Тучи над Фастовом встали: воспоминания о Герое Советского Союза, ветеране органов внутренних Мордовии Петре Павлове

Министерство внутренних дел Российской Федерации 10 мая 2020
Фото: Министерство внутренних дел Российской Федерации
В четыре часа утра 22 июня 1941 года, оборвав мирный сон людей, из радиоприемника хрипло прозвучала черная весть о начале войны, разделив на две несоединимые части жизнь выпускника Рижского пехотного училища . Молодому офицеру не ведомо было знать, что по предначертанию свыше он геройски пройдет через ад и обретет неувядаемую славу.
Густой утренний туман плотно окутал приднестровские кручи, надоедливо и без перерыва сеял мелкий дождь, заставляя людей тесней прижиматься друг к другу, плотнее закутываться в плащ — палатки. На лицах красноармейцев — напряженное внимание. Начальник политотдела 52 –й гвардейской танковой бригады подполковник Лесной зачитывал им обращение Военного совета Первого Украинского фронта. «Славные бойцы, сержанты и офицеры! — звучит его сильный с хрипотцой голос. — Перед нами  — мать городов русских, колыбель нашего Отечества, которая уже более двух лет находится в кровавых лапах фашистских палачей и разбойников. К священной мести зовут нас боль и слезы киевлян. За нашу Родину, свободу и независимость, счастливую жизнь грядущих поколений, вперед, на разгром ненавистного врага!» — Клянемся с честью выполнить свой воинский долг! Освободим город! Смерть нацистским головорезам! Вместе с товарищами по оружию эти слова произносил гвардии лейтенант Петр Павлов. За его плечами остались пыльные, политые свинцовыми ливнями воронежские версты и искореженные, вздыбленные дороги Сталинграда.
В районе Пуща — Водицы путь нашим войскам преградили спешно переброшенные сюда моторизованная дивизия и отдельные танковые части противника. Одна из передвижных танковых групп в сопровождении десанта автоматчиков под командованием Павлова с ходу протаранила оборону оврага и, огибая столицу Украинской ССР с западной стороны, устремилась в направлении станции Святошино. — Товарищ лейтенант, мины! — подбежал к Павлову боец. — Спокойнее! Двигаться строго за танками — пронеслось по цепи. Тем временем саперы аккуратно делали проход в минном заграждении. Из открывшегося люка головного танка показалась рука парторга Ботарева: «Не робей, пехота!». И гусеницы загрохотали по каменистому шоссе из Киева на . Походная застава вырвалась на дорогу с отходящей вражеской техникой. Гитлеровцы никак не могли ожидать появление русских у себя в тылу и от неожиданности кинулись в рассыпную. Воспользовавшись паникой чужеземной нечисти, наши танкисты, обладая сноровкой сходу врезались в автоколонну неприятеля. Наскакивая на машины бесстрашно опрокидывали их в кювет. Разгром довершали наступающие непосредственно за ними автоматчики. Вскоре станция оказалась в наших руках, путь войскам на Киев был расчищен и открыт. — Ну, твои хлопцы рьяно дерутся и отсекают пехоту вражья не хило, — спрыгивая на землю, восхищенно проговорил командир танка, лейтенант Алексей Пашанин. — Лихо! –Да и пример есть с кого брать — в тон боевому побратиму ответил Павлов. Раздалась команда «По машинам!» и дружное воинство стремительно двинулась в сторону Фастова, одного из наиболее важных железнодорожных узлов и коммуникаций агрессора на Правобережной . Командование Вермахта сосредоточило здесь резервные части, пребывающие с других фронтов. Походная застава Пашанина продолжала обеспечивать продвижение своего батальона, за которым следовали доблестные стрелки Петра Павлова на броне. Бойцам еще не было известно, что командующий группой армий «Юг» фельдмаршал Манштейн направил к Фастову передовую 25 — ю танковую дивизию фон Шелла, а Гудериан усилил ее сотней танков «Тигр». Через некоторое время авангард прославленной в боях армии генерала — лейтенанта Павла Рыбалко, встретиться с ней в прямом сражении. И, надо сказать, «тигры» не выдержат натиска «тридцатьчетверок». А еще вернее, дух советского народа окажется намного сильнее настроя фашистских полчищ. День уже угасал, когда подразделения 52 –й танковой бригады подходили к юго — западной окраине Фастова. У села Заборье на их боевые порядки немцы внезапно обрушили шквальный огонь стоявших в засадах самоходок — истребителей, по большей части «Фердинандов» и «Мардеров». Минометы под прицелом держали пригород. В небе кружили «Юнкерсы» Люфтваффе пикируя над бронетехникой и сбрасывая бомбы. Первой в атаку на штурм села Заборье бросилась рота Павлова. Овладев населенным пунктом, она обеспечила продвижение батальонов вперед. Но на самых подступах к городу гвардейцев снова встретила огненная стена. Пробиться к нему в такой обстановке было неимоверно сложно. «Разрешите нам попытаться» — обратился к старшему по званию молодой лейтенант Павлов и поделился с ним своим планом захвата территории. Оценив в нем высокую выучку, смекалку, пытливый ум Рыбалко отдал приказ на наступление. И молодой лейтенант оправдал это доверие, в полной мере проявив свой талант. Получив разрешение, он скрытно расставил отряды автоматчиков. «Вперед, пехота! За свободу поруганной Родины!»— что есть мочи прокричал Петр Павлов. Не кляня судьбу рота смельчаков молниеносно и неудержимо устремились к вокзалу, сея смерть и панику в стане врага. Окруженные фрицы, пытаясь вернуть свои позиции, свирепо перешли в контратаку. Павлов с завидным хладнокровием отдал приказ своим ребятам: «Ни шагу назад! Стоять на смерть! и, взяв автомат, стал в упор расстреливать оккупантов. Как и положено командиру, Петр был во главе своих подчиненных, показывая им образец бесстрашия, мужества и отваги. Ночь сменилась алой зарей, когда в бою они сломили сопротивление противника и нанесли ему серьезный урон, уничтожив более ста солдат и офицеров фюрера, еще семьдесят взяли в плен. Бойцы захватили четыре эшелона с продовольствием и военным снаряжением, пятнадцать автомашин, склады с горючим и боеприпасами. Когда они сбили засовы с дверей школы, то обнаружили сотню изможденных пытками детей, женщин, стариков. Дымные тучи танковой битвы встали над Фастовым. Орудия прямой наводки и противотанковые ружья в упор расстреливали хваленые стальные лавины нацистов, превращая их в бесформенные груды раскаленного, исковерканного металла. А вот 45 –миллиметровые пушки броню пробить не могли, из них стреляли с близкого расстояния по лязгающим гусеницам. Немало тяжелых машин противоборствующей стороны взрывалось на полном ходу от попадания мин, не сосчитать сколько башен снесли гранаты. Фастов был блестяще отбит без разведки и подготовки, а все их действия заслужили похвалы. Для Павлова это была победа, но не финал. На календаре шел ноябрь 1943 года. Всему личному составу Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин объявил благодарность. За проявленный в борьбе героизм гвардии лейтенанту Петру Павлову Указом Президиума Верховного Совета СССР 10 января 1944 года присвоено высокое звание Героя Советского Союза с вручением Ордена Ленина и медали „Золотая Звезда“ за номером 2130. Вскоре отцу Героя в далекое мордовское село Малышево, что в Торбеевском районе полетело письмо с фронта: „Ваш сын Петр Трофимович — волевой и искусный командир. Его грозное оружие круглосуточно и беспощадно громит вражескую нечисть. Шаг за шагом он идет к желанной победе…“ — командующий Первым Украинским фронтом генерал . Пока немцы принимали срочные меры, чтобы заткнуть огромную брешь в своей обороне, войска Первого Украинского продолжали наступление на всем огромном протяжении от Припяти до Букринского и Лютежского плацдармов.
»Слева и справа холмы, между которыми раскинулась равнина. Страшно взглянуть на поле. И вширь, и вдаль, куда только хватает взора, — сгоревшие танки, разбитые пушки, а над ними кружит воронье. Час назад здесь завершилась грозная Корсунь — Шевченковская битва» — аккуратным, убористым почерком писал строки на листке Петр Павлов. Давно не посылал он весточку в родимые края. Умолчал лишь об одном, что не посрамил он свою недавнюю славу. Метким прицелом выводил из строя танки, пытающиеся прорваться к своим попавшим в котел дивизиям, в упор расстреливал остатки экипажей. Он уже овладел высшей формой оперативного искусства — окружать и уничтожать противника. Оккупационный режим на Корсуньщине был свергнут. Выход на Балканы — открыт. Оставался один шаг на пути к логову фашистского зверя. В зареве пожарищ, в несмолкаемом громе разрывов он самоотверженно приближал крах рейха в ходе Висло — Одерской операции.
Стояла ясная и теплая весенняя пора. В короткий час передышки майор Павлов забылся в тревожном сне, вопреки тому, что его окутывал мягкий и спокойный пейзаж зеленеющих полей. Вдруг в полночь раздались тридцать залпов из тысячи орудий, напрочь развеяв и без того мимолетную дрему офицера, мгновением позже Берлин взорвался салютом долгожданной победы. Радиосообщением передали, что восьмого мая 1945 года выдающийся полководец принял капитуляцию фашистской Германии в Карлсхорте (Берлине). На радостях бойцы плясали «Русскую» с ликованием праздную первый день мира. В линялой гимнастерке с золотой звездой Героя на груди вернулся с далекой стороны к родному порогу воин — освободитель Петр Павлов. Возле покосившегося от гнета лет, отчего дома, где у икон, тая тревогу, молилась Господу безмолвными губами страдалица — мать, цвели яблоневые сады и словно белая волна мели вишневые метели. Буйные кусты сирени, сверкающие капли свежих майских рос, заливистая трель соловьев в кудрявом лесу и радость предстоящего труда, рождали в его сердце удивительную легкость. Но в воспаленной памяти, то и дело всплывало разорванное небо, сырые землянки, могильные холмики друзей, да каравай простреленного черного хлеба. Искурив последнюю трофейную папиросу, Петр открыл скрипучую калитку. «Ну, вот и свиделись, пал мне жребий постучаться в знакомую дверь. Рапортую — я с честью выполнил ваш Наказ и сдержал святую нерушимую клятву Родине. С ней я учился военному делу, шел в бой и отстоял родные рубежи» — негромко произнес он и обнял стоящих на крыльце постаревших родителей. Скупая, соленая слеза предательски покатилась из его больших карих глаз.
В последствие уважаемый фронтовик надел синюю милицейскую шинель, придя на смену ветеранам Зубово — Полянского района Республики Мордовии. И сразу оказался в самой гуще происходящих событий, неся службу на должности начальствующего состава. «Вверенный тебе участок, сынок, сплошь усеян воровскими малинами, леса кишат дезертирами, скрывающимися от суда и следствия» — молвил начинающему правоохранителю седой, как лунь следователь. «Ничего, сдюжим, одолеем налетчиков, сломаем им зубы о своды закона, не таких видывали, отец» — улыбнулся Герой. Он четко понимал, что снова на передовой, только теперь войну вести ему против пресловутого, уголовного отребья. Так все и было. Шайки бесчинствовали, а значит никакой им пощады, интеллигентских соплей и слюнявого гуманизма, твердо решил Павлов. «Какая к черту „эра милосердия!“ У грабителей только два права — пуля в лоб или тюрьма. Нечистые на руку преступные элементы держали в страхе население, совершали кражи скота, грабили магазины. „На дело“ матёрые „уркаганы“ шли с оружием в руках, поэтому не обходилось без перестрелок и погонь. Задержание таких „доморощенных“ врагов было сопряжено с большим риском, но оперативник справлялся, в одиночку доставлял их в отделении в пешем порядке. Обман процветал в торговле: под видом соли продавали селитру, вместо мыла заворачивали в бумагу деревянные чурки. Были и расхитители социалистической собственности. На квартирах у них Павлов интуитивно находил и изымал муку, масло, сахар, сало. „Не годится семью продовольствия лишать“ — навзрыд причитала заведующая складом, для которой столь скорый визит опера был полной неожиданностью. — Налетел, как гром среди ясного неба. „Нехорошо мясо дармовое под одеялом жрать“ — особо не церемонясь, вторил ее Павлов. — Что ж — приступаем к возмездию, то бишь конфискации. Вдумчивый и принципиальный, он распутал не одно дело. Массу серьезных правонарушений совершали обездоленные войной подростки. Голод толкал их на различные мошенничества. „А ну тише, архаровцы! Рассказывайте по одному, как дошли до жизни эдакой, только потерей памяти не страдайте“ — обращался он к неугомонным сорванцам, нарушителям порядка. Шутливая манера ничуть не умоляла его серьезных намерений. „Зубом отвечаю, не мы озорничали“ — изрек пасынок судьбы, блаженно прищурив и без того узкие поросячьи глазки. „Знать самый младший из всей оравы“ — подумал Петр, приосанился и просверлил черным взглядом их атамана. Тот вяло начал исповедь, от былого форса не осталось и следа. Павлов знал все их беды, от бедности, в ней же скрыта и причина атипичной реалии такого бытия. Черную метку накладывало и отсутствие должного воспитания. И, все же, у рисковых беспризорников и окрестной шпаны „гражданин начальник“ слыл в почете. Павлов жил и трудился по совести, считая куда важнее уметь поставить детей на правильный путь, помочь каждому освободившемуся после отбытия наказания найти себя в жизни. Лучший сыщик вызывал уважение у „блатного братства“, видимо это заключалось в признании „ворами в законе“ превосходных личных качеств милиционера.
Каждый День Победы он спешил воздать поклон солдату в каменной шинели, что надежно хранил честь павших воинов. Стоя у обелиска, в немом молчании, он поименно вспоминал всех друзей, отправившихся с ним под марш славянки с Белорусского вокзала в суровый поход. Многие из них навсегда остались лежать среди берез и бескрайних полей. Петр Трофимович Павлов, 1917 года рождения, удостоен почетного права навечно быть зачисленным в строй героев МВД. Багряным октябрем 1963 году перестало биться его отважное сердце — не прошли бесследно четыре ранения, нежданно дала знать о себе одна контузия. Но такая пламенная любовь к Отчизне никогда не будет предана забвению.
Лариса Лазарева, Член Союза журналистов России
Комментарии
Другое , Георгий Жуков , Петр Павлов , Николай Ватутин , МВД , Житомир , Киев , Республика Мордовия
Читайте также
Лукашенко отреагировал на проблемы с водой в Минске
Россияне отреагировали на предложение о деноминации рубля
19
Последние новости
В Магаданской области сотрудники полиции разыскали без вести пропавшего мужчину
В Новосибирске полицейские провели профилактическое мероприятие «Ночной город»
В Ставропольском крае полицейские провели оперативно-профилактическое мероприятие «Правопорядок»