Ещё

Море «отпустило» статского советника: надгробие Ларионова подняли со дна водохранилища 

Море «отпустило» статского советника: надгробие Ларионова подняли со дна водохранилища
Фото: VN.ru Все новости Новосибирской области
Могильный памятник статскому советнику пролежал под водой 63 года: захоронение было затоплено вместе со старым Бердском в связи со строительством Новосибирской ГЭС. 12 лет назад, во время спада воды в водохранилище, на развалинах Сретенского храма обнаружили не только могилу и саркофаг известного мецената , но и надгробия других выдающихся людей: священника Иоанна Беляева, статского советника Николая Ларионова, отца Гавриила. Однако на тот момент городская общественность была сосредоточена на перезахоронении Владимира Горохова.
— Мы очень сожалели о том, что с надгробьем Ларионова тогда ничего сделать не удалось. Но годы прошли, и в этом году мы снова встретились на том самом месте и стали думать, как его перевезти на землю, — рассказал руководитель инициативной группы по переносу памятника, помощник настоятеля Собора Преображения Господня отец Владимир (Бирюков). Вместе с единомышленниками, представителями Сибирского центра колокольного искусства и Алексеем Талашкиным, они подготовили водную экспедицию по извлечению со дна Обского моря надгробия чиновника высокого ранга, похороненного в Бердске в 1903 году.
Ракушки поднялись на поверхность — значит, дело пошло
В уникальную экспедицию по поднятию надгробия Ларионова отправились на прогулочном судне «Сатурн». Журналисты газет «Бердские новости» и «Свидетель» вышли в море на катере, предоставленном Бердским поисково-спасательным отрядом . Возглавляла нашу команду режиссер видеокомпании «Студия 21» Татьяна Свиридова, которая изначально осуществляла информационную поддержку этого проекта, разгадывающего тайны прошлого. Теплоход и катер встретились в точке, где буйком было обозначено место нахождения памятной плиты статского советника.
Мы внимательно наблюдали за процессом поднятия и перевозки надгробия, который занял почти 6 часов. Видели, как дайвер погрузился в воду, вместе с ним нырял Виктор Андреевич… «Ракушки поднялись на поверхность, значит, памятник оторвали от дна», — спустя полтора часа отметил наш штурман, спасатель 1 класса … И вот, наконец, камень с обломанным крестом показался из воды.
На обратном пути команда СМИ перешла на «Сатурн», и нам рассказали, какие технические манипуляции пришлось применить, чтобы поднять памятное надгробие Ларионова, и какие эмоции переполняют участников экспедиции в данный момент.
Дайвер Константин Муравьев проводил основные подводные работы:
— Когда я опустился на дно, видимость была почти нулевая. Тем не менее, удалось определить местоположение голгофы: несколько могильных плит, и у основания одной из них лежал этот камень. Он был весь в ракушках и находился сантиметров на 30 в иле. Удивило, что когда мы его подняли, он оказался в два-три раза больше, чем мы предполагали. Предварительно на него поставили крепление, я за эту цепь зацепил лебедку, а когда голгофу немного приподняли — обмотал стропами. Что касается эмоций, то я согласился на предложение помочь, потому что это благое дело, полезное для нашей истории.
Как признался Виктор Васильев, он и его друзья-краеведы не ожидали, что поднять плиту будет так непросто. С улыбкой вспоминает, как они пытались на резиновой лодочке поднырнуть, чтобы найти голгофу в первый раз. В Сибири мало кто занимается подводной археологией, нужны опыт и специальные суда с механизмами для подъема мелких объектов. Бердчане взялись за это дело впервые, отчасти свою затею назвали самодеятельностью, «изобретали» механизмы, тем не менее, с задачей справились.
— Нам нужно было поставить катер кормой как можно ближе к обозначенному месту, чтобы зацепиться к надгробью. Было непросто: волна и ветер, условия неидеальные. Но это сделать удалось. А дальше мы с Костей ныряли, зацепили веревку. Потом всей командой подтянули катер, и начался подъем. Надо сказать, что памятник «упирался» хорошо, у нас лебедка двухтонная, а плита где-то полторы тонны, так что нагрузка была на пределе. Так потихоньку мы камень поднимали, сначала поставили его вертикально. Водоизмещение катера 18 тонн, для него такие манипуляции — не проблема, и все же было видно, как он погружался в воду, когда мы пытались оторвать голгофу от дна. Мы старались тянуть осторожно, чтобы веревка не оборвалась: подтягивали, фиксировали и дальше потихоньку работали. А дальше прикрепили надгробье на корме возле винта, и теперь осталось довести его до базы.
Отец Владимир отметил, как участники экспедиции волновались: «Молились, чтобы погода была хорошая. Поначалу собиралась гроза и сильный ветер, но все это куда-то ушло в сторону: было солнечно, небольшой ветер… И все прошло благополучно». Этим людям не понятны все заявления о том, что не нужно перевозить надгробье статского советника и вообще трогать покойников.
— Это же история нашего города, нашей страны, — убежден . — Памятное надгробье статского советника Ларионова столько лет было сокрыто от людей. А к собору приезжают многие, даже из Новосибирска. Сохранить и перенести памятник необходимо для того, чтобы люди могли подойти, вспомнить, чтобы все знали людей такого высокого ранга, которые так много сделали для своего Отечества и народа. Чтобы мы помнили, из глубины веков почерпнули их мудрость и продолжали их дело. Личность статского советника Николая Ларионова очень интересна, его вклад в развитие образования Западной Сибири значительны. Нам раньше в школе говорили о том, что купцы и дворяне были деспоты-тираны, а, на самом деле, многие из них заботились о своих потомках, служили людям и столько после себя оставили. Я не согласен, когда говорят, что не нужно тревожить их прах. Многие бердчане перезахоронили своих близких со старого кладбища на новое, чтобы их имена не были забыты.
«Поздравляю! Экспедиция завершена!»
Дальше могильный памятник Ларионову по воде отбуксировали до лодочной станции. Там судно подогнали к берегу, подъемным краном подняли на машину и доставили на территорию Преображенского храма. В итоге голгофа, изготовленная в память о статском советнике Николае Ларионове, заняла место с могилой мецената Владимира Горохова. А также рядом с другими надгробиями погоста при старом Бердском храме, перенесенными заботливыми священниками с берега Обского моря, где остались руины старого города.
— С праздником! Сколько лет надгробный памятник провел под водой, и вот он стоит здесь, на земле. Ларионов дома, — подвел итог экспедиции отец Владимир.
— Я родился в старом Бердске. И для меня было два знаковых места: Сретенская церковь и место, где были похоронены партизаны. И я как Почетный гражданин Бердска, счастлив, что смог поучаствовать в этом прекрасном деле, ведь это наша культура, наша жизнь. Статский советник Ларионов был преподавателем, двигал образование и просвещение вперед. И я считаю, что если мы будем знать о своей малой Родине хотя бы немного больше, значит, будем духовно богаче и сильнее, — убежден участник экспедиции .
Готовил в Бердске открытие школы, но заболел?
Постепенно приоткрывается и тайна, связанная с личностью статского советника Николая Ларионова. Напоминаем, что сотрудник Сибирского центра колокольного искусства Алексей Талашкин начал исследовать исторические документы, по крупицам восстанавливать данные о его жизни и делах, которые он претворил в жизнь.
— И эта история для нас стала практически детективной.
Как выяснилось, Ларионов был значимой государственной фигурой в масштабах всей Западной Сибири, трудился на ниве просвещения. В 1881 году Николай Михайлович Ларионов закончил Санкт-Петербургский учительский институт, преподавал в учительской семинарии Череповца Новгородской губернии физику и математику. Чин статского советника получил в 1889 году, впоследствии был награжден медалью Памяти царствования государя-императора Александра III степени, двумя Орденами — Святого Станислава III степени и Святой Анны III степени.
В 1899 году Ларионова пригласили занять должность инспектора 2-го участка народных училищ Томской губернии, куда входили около 80 училищ Барнаульского, Змеиногорского, Кузнецкого, Бийского уездов… Он инспектировал работу образовательных учреждений, помогал во многих городах и селах построить и открыть школы, народные училища, наполнить их материальной и методической базой, внедрял прогрессивные методы обучения. Ларионов жил в Барнауле, где по его инициативе был создан музей наглядных пособий, организована библиотека. Он собрал такую методическую базу, которую современным языком можно было назвать институтом повышения квалификации. Об этом подробно рассказывает в своей научной статье, опубликованной в «Вестнике Томского университета», кандидат исторических наук : «Подготавливая базу будущего музея, он обратился ко многим книгоиздателям выслать книги бесплатно. Результат превзошел все ожидания: в первые месяцы после прошения ему были высланы 200 названий. Помимо книг, были получены образцы „волшебных фонарей“.
И конечно, главная интрига: как был связан статский советник Николай Ларионов с Бердском и почему был погребен на территории Сретенской церкви?
28 сентября 1903 года в селе Бердском Барнаульского уезда была открыта низшая ремесленная школа. Как сказано в приложении к „Сибирской жизни“ от 12 октября 1903 года, идея об ее открытии была высказана министром народного просвещения, подхвачена бердским меценатом Владимиром Гороховым: „В декабре 1902 года последовало Высочайшее соизволение на учреждение Бердской низшей ремесленной школы, с отпуском из казны на ее содержание… Помещение ремесленной школы, мастерская и кузница, были выстроены В. А. Гороховым на собственные средства“. Ларионов, будучи куратором участка учебных заведений Томской губернии, куда входил Бердск, скорее всего, поддерживал идею, может быть, помогал финансово и на административном уровне.
Из последних лет жизни Ларионова жизни известно, что 17 апреля 1903 года ему было подписано прошение о предоставлении отпуска на 4 месяца: с мая по сентябрь. А недавно Татьяна Свиридова получила ответ на запрос из Государственного архива НСО. В архивной справке сказано, что в „Коллекции метрических книг культовых учреждений“, в Метрической книге Сретенской церкви села Бердского за 1903 год, содержится запись о смерти № 51: 1 июня инспектора народных училищ 2-го района Томской губернии статского советника Николая Михайловича Ларионова, 41 года. В графе „От чего умер“ указано: „От чахотки“. Погребен 3 июня. В графе: „Кто совершал погребение и где погребены?“ сказано: „Протоиерей Даниил Вишняков, в церковной ограде“.
Таким образом, исследователи предполагают, что Николай Михайлович заболел, написал прошение об отпуске. И, возможно, приехал с семьей в Бердск, где бор и свежий воздух, практиковалось лечение кумысом; где у Горохова была больница, в которой поправляли здоровье детишки. Попечитель мог здесь продолжать курировать открытие училища… И здесь статский советник скончался, не дожив до открытия учреждения. Почему его не увезли домой? Он умер 1 июня: лето, жара. Как сохранить тело в те времена? Наверное, подумали, что везти в Барнаул его не было никакого смысла. Решили придать его тело земле в Бердске и воздвигли соответствующий статусу чиновника памятник.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео