, что уезжали с места ДТП.

С. ДОРЕНКО: Абсолютно никогда не останавливались. Никогда не останавливались. Сроду никто не останавливался. Зачем же останавливаться? Плохим людям это и нужно, чтобы ты остановился. Ни в коем случае. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Георгий. С 85-го года, будучи студентом, я наловчился использовать цэковскую «Волгу» для доставки меня в Москву.

С. ДОРЕНКО: Сколько денег стоило?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С Орехово-Зуева пятерочку отдавал.

С. ДОРЕНКО: А вот этот, «Ласковый май», Андрюша Разин, он договорился с ставропольским чуваком, который работал на ЗИЛе, возил цэковских…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, да, известная история.

С. ДОРЕНКО: Он договорился за 100 рублей в сутки с этим чуваком, тот придумывал причину и привозил Андрюшу Разина в Гостелерадио СССР.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я, в общем, про другое хотел сказать.

С. ДОРЕНКО: Расскажите.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я вышел как-то раз голосовать, трасса пустая, вдруг черная «Волга» вылетает из поворота, с мигалками, с сиреной. Тормозит. Я сажусь, все нормально, поехали. Познакомились. Я каждую субботу стал это использовать регулярно. И в один прекрасный момент вдруг мы едем без сирены. Я его спрашиваю: Семеныч, а чего мы без сирены едем? Он говорит: поступила команда — не раздражать народ. А это как раз уже горбачевские дела начались. С тех пор мы с ним ездили, если мы раньше долетали до центра Москвы за 15 минут, 20, то теперь за 30-35.

С. ДОРЕНКО: За 30. Ну, ничего страшного, 10 минут.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ничего, нормально.

С. ДОРЕНКО: А про этого, он за сотку брал. А вы за пятерку.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Каждую субботу, студент.

С. ДОРЕНКО: Андрюша Разин полон всяких рассказов. Если вы поговорите с Андрюшей Разиным, «Ласковый май». Он еще просил… Знаешь, как делал?

А. ОНОШКО: Как?

С. ДОРЕНКО: Он смотрел в глазок, когда выходит Алла Борисовна Пугачева… Он жил напротив Пугачевой на Тверской, где она еще с Болдиным жила. Он смотрел в глазок, когда она выходит. И он давал команду быстренько своему с балкона, пошел, своему знакомому, который на ЗИЛе. Она выходит, а он ей преграждает путь, ЗИЛ подкатывает. Алла Борисовна такая выходит с крыльца, а тут ЗИЛ Андрюши Разина. Можешь себе представить?

А. ОНОШКО: Не понимаю смысла.

С. ДОРЕНКО: Она должна его обходить. Этот ставил так, что она должна была обходить ЗИЛ. Она шла к своей машине.

А. ОНОШКО: И что? Это мне напоминает из «Кин-Дза-Дза» сцену, когда «мы купим планету, купим воздух, к нам будут прилетать, выходить, а мы на них будем плевать».

С. ДОРЕНКО: Там была большая тема.

А. ОНОШКО: Что в этом хорошего, не понимаю.

С. ДОРЕНКО: Он приезжал к зампреду Гостелерадио СССР тоже на ЗИЛе и говорил, что дядя будет очень доволен. Дядя очень скромный… Выдавал себя за племянника Горбачева, ты знаешь, почему.

А. ОНОШКО: Почему?

С. ДОРЕНКО: Потому что его приемная мама, Андрюши, работала у Горбачевых какое-то время. Она его брала с собой. Домработницей. Приемный, из детдома. Она его брала с собой на какое-то время, когда она работала у Горбачевых, там, на юге. Есть фотография Михаила Сергеевича с маленьким Разиным где-то у речки. Домработница взяла с собой мальчонку, а Михаил Сергеевич… щелкнули где-то. И он показывал эту фотографию и говорил: дядя у меня очень скромный, он никогда не позвонит, но ему будет приятно, если он увидит племянника на экранах, просто будет приятно, если вы хотите ему сделать приятное, ну, наверное, вы постараетесь. Я вырулил на какую-то историю совершенно на другую. Но с точки зрения того, что они нас будут шугать, ненавидеть, и мы для них падаль, и мы должны это четко осознавать, что мы для них люди второго сорта, если не третьего. И мы не по праву топчем эту землю. Не по праву. Скоты мы, ну, что сказать. А они по праву. Они важным делом заняты, это же очевидно, а мы заняты ерундой. Чем мы заняты? Ну, чем мы заняты?

А. ОНОШКО: Ну, правда, ерундой, Сергей.

С. ДОРЕНКО: Ерундой. Они — важным делом, а мы — ерундой. Это так очевидно, до боли очевидно. Поэтому, естественно, у них должно быть преимущественное право всегда над нами и при этом это преимущественное право не должно быть хлопотным. Ни тебе раскраски не должно быть, ни мигалки на крыше, которая раздражает зрение, ни сирены, которая раздражает слух. Они должны ехать в комфорте, в покое, в красивой тачке, а мы их должны бояться.

А. ОНОШКО: Как проверяется? Я себе поставлю такую штуку на капот и будут ездить, всех разгонять.

С. ДОРЕНКО: Там есть рейды.

А. ОНОШКО: Кого? ГИБДД?

С. ДОРЕНКО: Да.

А. ОНОШКО: Они меня имеют право остановить?

С. ДОРЕНКО: Нет. ГИБДД вместе с силовиками повыше проводит рейды. Если ты попадешь в такой рейд, тебя за это…

А. ОНОШКО: А как они меня остановят? Поперек машину поставят?

С. ДОРЕНКО: Ты же будешь ездить по разделительной, они тебя остановят, скажут: у нас рейд. Такой рейд проводится раз в несколько месяцев. Тебя поймают. Могут поймать, могут нет. В движении.

Новости

С. ДОРЕНКО: 10 часов 5 минут. Чего про энергетику-то закрыла, мать. У тебя нет чутья совсем. Теряешь чутье. Сейчас была вкусная фигня. Открой. Электроэнергетика…

А. ОНОШКО: Сила ветра… Чистая энергетика Китая стала мощнее всероссийской энергетики.

С. ДОРЕНКО: Не так надо. Смотри, как надо сказать. У меня сын, когда ему было 5 лет или 4 года, сейчас не помню, я ему говорил: чего смотришь, «Человек-паук»? Он говорит: нет, так. Человек-паук! Вот как правильно надо говорить. Человек-паук! Вот так надо правильно говорить, он меня учил. Это тоже читается по-другому. «Сила ветра и солнца, чистая энергетика Китая стала мощнее всей российской электроэнергетики, включая атомную, гидро». Енисей, Ангара… «На Ангаре, на Ангаре, навстречу утренней…» Вот это все меньше, чем чистая энергетика Китая. Пока открой, я расскажу про доллар. 59,28. Вчера было 59,32, позавчера 59,35. Мы стоит вот здесь. 59,28. 69,02. 63,74, нефть отошла от максимума, в котором мы его ее фиксировали на этой неделе, на 64 с лишним, сейчас 63,74, но очень высокая. Пока будут принцев сажать в Саудовской Аравии, все у нас будет хорошо. 1,1642 — главная пара. 7199 — биткоин. А был вчера 7800. Вот это и называется… что-то он болтается сильно.

А. ОНОШКО: Так это же нормально. Не бывает такого, чтобы изо дня в день одна и та же цифра была. Это же мы с вами знаем, Сергей.

С. ДОРЕНКО: 7800… 7800.

А. ОНОШКО: Не надо делать вид, что трагедия какая-то или наоборот.

С. ДОРЕНКО: Ситуация сложная. Как сказал Путин: не катастрофа, а ситуация сложная. И все. Рассказывай мне про силу ветра и солнца. Чистая энергетика Китая! Китай самая привлекательная страна для инвестиций в возобновляемые источники энергии. Знаешь, почему? Там очень много антициклонов.

А. ОНОШКО: Солнышко светит, другими словами.

С. ДОРЕНКО: Много солнца. Монгольский зимний антициклон, который называется в России сибирский зимний антициклон, вообще это монгольский, потому что он над Монголией, и он шарашит там тоже на пол-Китая, а потом там уже юга начинаются, постоянно солнце.

А. ОНОШКО: Гидро.

С. ДОРЕНКО: И очень много гор, там все время горы, Гималаи.

А. ОНОШКО: Это плохо для солнечной энергетики, потому что у вас только на одной стороне будет солнышко, если вы на гору вешаете, а когда солнышко в другую сторону уходит, оно уже там вам не светит, на вашу панель.

С. ДОРЕНКО: Неправда ваша, дорогая моя. На другой стороне ночь. Сосредоточься. У тебя что по физике?

А. ОНОШКО: Пять.

С. ДОРЕНКО: Предположим, что мы находимся на экваторе. Тогда день равен скольки часам?

А. ОНОШКО: … Тягостная пауза будет длиться до конца передачи, Оношко будет думать.

С. ДОРЕНКО: Представь, что ты находишься между озером Найкуру в Кении и Маунт-Кения, между ними. Ты находишься на экваторе близ Маунт-Кения. Сколько длится ночь? Ответ — 12 часов. Сколько длится день? 12 часов.

А. ОНОШКО: Ну, допустим.

С. ДОРЕНКО: Допустили. То есть, есть места на планете Земля, где день и ночь равны, а есть не такие места. Мы поднимаемся выше и считаем, что ночь длится 8 часов в один период, в Китае, например, 8 часов. Она разная каждый день, там на минутку туда-сюда, туда-сюда.

А. ОНОШКО: Она все равно уравнивается.

С. ДОРЕНКО: Для математической модели я тем не менее считаю, что день равен 12 часам, а ночь равна 12 часам. Для математической модели ежегодной. Неважно, где находится солнечная станция. Для математической модели я буду считать, мне так удобно, что день длится 12 часов.

А. ОНОШКО: И?

С. ДОРЕНКО: Потому что он один раз длится 18 часов, а другой раз, соответственно, 6 часов.

А. ОНОШКО: Я про гору говорю, про сторону.

С. ДОРЕНКО: Где восходит солнце?

А. ОНОШКО: На востоке.

С. ДОРЕНКО: Приблизительно.

А. ОНОШКО: Но никогда не на северной стороне. Оно бывает на востоке и на западе, все.

С. ДОРЕНКО: Оно восходит от северо-востока до юго-востока, восход солнца, зимой на юго-востоке солнце восходит, а летом на северо-востоке, а заходит оно зимой на юго-западе, а летом на северо-западе, с уклонением в север. Тогда тебе надо поставить на южный склон горы чертовы твои батареи полукругом на южном склоне, получая от северо-восточного сектора до северо-западного. То есть ты лепишь батареи на южном склоне горы, игнорируя северный, и твоя ошибка становится очевидна, сядьте, двойка. Тебе просто не нужен северный склон. Тебе гора нисколько не мешает. Она не мешает тебе, Насть.

А. ОНОШКО: Хорошо.

С. ДОРЕНКО: Спасибо, что ты разрешила. Читай. Китай — самая привлекательная страна инвестиций в возобновляемые источники энергии. Миссис паника. Оношка — миссис паника. Реально. Она сейчас устроила панику из-за склона горы. Хорошо. Поехали дальше. Доля чистой энергетики в стране превышает 35%, включая гидроэлектростанции — 339 гигаватт и биоэнергетику… ой, мне страшно… Всего на основе возобновляемых источников производится 630 гигаватт мощностей на основе ВИЭ, сообщает «Рейтер». Дальше. Ветроэнергетика — 157 гигаватт, солнечная — 120 гигаватт. Все это вместе превышает всю мощность всей электроэнергетики Российской Федерации.

А. ОНОШКО: Которая составляет…

С. ДОРЕНКО: Которая составляет 236. То есть, если взять только ветроэнергетику Китая, 157, и прибавить солнечную энергетику, 120, получится 277. А вся Россия, мать, она производит 236. Понятно? Что делаем? Задираем лапки и просим пощады.

А. ОНОШКО: И покупаем у них или что? Зато экология все равно тоже страдает.

С. ДОРЕНКО: Экология страдает, мать, исстрадалась, я бы сказал. Исстрадалась экология. Со всех сторон до нас доносятся стоны.

А. ОНОШКО: А почему так у них получается? И что они теперь будут делать? Они будут продавать ее, или мы технологии у них начнем покупать, или это технологии западные?

С. ДОРЕНКО: Они будут нам продавать энергию.

А. ОНОШКО: А мы совсем завянем, потому что нам уже ничего не надо будет.

С. ДОРЕНКО: У нас, чтобы электрифицировать дачу, я хотел электрифицировать дачу, мне нужно 400 метров от точки, 400 метров протянуть, электрифицировать дачу, с меня спросили электроэнергетики в Одинцовском районе 100 тысяч долларов. 100 тысяч американских долларов. Поэтому в России электроэнергии нет либо она в дефиците, либо добыть ее страшно трудно за взятки. Страшные взятки, сокрушительные взятки. А в Китае она есть. Скажи, пожалуйста, а почему? Я не знаю. Ответа нет. Потому что первое, что приходит в голову, потому что там живут китайцы. Но этого мы сказать не можем, потому что, наверное, это не так. А, может, и так. Черт его знает.

Читала про поэта-каннибала?

А. ОНОШКО: Нет.

С. ДОРЕНКО: Мать, ты не знаешь ничего теперь о любви.

А. ОНОШКО: Ничего не знаю.

С. ДОРЕНКО: Она ничего не знает о любви. О настоящей любви, товарищи. Настоящая любовь, вот она где. Российский поэт-каннибал выел у знакомой мозг на 8 марта. Его сейчас судят. Он на 8 марта выедал. Официальный представитель управления Следственного комитета и так далее по Новгородской области. Что он сделал? Ему было 22 года в момент знакомства. Он был хорош собой, наверное. А ей было 45.

А. ОНОШКО: Так.

С. ДОРЕНКО: Она была ягодка опять. Они встретились в социальной сети, а затем в реале в городе Валдай. Они встретились для свидания в ночь на 8 марта. Это не просто, это было романтично как-то, именно что 8 марта.

А. ОНОШКО: Да, конечно, женский праздник.

С. ДОРЕНКО: Мимоза, женский праздник. Вспыхнула ссора. У него почему-то с падежами плохо в стихотворениях. Он ей, наверное, прочитал одно из своих стихотворений, и она решила его прогнать из-за этого.

А. ОНОШКО: Поправить.

С. ДОРЕНКО: Поправить, может быть, да. Между ними быстро вспыхнула ссора, во время которой молодой человек стал ее бить по голове. Она скончалась в результате. Он не думал, что она такая хрупкая, она оказалась хрупкая. Он дальше стал делать следующее. Он стал сначала рубить ножом туловище, четыре раза, потом киянкой разбил ей черепную коробку. Ты знаешь, что такое кия?

А. ОНОШКО: Это с резиновой головкой молоток.

С. ДОРЕНКО: Не обязательно, может быть просто деревянный, может быть с резиновой головкой. Киянкой разбил ей черепную коробку, стал отрезать кусочки мозга и есть их, запивая вытекающей кровью. Наверное, он насмотрелся, тут каннибал Лектор вместе с «Американской историей ужасов».

А. ОНОШКО: Его судят. То есть экспертизу он прошел.

С. ДОРЕНКО: Он абсолютно здоров и весь собой прекрасен, а ее нет уже. Ему 23, может, уже. Я прочитал его стихотворение. Я тебе сейчас прочту. Я думаю, что из-за стихотворения вся ссора вышла.

Так манит красотой своих очей,

В глазах ты видишь отражение счастья,

При встрече с ней не бойся, ты робей,

Иначе быть не может ты не в власти.

Не в власти ты с собою совладать,

С ума сведет любого одним взглядом.

Мечтой твоею станет побывать,

Лишь миг хотя бы с королевой рядом.

Она божественна, прекрасна, спору нет,

И грациозна так, как будто бы богиня.

Для тех, увидел кто ее, вся свет,

И смотрят на нее, она святыня.

О нет! Я ошибаюсь, Как посмел?

Вы за слова мои простите добродушно.

Наверное, быть может, заболел,

Она богиня, клянусь, я не нарочно.

Хотел бы сам я с ней любви пылать,

Любить так сильно, как любили боги.

Не в власти я с собою совладать,

Я преклоняюсь перед нею в ноги.

С. ДОРЕНКО: Это его стихотворение.

А. ОНОШКО: Вот это «свести с ума» и «не в власти с собой совладать», это уже…

С. ДОРЕНКО: Это и вело поэта к преступлению. Я прочитал его стихотворение. Я думаю, он к ней явился со стихотворением и, как только прочитал, она ему, наверное, сказала, бездарь. Она ему говорит: бездарь. Не так. Она сказала: пшел вон, бездарь. А он начал ее киянкой по голове.

А. ОНОШКО: Ужас.

С. ДОРЕНКО: Вот это любовь по-русски, дорогая.

А. ОНОШКО: Он же выйдет потом. На пожизненное потянет такое преступление?

С. ДОРЕНКО: Зачем? Почему? Он скажет, что он ей читал это стихотворение. Мне кажется, присяжные прослезятся, присяжные попросят экземпляр, он распечатает, раздаст присяжным экземпляр стихотворения. Они все повесят на кухне рядом с телефонами скорой помощи и так далее. Будут сидеть читать. Потом пойдут петь, какой-то мотивчик сочинят. Например: «Ты не в власти с собой совладать… С ума сведет любого…» Надо поработать. Я не Дунаевский, я не могу сразу. «Мечтою твоей станет побывать лишь миг хотя бы с королевой рядом».

А. ОНОШКО: Мне кажется, Агутину можно было бы. Вы первые строчки читали, мне прямо хотелось вставить слово.

С. ДОРЕНКО: Так манит красотой своих очей…

А. ОНОШКО: Отражение щей, мне хотелось там сказать.

С. ДОРЕНКО: В глазах ты видишь отраженье счастья.

А. ОНОШКО: Щей.

С. ДОРЕНКО: Так манит красотой своих очей. В глазах ты видишь отраженье щей. При ней ни бойся, ни робей.

А. ОНОШКО: Возьми котлету поскорей.

С. ДОРЕНКО: Про импортную любовь. Мы не можем все время про русскую любовь. Русская любовь вот такая, она духовная. Русская любовь вся построена на духовности. Иностранная — нет, все по-другому. Сигал тоже… Стивен Сигал наш гражданин, между прочим, он русиш.

А. ОНОШКО: Надо отнять у него обратно.

С. ДОРЕНКО: Паспорт надо отнять. Голливудского актера с российским паспортом Стивена Сигала обвинили в сексуальных домогательствах. Что он делал? Он расстегивал брюки при даме. Кстати, дамы здесь фотография есть.

А. ОНОШКО: Ужас какой.

С. ДОРЕНКО: Она очень милая.

А. ОНОШКО: Ой-ей-ей. Фу. Он ее пригласил к себе в кабинет…

С. ДОРЕНКО: У нее очень красивые плечи и ключицы. Ключицы дико заводят. Красивые ключицы реально. Ну, хорошо, неважно. В Голливуде продолжается череда громких скандалов, связанных с сексуальными домогательствами. Вслед за знаменитым продюсером Харви Вайнштейном, актерами Дастином Хоффманом и Кевином Спейси в неподобающем поведении по отношению к женщинам обвинен Стивен Сигал, получивший в прошлом году российский паспорт из рук президента Владимира Путина. Не ценит. Не ценит. Актриса Порша Де Росси… по-нашему как будет, по-итальянски? Порша?

А. ОНОШКО: Порка.

С. ДОРЕНКО: «Порка» это свинья, она Порша.

А. ОНОШКО: Неважно.

С. ДОРЕНКО: На своей странице в Twitter рассказала об инциденте с участием Сигала, который произошел на финальном прослушивании для его фильма. Внимание, какие приколы мужчины изобретают, чтобы снять брюки. «Сказав мне, как важно, чтобы между актерами была химия вне экрана (химия вне экрана), он усадил меня (усадил ее), расстегнул молнию на своих кожаных брюках…»

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Чего да?

А. ОНОШКО: Дальше рассказывайте, чего там.

С. ДОРЕНКО: Дальше нужно с интонацией. «Я выбежала! И позвонила своему агенту!» Она невозмутимо ответила: «Ну, я не знала, в твоем ли он вкусе». Агент. Агент женщина.

А. ОНОШКО: То есть она разрешила ему.

С. ДОРЕНКО: Реакция агента женщины. «Ну, я не знала, в твоем ли он вкусе», — вспоминает Де Росси. При этом она не уточнила, когда именно произошел этот инцидент и произошел ли вообще, и не стала прямо обвинять знаменитого голливудского актер в сексуальных домогательствах. В то же время супруга Де Росси Элен Дедженерис… Две женщины, они лесбиянки. У Де Росси есть жена… Мать честная, видно, что ты теряешь нить.

А. ОНОШКО: Немножко.

С. ДОРЕНКО: Внимание. Есть красивая блондинка с красивыми ключицами.

А. ОНОШКО: У нее есть жена.

С. ДОРЕНКО: У красивой блондинки есть жена — телеведущая Элен Дедженерис. Есть красивая жена у красивой блондинки, которая актриса.

А. ОНОШКО: Так.

С. ДОРЕНКО: И она поддержала решение своей жены.

А. ОНОШКО: В чем?

С. ДОРЕНКО: Она сказала: я горжусь своей женой.

А. ОНОШКО: Решение какое?

С. ДОРЕНКО: Убежать из комнаты, когда Стивен Сигал расстегнул молнию брюк и достал штучку. «Я горжусь своей женой», — сказала жена. Чего-нибудь понятно?

А. ОНОШКО: Понятно, да, гордится. И любая поступила бы, мне кажется, на ее месте так же.

С. ДОРЕНКО: Лиза Герреро сказала, что Сигал также приглашал ее… Это уже другая история. Сигал приглашал ее домой на пробу для фильма «Огонь из преисподней». Он говорит: «У меня фильм „Огонь из преисподней“. Приезжай домой, я попробую». Она приехала. А зачем приехала-то? Сигал был одет в шелковое кимоно.

А. ОНОШКО: Был такой герой в «Футураме», забыла его фамилию, начальник корабля, он тоже там все время ходил в коротеньком шелковом.

С. ДОРЕНКО: Когда она вернулась после этой пробы… Пробы прошла, она говорит. Лиза Герреро говорит: прошла пробы. Она получила звонок от своего агента, который сказал ей, что очень понравилась проба, и Сигал приглашает ее на новую приватную репетицию.

А. ОНОШКО: Так.

С. ДОРЕНКО: И в этот момент Лиза Герреро, которая одну пробу прошла, а от второй отказалась, она говорит: я как бы уже пробовалась, чего мне снова пробоваться-то.

А. ОНОШКО: Ну, да.

С. ДОРЕНКО: После чего ей дали лишь второстепенную роль, а обещали первостепенную. Признания этих шлюх, я в хорошем смысле абсолютно…

А. ОНОШКО: Почему шлюх-то?

С. ДОРЕНКО: Да шлюхи они. Она одну пробу прошла, ей пообещали первостепенную роль.

А. ОНОШКО: А потом почему не дали-то?

С. ДОРЕНКО: «Мать, ты такая, что я дам тебе первостепенную роль», — он ей говорит. Но потом ей звонит агент и говорит: нужна еще одна репетиция у него дома, вторая репетиция нужна. Она такая говорит: нет, я уже вахту отстояла. А Сигал говорит: подожди, ты меня неправильно поняла, ты вахту отстояла тут… Понимаешь?

А. ОНОШКО: Не знаю. Я не очень понимаю вот это… То есть домогательство было или нет?

С. ДОРЕНКО: Ну, какое домогательство? Да, делал, но она соглашалась. Она отказалась от второй репетиции. Она от первой не отказалась.

А. ОНОШКО: Я же вам уже рассказывала про поведение жертвы, например, когда вдруг начинается непредсказуемое поведение или не ожидаемое поведение, очень сложно принять решение. Оцепенение — это одна из форм, например. Ты смотришь, что будет дальше, до чего это все дело дойдет, и надо спасаться, жизнь главное сохранить свою. Ты же не знаешь, человек тебе начнет киянкой голову, например, крошить и мозг твой есть или нет. Потом, например, оказывается, что он ничего тебе не раскрошил и ты можешь идти домой. Ты идешь с этим домой. А потом тебе говорят: давай еще раз.

С. ДОРЕНКО: Трудно быть женщиной.

А. ОНОШКО: Главное, что мужчиной быть легко и просто. Можно позавидовать.

С. ДОРЕНКО: Трудно быть женщиной. Ну, правду тебе говорю. Они зависят от этих мужчин. Естественно, трудно быть женщиной, которая зависима от решения мужчины. Давай честно скажем, трудно.

А. ОНОШКО: Поэтому лучше независимой решения принимать.

С. ДОРЕНКО: Лучше быть независимой, выбрать какую-то профессию, в которой ты не зависишь от мужчин. Может быть, пойти на ткацкую фабрику, чтобы у тебя начальница была бабой и так далее. Чтобы ты не зависела от мужчин. Когда ты зависишь, это всегда плохо. Маша Майерс, которая когда-то давно была здесь, в 2008 году, со мной работала, она сказала мне женскую народную мудрость. У женского народа есть мудрость. Она сказала: «Когда зависишь от мужчин, случается, что начальник кладет на тебя глаз…» Мы делились по-товарищески абсолютно. Она говорит: «И тут просто все. Если дашь — выгонит через шесть месяцев, а если не дашь, что через два. Вот попадаешь в ситуацию. Он кладет на тебя глаз, а, значит, выгонит, если дашь — через шесть месяцев, а если не дашь, то через два».

А. ОНОШКО: Хорошо, что это с возрастом проходит.

С. ДОРЕНКО: А если не дашь, то через два.

А. ОНОШКО: А у мужчин усиливается.

С. ДОРЕНКО: У мужчин усиливается, у женщин проходит. Это женская народная мудрость, мать, куда от нее уйдешь. Народ зря не скажет.

Новости

С. ДОРЕНКО: Михаил Задорнов, вероятно, умер. Мы точно пока не знаем, но сообщения идут, их не опровергают, о смерти Михаила Задорнова. Я, насколько припоминаю, на самом деле его коньком настоящим было постоянное издевательство над американцами.

А. ОНОШКО: Это началось же в 90-й год, потому что было преклонение избыточное.

С. ДОРЕНКО: В 90-й?

А. ОНОШКО: Вот этот ангажемент американцам он читал первый раз в 1990 году.

М. ЗАДОРНОВ: …В инструкции есть запись. Пункт такой: не использовать фен во сне. Вы пробовали фен во сне когда-нибудь использовать? А в Техасе я видел памятку в кабине грузовичка… Кстати, я сначала подумал, что я эту памятку неправильно понял, но потом мне объяснили, что я все правильно понял. «Водитель, помни, что предметы, отражающиеся в боковых зеркалах, находятся сзади, а не впереди тебя».

С. ДОРЕНКО: На самом деле в Америке я много раз видел зеркала, на которых действительно есть надпись, но там надпись другая: объекты ближе, чем кажутся. На зеркалах всегда есть надпись, что объекты ближе, чем они кажутся. Потому что за счет фокусировки зеркало немножко удаляет, а на самом деле это ближе. Собственно, других надписей, честно, не встречал.

М. ЗАДОРНОВ: … Зачем вы несет в заднем кармане мороженое? Какое ваше собачье дело, где я ношу мороженое? Это люди собираются, представляете, голосуют. Это настоящие законы. Миннесота. «Муж не имеет права заниматься сексом со своей женой, если от него пахнет луком или сардинами». Все. А чесноком, килькой — пожалуйста. Чего там так не любят сардины с луком?

С. ДОРЕНКО: На самом деле скажи, пожалуйста, он боролся с Америкой или любил Америку по-настоящему, мне интересно?

А. ОНОШКО: Я думаю, он вообще индифферентно относился.

С. ДОРЕНКО: Как бы его конек. Я напомню слушателям, что, вероятно, умер Михаил Задорнов.

А. ОНОШКО: Я очень хорошо помню момент, когда он эту тему разработал, а потом оказалось, что она настолько хорошо впитывается, то есть люди смеются постоянно, его работа может веселить…

С. ДОРЕНКО: Знаешь, почему? Мы чувствовали свою второстепенность и слабость по отношению к Америке. На самом деле Америка победила в холодной войне, это было очевидно, нас разгромили, наш президент (я давал это недавно) в Конгрессе США, президент Ельцин, говорил, «боже, благослови Америку». Как бы это было какое-то ощущение, что, в общем, проиграли, нам надавали по мордам.

А. ОНОШКО: Надо было реванш такой юмористический.

С. ДОРЕНКО: Юмористический реванш Задорнова, в сущности, возвращал нам через смех…

А. ОНОШКО: Чувство превосходства.

С. ДОРЕНКО: Чувство, которое… Ты знаешь, у негров это есть тоже. Я уже говорил об этом, что этот эпос «Братец Кролик и братец Лис» негритянский. Это негритянский фольклор американский. Братец Кролик — это черный, а братец Лис — это белый. И всегда негр, Кролик негр, он всегда издевается над тупым Лисом, Лис тупой, очевидно, что он тупой. Это сыграл Задорнов, в сущности. То есть Задорнов давал кроликам смеяться над лисом, что лис тупой.

М. ЗАДОРНОВ: …бенгальским огням написано, что нельзя брать в рот. А всем же хочется. Знаете, у меня одно, ну, тупые. Это какой градус тупости надо иметь, чтобы на плавательной шапочке писать «Только на одну голову». Но все рекорды побила инструкция к бензопиле американской. Видел собственными глазами, вернее, мне прислали. Опять-таки, вот этот чудный процесс, люди в этот процесс включились. Я прошу извинения, но я дословно переведу то, что написано там: «Просьба настоятельная не останавливать бензопилу голыми руками или гениталиями». Знаете, друзья, когда я это все рассказываю, когда мы смеемся, я знаю одно: у нас надежды есть на то, что мы такими не станем. В этом смысле мне очень нравится пародия Жванецкого на меня. Гениальный человек все-таки Михаил Михайлович. Одна фраза, но сразу меня уничтожил со всем моим творчеством. Я с одной стороны говорю, что мы не безнадежны, а с другой стороны говорю, что вот рассказываю все то, что я вижу в нашей жизни. А его пародия на меня такая. Конечно, это его голосом надо говорить. «Наконец-то появился свет в конце туннеля, только туннель, сука, не кончается».

С. ДОРЕНКО: Михаил Задорнов, вероятно, умер только что. Сведения о его смерти пока не подтверждены, но и не опровергнуты близкими. Об этом уже сообщают русские СМИ, о смерти Михаила Задорнова. Я думаю, что его великая миссия… Я хочу сказать, что артист здесь выполнял такую благую миссию, он позволял проигравшим в холодной войне русским смеяться над победителями, смеяться над американцами и чувствовать некое чувство превосходства, подобное эпосам негров, которые в своих эпосах народных, афроамериканцы, черные американцы, высмеивают белых плантаторов.

А. ОНОШКО: Брали реванш.

С. ДОРЕНКО: Брали реванш. То есть, будучи при жизни придавленными, при жизни растоптанными, при жизни лишенными прав, черные американцы в своем эпосе, в своих собраниях каких-то, ночных, вечерних, поздних посиделках смеялись над тупостью белых американцев. Примерно так же как черные американцы, русские, собирались у Задорнова, с Задорновым, у телеэкранов и вместе с Задорновым смеялись над тупостью победителей, смеялись над тупостью высших существ как бы. Развенчивали высших существ, говорили, что высшие существа, в сущности, не высшие. Так что я думаю, что Задорнов выполнял важную роль вот такую. На самом деле я от него столько слышал… Я с ним однажды проводил время, я от него столько слышал про язычество русское. Он очень занимался русским язычеством, он был дико увлечен. Надо сказать, что как гуманитарий, совсем, начисто лишенный… Человек с волшебным сознанием, лишенный потребности в классификации, он придумывал всякую, в общем, ерунду по язычеству. Ерунду придумывал. То есть он пропитывался такими мифами… Да, он перешел в православие. Я знаю, что он перешел в православие. Он несколько десятилетий, может быть, он полтора десятилетия был таким очень активным язычником, очень активным. Все это Макоши, Макоши, Макоши, он мне долго рассказывал про это. Поскольку я читал все время академика Рыбакова, который тоже не бог весть всеми признан, академик Рыбаков не всеми признан, но я какие-то вещи мог вставить про Колоксай, с язычниками. Вот встретишь язычника, мать, я тебя подучу. Говори про Колоксай, царя-солнце, говори про Сварога, Желтого императора, в сущности, и так далее, говори об орнаментах в русских избах, где олени вокруг Макоши стоят. Помнишь эти орнаменты. Ты была в деревнях? Там в середине стоит баба, это Макошь, рядом с ним два оленя или две птицы. Если тебе надо будет с язычником говорить, ты прям говори, что птицы были подобны драконам в китайской мифологии, а в славянской это были птицы, совсем на севере почему-то олени, тоже такие как бы драконы, которые сообщались между верхним и нижним мирами. Ну, то же самое что дракон. Дракон сообщается у китайцев между землей и небом, а у славян птицы вот эти две рядом с Макошей… А бывает, что мужик стоит и две бабы у него. Это что?

А. ОНОШКО: Что?

С. ДОРЕНКО: Это ротор женится или родоница, или ржаница. В общем, мужик-рот, а вокруг него эти родоницы или ржаницы, телки его, короче. Это славянская тоже тема. Вот эти ромбы все. Вот это все он мне втюхивал долго. Мы долго сидели вместе. Я какое-то время с энтузиазмом это все слушал, а потом уже без энтузиазма, просто кивал. Вот эти ромбы на русских полотенцах, на белорусских полотенцах эти ромбы, это же поля, земля, то есть это символ земли, ромбы. А если внутри точка стоит, это семя внутри земли. Ромб, ромб, ромб и внутри точки такие стоят. Ромб, разбитый еще на четыре ромба, и в каждом по семени. Это семя, как бы сказать, осемененная земля, земля, которой надлежит родить урожай. На белорусском знамени до сих пор это. Он ездил куда-то в Германию, он находил в Германии какие-то останки славян на каком-то острове, что-то такое, способствовал съемкам документальных фильмов об этом. То есть он как бы двигал две темы глобально: что русские — древняя нация, славяне — древняя нация, которая всех всему научила, включая германцев и вообще всех, и вообще это все русские. Все хорошие — русские. Короче, русские делают «Мерседес». Понятно, что русские делают «Мерседес», БМВ и вообще они молодцы. А американцы, которые нас победили, они, конечно, недалекого ума люди. Вот такая у него была миссия. Он как-то с ней справлялся. Ладно. 73-73-948. Вы знакомы были с Михаилом Задорновым. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, я только подписан на него в «ВКонтакте». Я бы хотел сказать, что американцы, вот его читаешь, они не особо умные…

С. ДОРЕНКО: Они не умные, но они хозяйничают на этой планете. Давайте просто смиримся. Они живут дольше нас, будучи глупее нас, они живут дольше русских. Они живут дольше, лучше и их цивилизация, то есть система, которую они построили, социальная система, владеет планетой Земля в основном. Понятно, что они нам в подметки не годятся. Мы живем меньше, хуже и наша система проиграла их. Конкурирующие системы, очевидно, и наша конкурирующая система проиграла их конкурирующей системе. В результате чего их система — система власти, система управления, система экономики — владычествует над планетой Земля. Давайте просто признаем это. И когда мы над ними смеемся, мы смеемся как черные рабы смеялись над белыми господами, примерно так. Это нам помогает сохранять прекрасное настроение и просветленье духа, но это не меняет ситуации. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей, Анастасия. Я считаю, что над их законами смеяться не стоит, потому как на первый взгляд тупые законы, они ведь принимались по мере поступления.

С. ДОРЕНКО: Прецедентно. Кто-то сунул что-то в рот, просто они написали. Поскольку они очень любят классификацию, очень любят кодификацию… Вообще американцы и вообще англосаксы невыносимо склонны к кодификации. Условно говоря, кто-то взял, сунул палец в розетку. Пишется специально полстранички: палец в розетку совать запрещено. Точка.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Если русские посмеются над этим, скажут, дурачок какой-то, американцы просто во избежание…

С. ДОРЕНКО: Другой мозг. У них просто другой мозг. Они привыкли к кодификации. Русские привыкли к здравому смыслу и к жизни с нуля в каждой ситуации. В это же время американцы привыкли к кодификации. Больше того, к действию законов, которые распространяются только на этот штат. Штат какой-то маленький, в этом штате Федя Шпунтиков сует палец в розетку, может быть, даже русский, потому что русских довольно много там. Он сует палец в розетку. Оказывается, что это заканчивается летальным исходом, исход летальный. Поэтому законодатели штата, им не в лом написать быстренько или решение суда какое-то, что палец в розетку совать запрещено. Все. Вот и весь так сказать. У американцев просто всюду кодификация. Не надо этому удивляться, товарищи. Когда вы смеетесь над кодификацией… Там подходишь, например, к решеткам, антимоскитные решетки на стеклах. На них написано «Осторожно. Это не спасет вас от падения из окна». Почему? Потому что кто-то прислонился и упал. Американцы издали вердикт. Они очень склонны к кодификации. Они кодифицировали эту ситуацию. Они сказали: вы должны помнить, что это не спасет вас от падения из окна. Причем там все пишется словами. У американцев нет значков. Все эти значки — это Европа. Все значки и пиктограммы — это Европа. У американцев все пишется словами. Так же как на зеркалах, тоже словами написано. Словами. «Объекты, отраженные в зеркале, ближе, чем вам кажется». Вот и все. Словами. На окнах написано, что «будьте осторожны». Если дети играют рядом с окнами, условно говоря, «это может не препятствовать их падению». И так далее. Но это не значит, что над этим надо смеяться. А чего смеяться-то ребят? Посмотрите, как мы живем, посмотрите, как они живут. Дальше смейтесь. Начинайте смеяться. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей, Анастасия. Роман. Вопрос о тупых американцах. Маленькая ремарка. У СССР, невероятно передовой державы, было 15 нобелевский премий, а у США — 325.

С. ДОРЕНКО: 15 на 325. Но я должен вам сообщить, что эти 15 нобелеатов вытирали задницу размятой газетой «Правда».

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Совершенно верно. 1969 году мы начали делать туалетную бумагу. Так ее еще нужно было впарить, потому что ее никто не покупал.

С. ДОРЕНКО: Да. Кроме этого, она еще была несносна, она была как наждачка.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Более того, машины для производства этой бумаги были приобретены в Великобритании.

С. ДОРЕНКО: Спасибо вам за сведения.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: То есть мы уже в космос слетали, а задницу газетой при этом вытирали.

С. ДОРЕНКО: Задницу вытирали газетой или журналом «Коммунист». Была очень элегантная бумага на «Коммунисте». Я всегда предпочитал «Коммунист».

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Поэтому я бы американцев тупыми при этом не считал. Разница в 20 раз по количеству нобелек — это впечатляет.

С. ДОРЕНКО: Это впечатляет. Спасибо. Ребят, почему-то мы перешли сразу на творчество Михаила Задорнова. Михаил Задорнов умер, и вас больше никто какое-то время не будет… ну, кто-то подхватит знамя, мы должны говорить, что господа глупы. Понимаете, в чем дело? Я, если позволите, все-таки скажу вам, может быть, чтобы вас до конца обидеть. Смех над американцами — это, конечно, смех из лакейской. Это из лакейской. Лакеи собираются, они все время высмеивают господ, вы знаете. Лакеи высмеивают барыню, ее повадки, ее прихоти.

А. ОНОШКО: Обсуждают, как она неправильно детей на самом деле воспитывает.

С. ДОРЕНКО: Все неправильно. Баре все делают неправильно. И вот смех над американцами Михаила Задорнова — это, конечно, смех из лакейской. Другое дело, что лакейская счастлива в момент, когда она смеется над господами. Лакейская счастлива. Лакеи любят это, они любят чувствовать свое превосходство над господами, ну, до окрика. До окрика. И все. Но когда окрик…

А. ОНОШКО: Что-то в вас от Никиты Михалкова сейчас я увидела.

С. ДОРЕНКО: Нет. Нет.

А. ОНОШКО: Вы так откинулись, я подумала, что вы перевоплотились в барина, который сейчас окрикнет, наконец.

С. ДОРЕНКО: «Барыня легли и просют». Команда в лакейскую: барыня легли и просют. И все. И побежал Петрушенька, побежал, раздеваясь на ходу. Правильно? Вот и все. А пока не позвали, там скалят зубы, петрушничают, как это обычно и бывает среди лакеев. Ну, хорошо. Прекрасно, товарищи. Очень многие люди хотят высказаться. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Николай, Москва. Видел Задорнова глаза в глаза, с полутора метров, ни больше, это 27 июня 2004 года. Сейчас смотрю на этот флажок, там много таких коллекций. Фестиваль международный кино. Было очень много таких у меня встреч, но про десяток людей только могу сказать: Клара Лучко, Вера Глаголева, Мюнгхаузен (выскочил из головы). Очень был бледен. Но я всем говорил… Они проходили, я контролировал угол, где лестница поднималась, к Михалкову на поклон шли. Они стояли в очереди, ждали, пока он к руке допустит. Я некоторым говорил… Вот я ему сказал: вы супер. Возможно, он не расслышал то, что я сказал, посмотрел на меня, кивал, очень был веселый, но его уже отвели туда, наверх, «давай, пошли, пошли», а он оборачивался, смотрел мне в глаза, кивал и что-то говорил. Очень интересный человек.

С. ДОРЕНКО: А сколько ему лет? Спасибо вам большое. Сейчас мы посмотрим в «Вики».

А. ОНОШКО: 69.

С. ДОРЕНКО: Все равно открой «Вики», голубушка. Барский тон ты мне приписала.

А. ОНОШКО: 69 лет.

С. ДОРЕНКО: Он 48-го года.

А. ОНОШКО: 10 ноября дата смерти, год рождения 21 июля.

С. ДОРЕНКО: Дед по отцу Павел Иванович Задорнов родился в Терновке в Пензенской области, работал ветеринарным врачом, арестован в Чите по обвинению в уничтожении скота, умер в тюрьме. Реабилитирован. Бабушка Вера Михайловна Задорнова. Отец Николай Павлович Задорнов. Советский писатель, лауреат Сталинской премии второй степени за роман «Амур батюшка». Дед по матери Мельхиор Иустович Покорно-Матусевич, дворянин, был царским офицером, три года провел в ГУЛАГе. Мать Елена Мельхиоровна Задорнова… И так далее. Род ализаровских, который ведет свое начало от короля Стефана Батория. Видите, какой знаменитый рядом с нами был, удивительный человек. Все. Он умер. Ему 69 лет было.

Мы пойдем и проживем ее, эту пятницу, 10 ноября.

 Ещё 2 источника 
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео