АиФ Ставрополье 3 декабря 2019

Без оглядки говорить не стоит. Чеченский поэт — о силе слова в наши дни

Фото: АиФ Ставрополье
К десятилетию Клуба писателей Кавказа прошёл литературный конкурс «Есть родина — а значит, счастье есть». Заявки на участие поступили со всей . Два первых места заняли поэты .
Кого переводить сложнее?
Светлана Болотникова, «АиФ-СК»: Часто ли собирается Клуб писателей Кавказа?
Адам Ахматукаев: Пару раз в год. Чаще общаемся заочно, по интернету. Переводим и публикуем друг друга. Я переводил и публиковал у себя дагестанских, ингушских, балкарских поэтов. В прошлом году Союз писателей выпустил книгу «Страницы белорусской поэзии» в моём переводе. А на днях я получил экземпляр своей книги «Земля Отчизны» на белорусском языке — ответный жест коллег из .
— Белорусов труднее переводить, чем кавказских писателей?
— Мне не было трудно, потому что белорусский похож на русский, а его я со школьных лет хорошо знаю. Понятны устойчивые выражения, фразеологизмы. Думаю, сложнее белорусам и русским переводить нас, национальных поэтов, поэтому что для этого надо или знать обычаи и традиции, или тесно общаться с автором оригинала, который объяснит, что означают некоторые выражения. У меня такой опыт сотрудничества есть с  — председателем Астраханского регионального отделения Союза писателей России. Я даю ему подстрочники с пояснениями.
— Это ведь он перевёл стихи для конкурса имени Салиха Гуртуева?
— Точнее, я отправил на конкурс переведённые им стихи. Они должны были быть на русском языке и нигде ранее не опубликованными. Юрий Щербаков недавно перевёл несколько моих стихотворений, издававшихся только на чеченском, и я их отправил на конкурс. Они посвящены Родине, семейным ценностям. Перевод получился удачным. Мы обсуждали его в июне в , где были на фестивале поэзии.
Где остались «бородатые и злобные»?
— Вы много ездите по стране на писательские форумы?
— Да, последняя поездка — в , до этого был в Чебоксарах, в , в Белоруссию пять раз ездил.
— Писать при таком графике успеваете?
— Я же не всё время в разъездах. Больше всего времени отнимают переводы. Но они и обогащают писателя: появляются новые возможности опубликовать что-то за пределами республики, завязываются новые знакомства. В поездках я встречал людей, которые удивлялись нормально говорящему по-русски кавказцу. Однажды мне прямо сказали: «Вы не вписываетесь в образ бородатого, злобного чеченца». К сожалению, этот стереотип живёт на страницах некоторых произведений новых писателей — бывших российских солдат, прошедших через чеченские войны. Они всё ещё не могут освободиться от того, что видели в Чечне, и допускают негативные высказывания в адрес чеченского народа. Но надо понимать, что война закончилась и что она принесла горе, беды, потери всем.
— Эти события переосмысляются и в Чечне. У вас им посвящена книга «Опыт общей беды»…
— Она вышла в 2010 году. Можно считать, что под одной обложкой там две книги, объединённые военной темой. Я перевёл стихи московского поэта Юрия Гладкевича на чеченский, а он мои — на русский. О войне в республике выходят книги, но я не видел, чтобы в них оскорбляли русский народ.
— Сейчас за негативные высказывания о чеченцах часто публично извиняются — музыканты, блогеры. Вам бы хотелось слышать такие извинения?
— Мне бы не хотелось, чтобы люди негативно высказывались о любом народе. Меня бы совесть замучила, если бы я себе такое позволил. Раз человек извиняется, значит, он понял, что совершил что-то нехорошее. Но лучше бы он сначала думал, а потом делал. На этот счёт есть множество поговорок и в русском, и в чеченском языке. У нас говорят так: «Не делай шагу, не посмотрев вперёд, не скажи слово, не оглянувшись назад». То есть надо подумать сначала, как твоё слово отзовётся.
Сейчас много негатива льётся на всех и каждого, а переводчики стараются сблизить народы: встречаются, издают друг друга, знакомят своих читателей с произведениями другой национальной литературы. Устанавливаются творческие и человеческие контакты.
— Сейчас ведь немногие интересуются литературой, и она не играет такой роли, как в 60-70-е годы прошлого века.
— Совершенно верно. В советское время писатель был в кругу лиц, которые вершили политику. Он был посредником между властью и народом. К нему прислушивались, с ним советовались. Теперь мы сами по себе, хотя в Татарстане, Чувашии, КБР, Чечне власти нас поддерживают. На минувшей неделе в Грозном мы отмечали 90-летие Союза писателей Чечни, и нас поздравляли представители всех уровней власти республики.
— А цензура есть со стороны власти? Спрашиваю, потому что недавно в вашем минкультуры отчитывали самодеятельных артистов, которые выкладывают видеоролики, дающие, как некоторые посчитали, неправильное представление о чеченцах.
— В печати я с цензурой не сталкивался. А фильтровать творчество, я считаю, должен сам автор и редактор, ведь иноязычный читатель будет судить о нашем народе по текстам, которые мы пишем. Если я называюсь чеченским писателем, то в моих произведениях что-то чеченское должно быть.
На каком языке читать Чуковского?
— Сейчас одни говорят, что в национальных республиках идёт русификация, другие — наоборот, что русский всё хуже знают. А вы как считаете?
— С русским языком у нас проблемы нет. На русском наши авторы пишут без ошибок, стилистически правильно строят предложения. Гораздо меньше авторов, которые хорошо пишут на родных языках. Я слышу это на каждом форуме по всей России. Двух часов на изучение родного языка в школе недостаточно. В Чечне нам удаётся сохранять язык, потому что мы говорим на нём дома и на улице. Но закон о добровольном изучении родного языка вызывает у нас озабоченность. Национальную идентичность не сохранишь, отняв язык. Язык — это паспорт народа. А у нас уже с детского сада говорят на русском. Знаю, потому что внучка у меня ходит туда сейчас.
— Вы ей читали «Айболита» Корнея Чуковского на чеченском в собственном переводе?
— Конечно, читал.
— Она его понимает?
— Всё понимает. И стихи мои на чеченском знает. «Айболит» — это мой первый опыт в качестве переводчика. На нём и дети мои выросли. Хотя для широкого читателя я опубликовал его только в 2015 году, в Год литературы в России. У меня был большой проект на сайте информагентства «Чечня сегодня» «Дружба литератур — дружба народов», где я еженедельно выкладывал свои переводы русскоязычных писателей.
Мне нравится, как к этому вопросу подошли в Узбекистане. На государственном уровне стоит задача перевести и опубликовать на узбекском языке 100 томов мировой литературы. Выделены деньги, писатели всем обеспечены. Вот это забота о языке! В Казахстане тоже такая работа идёт.
— В Чечне мировую литературу писатели переводят только по собственной инициативе?
— В основном так. Хотя возобновился выпуск журнала «Гоч», где публикуют только переводы с других языков на чеченский.
— Откуда у вас такая любовь к родному языку и литературе?
— Я последний ребёнок в семье. Матери было далеко за 40, когда я появился. Отец был на 7 лет старше неё. У нас дома по вечерам собирались его ровесники и старики, вспоминали былое. Сейчас подобное только в фольклоре можно услышать. В доме часто звучали по радио народные песни. Эстрада была нововведением и не всеми принималась.
— Потом вы учились в Ставрополе, причём не на филфаке, а на физмате…
— Я поступил туда из принципа: доказать, что я хорошо знаю математику. Работал учителем физики, математики, информатики. Попутно писал в газеты, журналы. Потом меня пригласили в чеченскоязычную республиканскую газету «Даймохк» («Отечество»), а затем в журнал «Орга» («Аргун»).
— Сохранили связи с сокурсниками?
— Да, мы дважды собирались всем курсом. В Ватсапе есть общая группа, где общаемся. У нас тёплые отношения. К сожалению, не успел пригласить их на творческую встречу, которая прошла в прошлом году в Лермонтовской библиотеке Ставрополя. Думал, там будут только ставропольские писатели, а пришли и читатели. К сожалению, в наше время их не так много. Из читающей нации мы превратились в людей, поглощающих информацию преимущественно из социальных сетей.
— Может быть, там и публиковать стихи?
— Там много стихов. Но чаще всего низкопробные. Многие не видят разницы между рифмованными строками и поэзией. Это наша беда.
Комментарии
Другое , Корней Чуковский , Юрий Щербаков , Минкультуры , Казань , Махачкала , Республика Татарстан , Чебоксары , Чеченская Республика
Читайте также
«Больше не могу»: Фомин разорвал контракт с Фадеевым
2
Священника обвинили в пиаре на смерти Задорнова
1
Последние новости
На юге Ставрополья к сбору мусора подключат искусственный интеллект
В Железноводске даже Новый год встретят «по-железному»
В Железноводске приступили к реставрации Дворца эмира Бухарского