Ещё

Новый функционал Мединского. Почему в России не изменится историческая политика 

Новый функционал Мединского. Почему в России не изменится историческая политика
Фото: РИА "ФедералПресс"
Любитель истории и…
Уход из федерального правительства стал одной из самых громких новостей конца января. Наряду с также покинувшей свой пост экс-министра просвещения Мединский был одним из самых консервативных членов кабинета , тем самым «аллергеном», деятельность которого не раз негативно оценивалась многими деятелями науки и культуры.
Рассчитывал ли на такой результат молодой студент журфака Владимир Мединский, когда в свободное время приезжал на исторический факультет , чтобы послушать лекции по его любимой военной истории?
Искренняя любовь Мединского к истории сомнений никогда не вызывала. Однако хобби не сразу взяло верх над будущим государственным деятелем. После окончания университета будущий министр организовал PR-компанию «Корпорация „Я“ с офисом недалеко от Арбата. Через четыре года после создания бизнес пошел ко дну. Как писала газета „Коммерсант“, от „Корпорации „Я“ осталась только последняя буква.
Гораздо лучше дела у Владимира Мединского пошли на госслужбе, где за десять с лишним лет он сделал блестящую карьеру: руководитель департамента в министерстве, депутат , федеральный министр.
Со временем интерес к хобби все сильнее одолевал Мединского: чем выше становилась должность, тем, на удивление, он все больше начинал заниматься историей. Даже смог присовокупить к степени доктора политических наук ученую степень доктора исторических наук (обе научные работы вызвали у научного сообщества по большей части негативную реакцию).
В конце января Владимир Мединский ушел в отставку с поста министра культуры и стал помощником президента России. Однако одно из своих любимых детищ разоблачитель мифов о  не покинул — остался председателем “» (РВИО). Оно было создано в первой половине 2010-х, тогда уже существовало «Российское историческое общество» (РИО). Но не зря же Мединский в молодости увлекся военной историей.
…любитель политики
Еще раньше, чем РИО и РВИО в России появилась комиссия при президенте РФ по противодействию попыткам фальсификации истории — символ нарождающейся новой исторической политики. Согласно немецкому историку Эдгару Вольфруму, историческая политика — это политическая сфера, в которой различные акторы извлекают из истории политические выгоды. Нашел для себя их и Владимир Мединский.
На посту министра культуры он активно поддержал тренд на «победизацию» истории: в фаворе оказались фильмы, которые либо прославляли (благодаря, как правило, не самому замысловатому сценарию) подвиг советского народа во время Великой Отечественной, либо же просто транслировали в массы одно простое правило: история России — это история побед. Слабости здесь не место.
Как не оказалось места в российском кинопрокате для комедии «Смерть Сталина» итальянского режиссера . Смерть вождя — интимный момент для всей нации, зачем смеяться?
Политолог, заместитель директора напоминает, что историческая политика, по сути, является частью легитимации власти. «Власть транслирует себя как наследник великих предков — в первую очередь, тех, кто победил в Великой Отечественной войне, но не только. Речь также идет об Отечественной войне 1812 года, о других войнах, которые вела Россия», — продолжил эксперт.
Более радикальную позицию занимает политолог Наталья Шавшукова. По мнению эксперта, мы живем во время фейков и ремейков (Владимир Мединский, к слову, поругался с главой Госархива РФ из-за мифа о 28 панфиловцах, а ремейки классики при его руководстве регулярно получали финансирование). В культурном плане страна застряла в прошлом. «На высшем уровне сложилось довольно специфическое понимание российской истории. Оно довольно примитивное и однобокое, сами сторонники такого подхода говорят, что история — не наука, а способ обоснования и оправдания действий режима», — возмущается Шавшукова.
Продолжение следует
На своей новой должности в  Владимир Мединский будет заниматься вопросами координации госполитики в исторической и гуманитарной сферах. Останется ответственным за формирование исторической политики. Будет заниматься организацией празднования 75-летия Победы.
Неужели ничего не поменяется?
Сотрудник общества , доктор философии, историк в этом отношении скептичен. По его мнению, в российской исторической политике есть главный постулат — культ Победы как единственного значимого достижения страны в ходе двадцатого века.
С другой стороны, есть и формируется монополия на истину, когда диктуется сверху, обязательный для всех взгляд о том, что касается событий Второй мировой войны. «В этом смысле историческая политика более ясная и объяснимая, потому что это является попытками Кремля сформировать в стране единомыслие», — сетует исследователь.
Следствием этого является рост невежества. Недавно школьницу из Москвы заставили дорисовать ногу дедушке-инвалиду, которого она изобразила на своем детском рисунке. Наверное, потому что за СССР воевали одни «саши петровы», а «инвалидов в Советском Союзе не было». Ровно это же утверждал начальник «Артека» из фильма «Временные трудности», когда увидел, что во всемирно известный детский лагерь привезли ребенка-инвалида.
Культ силы подчищает историю. «Адекватная историческая политика заключается прежде всего в том, что государство не занимается администрированием в области исторической науки. Как только государство начинает администрировать и навязывать те или иные взгляды на исторические события, то это уже не историческая политика. Это государственный диктат», — заключает Никита Петров.
Уйдя из правительства, Мединский, по сути, вернулся к тому, с чего начинал свой путь в большой политике, — защите исторической памяти.
Фото: ФедералПресс /
Видео дня. С кем Полине Гагариной приписывают романы
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео