«Ужас и безвкусица». Почему современная московская застройка такая… какая есть? 

«Ужас и безвкусица». Почему современная московская застройка такая… какая есть?
Фото: Мир квартир
Вопрос, что такое хорошо и что такое плохо, в архитектуре практически неразрешим. Спор обычно сводится к «тебе не нравится, а мне нравится», и на этом заканчивается. Но то, что  в поздние годы социализма застраивалась по принципу «экономика должна быть экономной» и это нанесло городу существенный ущерб, очевидно для всех. Панельки — рядами, в вестибюлях метро — кафельная плитка, как в санузлах… Все это москвичи и гости столицы будут видеть еще очень долго. Но и в постсоветские годы градостроители столько наворотили…
«Дом-яйцо» — предмет жарких дебатов об архитектуре. Фото: m.mylove.ru Честный разговор на выставке
На 25-й Международной выставке «АРХ Москва — 2020» архитекторы отважились на разговор о том, что хорошее и плохое было построено в Москве, в ЦАО в последние 25 лет. Выбрали 30 проектов. В их числе такие симпатичные, как концертный зал «Зарядье». И в этой же тридцатке — «Дом-яйцо» архитектора С. Ткаченко, о котором я недавно слышала возмущения типа: «когда-нибудь этот ужас уберут»? Или — БЦ «Оружейный» архитектора Гнедовского, о котором все мои знакомые вздыхают: ну это же надо было такого монстра построить на Садовом!
И конечно, самый ненавидимый новодел Москвы — здание на Воздвиженке, возникшее на месте .
Обсуждавшие на «АРХ Москве» эстетические качества этих сооружений были единодушны: да, ошибки в архитектуре возможны в любые времена. Но Москва — это такая мощная стихия, она все переварит, и город выстоит — под натиском точечного убожества и творческих компромиссов, на которые шли архитектурные чиновники.
В чем причина появления «спорных» объектов, которые сейчас возникают повсеместно? На мой взгляд, причин несколько. Это и отсутствие вкуса у девелоперов, и желание сэкономить на работе архитекторов и материалах, и безответственность со стороны чиновников, их непонимание того, что «качество городской среды» — зона их ответственности.
Здание на месте снесенного Военторга. Фото: moscow-photos.com Кстати, об экономии. С тезисом о высокой стоимости проекта и строительства как определяющем его высокое качество можно и поспорить. Известный «Дом-улей» архитектора-изобретателя в Кривоарбатском переулке, объект, культовый в мировой архитектуре, сложен из строительного мусора.
Но благодаря своей остроумной конструкции простоял и не разрушился даже под ударами артналетов военного времени.
Выглядит он как космический пришелец — среди тяжеловесной-то сталинской застройки арбатского окружения. Говорят, идеями Мельникова в последние годы увлекалась архитектор мировой величины Заха Хадид. Вполне верится!
С застройщиком о вкусах не спорят
Но давайте вернемся к первому пункту, самому главному — отсутствию вкуса у девелоперов. В девелопмент пришли люди самых разных сфер, в основном из финансовой. Для них главный пункт бизнес-проекта — доходность. Дорогой архитектурный проект доходность снижает, поэтому часто застройщик идет на самостоятельное решение вопроса — в собственной структуре создают отдел проектирования, или ищут зодчих подешевле. Архитекторы же могут вести себя по-разному: например, соглашаться с прихотями девелопера или не идти на компромиссы и… оставаться без проекта.
БЦ «Оружейный» на Садовом кольце. Фото: pilothub.ru Приходя на интервью к авторитетным архитекторам, я всегда задаю этот вопрос — часто отказываетесь от проектов, видя их несуразность? Говорить об этом открыто обычно никто не хочет, но признают, что случается.
И лучше, когда это происходит в начале, а не когда работа уже выполнена.
Например, один очень уважаемый владелец крупного бюро рассказывал мне, как проект дорогого элитного жилого объекта в центре столицы уже был выполнен, утвержден заказчиком и взят в работу. Однако в ходе строительства вдруг прозвучало: нет, новое здание выглядит слишком простовато, надо бы добавить декора… Добавили, но силами другого архитектурного бюро. Так в проекте появились два имени.
И это еще хороший вариант развития событий. Бывает так, что первое бюро из проекта уходит. А случается, что все дальнейшие самые нелепые «переделки» по вкусу заказчиков выдаются именно за творческие предложения тех, кто ушел из проекта. И тут дилемма: или идти на скандал и получить массу неприятностей (рынок элитных объектов в Москве узкий), или молчать…
Хороший вкус спустят сверху
Но закончим на позитивной ноте. Известием последнего АРХ Москва 2020 стала информация главного архитектора Москвы о том, что все проекты реновации будут авторскими, а отбор будет осуществляться на конкурсной основе. Это воодушевляет. Почему? Потому что конкурс — это не только отбор, это еще и внятное определение условий — что приветствуется, а что нет. И даже скромные бюджеты программы, рассчитанной на массовое жилье, позволяют выделить лучшие архитектурные решения.
Проектов на Бауманской улице авторства АБ GREN получил премию мэрии за качество планировок и хорошие эстетические характеристики.
Программа, в основном, охватит районы среднего пояса города. Там эстетика, в лучшем случае, определяется дореволюционными сооружениями, а убожество современной застройки в летнее время скрывают старые зеленые массивы. Теперь появятся образцы современной архитектуры.
И тут мы подходим к вопросу о роли чиновников в формировании облика города. Как видим, до вопроса ответственности вроде бы созрели. Но созрело ли их понимание того, что есть хорошая архитектура? Думаю, скоро мы это увидим. ​
Видео дня. Ларисе Долиной удалось помолодеть на 30 лет
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео