«Не бывает так, чтобы прошли выборы и все были довольны». Сергей Обертас об итогах кампании-2020 

«Не бывает так, чтобы прошли выборы и все были довольны». Сергей Обертас об итогах кампании-2020
Фото: РИА "ФедералПресс"
«Чем меньше округа, тем больше эмоций»
Сергей Владимирович, завершилось трехдневное голосование. Каковы первые выводы? С какими вопросами или сложностями столкнулась избирательная комиссия, которых не ожидали в ходе подготовки этой процедуры?
― Было два дня досрочного и один единый день голосования — это являлось отличительной особенностью данной выборной кампании. На плечи членов комиссии легла утроенная нагрузка. Надо быть даже физически готовыми работать в таком режиме. Плюс использование средств индивидуальной защиты делало нашу работу более трудозатратной. Однако ситуация не вышла из-под контроля. Все у нас получилось.
То есть все три дня на всех участках работал один и тот же состав комиссий? Не по сменам?
― По большей части именно так. Для нас эта работа еще не заканчивается, хотя мы вручили удостоверения победителям выборов. Надо еще собрать информацию и подготовить общие отчеты, отправить в ЗСО.
У нас же были сотни выборных кампаний. И это тоже было сложным фактором. Обращения и жалобы продолжают поступать. Надо с ними работать, отвечать на них. Не бывает так, чтобы прошли выборы и все были довольны. Это классика жанра: чем меньше округа, тем больше эмоций. Решить судьбу может один голос, а у нас был ряд случаев, когда одинаковое количество голосов люди набрали. На большом округе вероятность такого сценария мала.
Для комиссий это тоже стресс. Были постоянные проверки. Но в итоге у нас все хорошо: нигде отмены результатов выборов нет.
«Некоторые жалобы имеют пиар-характер»
На ваш взгляд, зависит ли количество жалоб от продолжительности выборов и в какой из дней было больше всего обращений?
― Я бы не говорил о такой зависимости. Звонки и обращения поступали на нашу горячую линию в основном в единый день голосования. Мы же провели достаточно серьезную информационную кампанию, что именно 13 числа основной день голосования. Тогда и звонков было больше.
Каково было общее количество обращений в избирком?
― С 15 июня по 13 сентября на горячую линию поступило 644 звонка и в интернет-приемную — 437 обращений. Это касалось именно выборной тематики регионального и местного уровня. Люди больше рассматривали эту горячую линию как механизм поддержки: уточняли, где проголосовать, как с помощью системы «Мобильный избиратель» открепиться, как проголосовать на дому и так далее. В электронном виде уже была и проблематика, там можно было документы прикреплять. Кому-то сами отвечали, где-то брали пояснения ТИК. В итоге не было проигнорировано ни одно обращение.
И сейчас есть жалобы, но, мне кажется, некоторые носят больше пиар-характер. Например, массовое заявление из : мы не признаем выборы. А где фактура? Говорят, мол, а зачем — разберитесь сами, отмените свои решения, давайте проведем новые выборы. Почему этого не сделали до подведения итогов голосования? К тому же это вопрос к магнитогорской комиссии.
Были ли судебные разбирательства, приходилось ли отстаивать позицию комиссии в суде и каков итог?
― На стадии регистрации два избирательных объединения были не согласны с нашими решениями: и «Возрождение России». Они жаловались в , которая проводила многочасовые рабочие группы и дала отказ. После этого областной суд подтвердил законность нашего решения. Кассационная инстанция тоже им отказала.
А уже в ходе выборов?
― Были такие моменты. По одномандатным округам это зона ответственности ТИКов, мы им только помогали. Каждый год жалобы идентичны: кандидаты жалуются на подкуп избирателей со стороны конкурентов. Но сложно за это снять. А люди продолжают тратить на это время, загружать суды. При этом доказательная база слабая, фактуры нет, как правило.
Мы не препятствовали. Результаты выборов мы знали еще в понедельник, но огласили их только в четверг, потому что ждали, что кто-то из избирательных объединений обратится к нам. Таких не было. Сейчас все избирательные объединения публично заявили, что принимают результаты выборов. Это и не требовалось нам, так как это надзаконная процедура. Главное — наше решение не оспорено, значит легитимизировано.
Были ли проблемы с движением «Голос»? Разница в данных о количестве нарушений?
― У нас нет такого субъекта наблюдения. Есть член комиссии, наблюдатель от кандидата или избирательного объединения. Еще есть наблюдатели от . Но есть люди, которые ассоциируются с организацией «Голос». Они работали и аккредитовывались в качестве представителей средств массовой информации. Мы не делали такой мониторинг. Могли быть и просто наблюдателями. У нас их 13 тысяч было! Главное — чтобы работа наблюдателя помогала в защите избирательных прав граждан. Если оно не соблюдается, это нарушение необходимо незамедлительно исправлять. Можно обратить внимание, если кто-то что-то сделал не так. Члены комиссии работали в стрессовых условиях, любой человек может ошибиться. Если цель — исправить ситуацию, то это можно сделать.
«Мы видели недоверие к сейф-пакетам…»
Кстати, на уровень стресса влияет использование участниками избирательного процесса мобильных устройств с ведением фото— и видеозаписи? Может быть, даже некоторые пытались с помощью таких манипуляций провоцировать членов комиссий? Вы готовите их к тому, как реагировать на такие события?
― Сегодня почти у каждого гражданина есть телефоны, в том числе с видеокамерами. Мы просили сотрудников ТИКов и УИКов тоже пользоваться средствами записи важных или спорных моментов. Например, просили снимать процедуру опускания бюллетеней по итогам досрочного голосования в сейф-пакеты. Мы видели недоверие к этим сейф-пакетам, хотя это такой пластик, который сложно вскрыть без следов.
Была у нас жалоба по муниципальным довыборам в Ленинском районе Челябинска. Кандидат жаловался на что-то, но не мог это подтвердить. У него не было записи. Свидетели, которых он сам же назвал, говорили другое.
Да, мы просим членов комиссий тоже делать съемки в свою защиту. Пока не все это практикуют. Все заняты, это понятно. Неужели нам везде завести по оператору? Так мы можем до странностей дойти. Иногда мы видим съемки, на которых видно, что есть нервозная ситуация, что идет попытка прессинга членов комиссий.
Кстати, некоторые участники выборов писали в соцсетях, что у них есть вопросы к сохранности документов в сейф-пакетах. Как была организована эта работа?
― Сейф-пакеты — это как раз дополнительная гарантия защиты документов. Обратите внимание: процедура предварительного голосования была организована не только 11 и 12 числа, а раньше. Все начиналось за 10 дней в территориальных избирательных комиссиях, потом в участковых. Там тоже использовались отдельные плотные конверты. Но все почему-то увлеклись этими сейф-пакетами!
Может быть потому, что для многих это стало новшеством?
― Сейф-пакеты нужны для того, чтобы фиксировать и сохранять бюллетени, которые использовались в дни досрочного голосования. Это были два-три случая, где люди по незнанию отрывали не только клейкую, но и основную часть красной линии. Никто ведь не оспаривает, что пакеты были вскрыты, но не заранее. Вряд ли можно все идеально упаковать с первого раза. Мы провели обучение для территориальных избирательных комиссий, те — для участковых, распространяли видеоролик, изготовленный ЦИК. В итоге не было оснований не признавать голосование легитимным.
В одном случае у нас днем переносной ящик оказался переполнен, и мы сделали то, чего ни в какой инструкции не было: не дожидаясь 20:00, мы сразу в присутствии всех участников процесса объяснили, что есть еще заявки и мы не можем людей подводить в реализации их права волеизъявления. Отрыли сейф-пакет новый, туда переложили бюллетени, поставили печати, сделали уведомление, убрали в сейф и стали работать опять в пустой ящик. Все предусмотреть невозможно.
«Одни выборы заканчиваем, другие начинаем»
Комиссия уже начала готовиться к выборам в  и есть ли уже понимание формата их проведения?
― Формально у нас есть три месяца на сдачу отчета по прошедшей кампании. К тому же была кампания — голосование по Конституции. То есть у нас сотрудники в отпуске не были в этом году. Сейчас отправляем людей отдыхать, впереди много работы.
Когда сдадим отчет и получим оценку нашей работы, приступим к новой кампании. Вообще, мы одни выборы заканчиваем, новые начинаем. Следующие будут большими и сложными.
Есть, по вашим ощущениям, вероятность продолжения работы в особых эпидемических условиях?
― Я считаю, что это надолго. Вы знаете, когда пандемия закончится? Никто не знает! Мы исходим из того, что, возможно, и на выборах депутатов Государственной думы нам придется изыскивать возможности на закупку средств индивидуальной защиты. Думаю, все уверены, что если этого не сделать, будет хуже.
А каковы планы по использованию технических средств, таких как КОИБы, видеокамеры?
― Это все элементы прогресса. У нас 229 комплексов обработки бюллетеней, из них четыре в резерве. В этот раз они использовались на юге области, показали себя хорошо. По отчетам, все было качественно отработано.
Если бы было везде видеонаблюдение, нам бы это очень помогало. В спорных моментах мы бы сразу видели и понимали, кто говорит неправду. В этот раз у нас было стопроцентное видеонаблюдение с возможностью трехмесячного хранения записей на ТИКах. Но мы к этому отношения не имеем. Средства на установку камер выделяют правительство области, губернатор. Организацией торгов и заключением госконтрактов занимается министерство информационных технологий. Мы только даем доступ в комиссии, чтобы подрядчик установил оборудование. После выборов оно снимается — это же бизнес. В участковых комиссиях камер не было, поэтому мы просили снимать самостоятельно, на телефон.
Фото: ФедералПресс /
Видео дня. Мамочку из Ивантеевки судят за драку в ОВД
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео