Ещё

Krytyka Polityczna (Польша): границы закрыты для мертвых 

Krytyka Polityczna (Польша): границы закрыты для мертвых
Фото: ИноСМИ
Интервью с Олегом Милинским — владельцем международного похоронного бюро «Фунералия».
Krytyka Polityczna: Компании, которые открывают мигранты, обычно работают в сфере общепита, торговли, клининга. Как вам пришло в голову открыть фирму, которая занимается возвращением на родину скончавшихся за границей украинцев?
Олег Милинский: Я сам был трудовым мигрантом в . Эта страна заставила меня изменить отношение к смерти и похоронам. На  похороны — это голгофа, поглощающее всех море страданий, а в Италии я увидел, что даже такой печальный день может быть красивым, что к телу умершего можно относиться уважительно, организовать ему эстетичное прощание с миром.
Вернувшись в родной Хмельницкий в 2009 году, я вложил накопленные деньги в открытие похоронного бюро. Спустя несколько лет я осознал, с какими огромными проблемами сталкиваются украинцы, чьи близкие скончались, работая в Европе. Тогда я решил заняться репатриацией умерших. С 2015 года моя компания работает в , у нас два офиса: в  и в .
На новой родине похороны устраивают только тем, кто переехал с семьей, и у кого были деньги. Чем дальше на Запад, тем это обходится дороже. Тело поляка дешевле перевезти из , чем похоронить на месте. В год услугой международной перевозки останков для захоронения их на родине пользуются примерно 3 тысячи украинских семей.
— Где умирают родственники ваших клиентов?
— Раньше 50% заявок мы получали из , но ситуация начала меняться, в списке появились скандинавские страны, в последние два года растет доля и . Сейчас на первом месте находится . В прошлом году там скончалось больше 600 украинцев.
— Как выглядела репатриация тел в Европе до пандемии?
— Каждое утро я обнаруживаю в телефоне несколько смс: где-то в Польше, в Италии или Германии кто-то умер и его куда-то отвезли. Обычно семья не может четко сказать, где находится тело, не знает названия населенного пункта или не может правильно его написать. Тогда я начинаю поиски: звоню в полицию, , иногда непосредственно в морг. Чаще всего спустя несколько часов становится ясно, где покойный.
Однажды я получил такое сообщение и начал свои обычные мероприятия, но оказалось, что разыскиваемый мужчина жив! Произошло дорожно-транспортное происшествие, полиция неверно записала данные жертв, мой клиент выжил. К сожалению, так бывает редко. Чаще сообщение о смерти подтверждается и, получив разрешение от семьи, я запускаю процедуру транспортировки тела из-за границы, то есть посмертной репатриации.
Но так происходит не всегда. В прошлом году 30% тел умерших в Польше украинских работников из моргов не забрали. В варшавском консульском округе скончались 250 украинцев, 170 тел передали родственникам или таким компаниям, как наша. Остальные в течение нескольких месяцев остаются в морге, а потом их захоронением занимаются местные центры социальной защиты.
— Почему так происходит?
— Полагаю, потому, что их родственники не могут заплатить за транспортировку покойного на Украину. Речь идет обычно о сумме порядка полутора-двух тысяч евро или трех, если тело нужно перевезти из Западной Европы. То, что мигрант присылает родным, вне зависимости от того, сколько он зарабатывал, они успевают потратить в течение месяца. Половина моих клиентов говорит мне, что им придется просить денег у соседей.
— Как показывают исследования, средний возраст украинских мигрантов в Польше —20-35 лет. От чего они умирают?
— Причины смерти такие же, как у населения в целом. Прежде всего это заболевания сердечно-сосудистой системы. Довольно часто — автомобильные аварии. Также относительно много самоубийств, особенно молодых мужчин. Год назад я хоронил человека, который повесился в первый день своей работы в Польше. В чем было дело, в обмане работодателя, каком-то конфликте? Я не знаю. Я знаю только, что он взял в займы у родственников тысячу евро на поездку, а потом им пришлось собирать две на похороны.
Сегодня утром мне позвонили: молодая женщина бросилась под машину. Дома у нее осталось двое детей, мужа нет, ее мать собирает деньги по всей деревне. К покойным следует относиться с уважением, но иногда я думаю: «Если ты хочешь убить себя, сделай это, черт возьми, дома, ведь иначе твоя семья не только будет страдать, но и влезет в огромные долги».
— Семья дает разрешение на транспортировку тела, что происходит дальше?
— Нужно получить разрешение на захоронение в прокуратуре. Чем крупнее город, тем дольше приходится его ждать. В среднем это занимает две недели, но если у покойного был поддельный паспорт или другие проблемы с документами, процедура может затянуться на несколько месяцев. На Украине сложно это объяснить людям. Когда у нас кто-то умирает, на следующий день его уже хоронят. Даже если было убийство и проводится вскрытие, люди стоят у морга с заказанным гробом. В Европе и США, в особенности в крупных городах, все иначе. Взгляните хотя бы на похороны знаменитостей. Почему их хоронят через несколько недель после смерти? Дело не только в том, что нужно подготовить церемонию, но и в том, что приходится дожидаться документов!
Когда прокуратура дает разрешение, мы оформляем свидетельство о смерти и разрешение местных властей на вывоз тела за границу. Сейчас ситуация осложнилась. Во время пандемии живых интересует, какое государство согласиться их впустить, а в моей отрасли встает вопрос, какое государство согласиться выпустить. Далее мы обращаемся в консульство за разрешением на транспортировку останков на Украину.
— Можно ли ускорить этот процесс?
— Иногда, когда за границей умирает какой-нибудь влиятельный бизнесмен или чиновник с Украины, у его коллег возникает искушение уладить дело «по-украински», то есть найти «выходы» на прокурора или представителей локальных властей. Один раз я столкнулся с попыткой оказать давление на прокурора в Германии, в результате которой заинтересованной стороне пришлось ждать еще дольше.
Получив все документы, мы обрабатываем, одеваем, гримируем тело, укладываем его в гроб и везем на Украину. Если семья хочет сэкономить, мы доставляем его только к границе (на украинской территории гроб можно перевозить хоть на крыше автомобиля). Урны с прахом мы возим редко, хотя это дешевле.
— Украинцы не соглашаются на кремацию?
— Месяц назад у меня был такой разговор с клиентом: у нас нет денег, мы сидим без работы, но кремировать — ни за что! В Японии кремируют 99% умерших, в ЕС эта доля из года в год растет, но на Украине, в особенности в сельской местности, с кремацией связано множество предрассудков. Тем не менее я вижу, что пандемия вносит свои коррективы. Сегодня мы отправляем на Украину восемь урн. Сейчас транспортировка останков затруднена, речь идет уже не о неделях, а о месяцах ожидания, поэтому люди склоняются к более дешевым решениям.
В начале апреля граница была закрыта, пересечь ее мы не могли, но мы ездили по Польше и забирали тела на кремацию или в наш морг в Варшаве. За 10 евро в день они могут находиться там хоть год. На этот счет, однако, у людей тоже есть предубеждения. Для многих украинцев оставлять покойного на долгий срок в холодильнике невыносимо с моральной точки зрения. Но сейчас мы все изменили свои привычки: мы сидим дома, не подаем друг другу руки, носим маски. Кремацию тоже стали выбирать все чаще.
— Как пандемия коронавируса повлияла на репатриацию умерших? Может ли катафалк сейчас пересечь границу?
— С середины марта длительность всех процедур, связанных с перевозкой тел, увеличилась по меньшей мере в два раза. Ситуация с пересечением границы начала налаживаться только на днях. В предыдущие недели она была драматической: в Германии умер украинец, Польша и Чехия закрыты, из Австрии можно выехать только в ночные часы. Из Берлина мы поехали в Австрию, а потом добирались в украинское Закарпатье через Венгрию. С удлинением маршрута растет и цена на наши услуги, ведь мне нужно заплатить водителю, обеспечить его гостиницей, топливом. Сейчас доставить покойного из Польши на Украину стоит до 2 500 евро, а из Западной Европы — 4 тысяч.
В начале апреля Польша была единственной страной ЕС, которая из-за пандемии запретила как ввозить, так и вывозить тела. После обращения представителей нашей отрасли в Польскую ассоциацию предприятий ритуальных услуг условия смягчили, с 7 апреля нам дали возможность вывозить урны с прахом. 20 апреля появилось еще одно нововведение: разрешение на вывоз останков нужно получать не в районной, а в воеводской санитарно-эпидемиологической службе. То есть добавляется еще неделя ожидания.
— Отправляют ли водителей катафалков на карантин?
— Разумеется. Водитель, привезший тело на Украину, отправляется на двухнедельный карантин. После возвращения в ЕС его снова ждут 14 дней карантина. Было бы логично, чтобы таких работников приравняли к водителям фур и освободили от этой обязанности. Они пересекают границу не ради развлечения, люди, которые заказывают наши услуги, на самом деле в нас нуждаются. Польские коллеги рассказывают, что когда они приезжают с телом из Германии, польская пограничная служба не выдает им направления на изоляцию, а когда я вернулся с Украины, меня сразу же внесли в систему, а на следующий день полиция проверяла, нахожусь ли я дома.
— Некоторые страны разработали специальные нормы захоронения для людей, скончавшихся от коронавирусной инфекции. Это как-то затронуло сферу транспортировки тел?
— Есть несколько болезней, в случае смерти от которых требуется захоронить тело в течение суток (его запрещено вывозить за границу). Это чума, холера, Эбола, сибирская язва. Covid-19 в списке нет. Сейчас только Италия требует обязательной кремации умерших от коронавируса. Однако выполнить такое требование сложно, поскольку очередь в крематориях расписана на несколько недель вперед.
У меня уже было трое клиентов, чьи родственники скончались в Италии, заразившись коронавирусом. Мы организовали кремацию, перевозку урны с прахом и похороны на Украине. Обычно мы предлагаем онлайн трансляцию процедуры кремации, но сейчас в Италии по санитарным соображениям это невозможно.
В других стран умерших от covid-19 не кремируют, мы перевозим гробы. Я считаю, что везти такое тело не опаснее, чем ехать на городском автобусе. В европейских моргах останки дезинфицируют и упаковывают в мешок, тело выглядит, как Христос в погребальном саване. Гроб пломбируют, так что покойный не представляет опасности для окружающих.
Впрочем, я заметил, что пандемия научила людей эмпатии. Им стало проще понять и принять многие вещи. Раньше было так: человек скончался в Париже, а его семья, узнав, что тело доставят в Львов только через две недели, начинала возмущаться. Мне звонили с просьбами представители местных властей, священники. Сейчас люди смирились с тем, что и для живых, и для умерших появились новые препятствия.
— Во время нашего разговора ваш телефон продолжал разрываться от звонков.
— Клиенты звонят по сто раз, даже когда у них уже нет конкретных вопросов. Они рассказывают о своем трауре, о том, как проходят их дни, как плохо они себя чувствуют. Они хотят в очередной раз услышать, где находится тело, как мы оденем покойного, какой будет грим. Украинцы не любят похорон, приготовлениями к которым они не могут заняться. Когда я еще жил на Украине и говорил клиентам, что моя работа заключается в том, чтобы дать им возможность посвятить время близким и не беспокоиться по поводу практических деталей, они ужасно возмущались. Как это, похороны, а я только подписал бумаги и больше ничего не делаю? Родственники умершего за границей человека сразу же заказывают службу в церкви, нанимают могильщиков, начинают печь пироги, даже если тело привезут только через месяц. Это дает им почувствовать, что они что-то сделали для покойного.
Они звонят мне, но на самом деле им нужен психолог. Они лишились близкого человека, которого порой не видели несколько лет, не смогли с ним попрощаться. На Украине, однако, нет традиции обращения к психологам, проговаривания травм, поэтому люди звонят нам и в очередной раз спрашивают, как мы оденем тело.
— У вас сложная в психологическом плане работа?
— Больше всего меня мучает то, что многие из этих смертей можно было бы предотвратить. В Польше ситуация не такая плохая, все больше украинцев заключают трудовые договоры, получая одновременно медицинскую страховку. Но если кто-то работает нелегально, не имеет возможности обратиться в больницу, он не идет к врачу даже когда возвращается домой. С молодыми бывает так: кто-то несколько дней подряд жалуется на боли в сердце, а потом утром его обнаруживают бездыханным.
Чего в Польше мигрантам не хватает, так это психологической помощи. Украинцам некуда пойти и рассказать о своих проблемах, провалах, сомнениях. У консулов много других обязанностей, такие дела обычно не входят в сферу их компетенций. Неправительственных организаций, которые занимаются помощью мигрантам, все еще недостаточно, а работающие страдают от недостатка финансирования.
— В течение нескольких десятилетий смерть была на Западе табуированной темой. Мы живем так, будто ее нет, вытесняем ее из собственной действительности. Изменят ли сейчас европейцы, которые увидели кадры из больниц, крематориев, с кладбищ, свое отношение к смерти и процессу умирания?
— И да, и нет. Когда СМИ начинают рассказывать о какой-то катастрофе, люди сначала приходят в ужас, а потом свыкаются с ней и перестают реагировать на эту тему. В 2014 году городской совет Хмельницкого, где у меня было похоронное бюро, запретил продавать на улице траурные венки. Аргументы были такими: видя венок люди расстраиваются, от мыслей о смерти у них портится настроение. Алкоголь или оружие в магазине настроение никому почему-то не портили…
С другой стороны, мне кажется, что многие сейчас начали обращать внимание на данные о смертности. Следя за количеством умерших от коронавируса, они сравнивают эти цифры с уровнем смертности от сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. Они удивляются, сколько, оказывается, умирает людей от обычных излечимых болезней! Почему мы делаем так мало, чтобы их спасти?
Мне бы лично хотелось, чтобы коронавирус изменил отношение не столько к смерти, сколько к системе здравоохранения, которая позволяет нам ее избежать. Страшно, что в последние годы люди перестали прививать детей. Может быть, сейчас хотя бы некоторые антипрививочники осознают, что может случиться, если придет эпидемия, а у нас не будет коллективного иммунитета. Если даже мы извлечем только такой урок, это уже будет хорошо.
Видео дня. Билан нарушил самоизоляцию ради вечеринки королевы Tik Tok
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео