Ещё

Сергей Чобан: Всем людям нравится город XIX века 

Современные люди хотят, чтобы города выглядели, как в XIX веке, но с современным уровнем комфорта, зачастую превосходящим реальные человеческие потребности. Почему это невозможно, как наши желания влияют на заботу об окружающей среде и превратятся ли исторические центры мегаполисов в лес из небоскребов, рассказал в интервью РИА Недвижимость руководитель архитектурного бюро SPEECH .
— В своих последних выступлениях вы делали акцент на бережном отношении к окружающей среде и на его противоречии с растущими требованиями к комфорту. Какие из наших требований к комфорту наименее дружелюбны к окружающей среде?
— Вот простейший пример. Сейчас мы находимся в холле отеля, и это помещение гигантского размера. Его нужно отапливать или охлаждать в зависимости от сезона, поддерживать комфортный климат. Оно имеет огромное количество стекла, которое очень трудоемко в эксплуатации: пачкается, на нем скапливается снег, причем данные проблемы необходимо постоянно решать. Это и есть прямое воплощение моего посыла.
Если мы все время будем желать чего-то большего, более помпезного, более выразительного и масштабного, это неизбежно будет связано с потерями энергии, которые необходимы на удовлетворение данных требований. Мне кажется, что заметную часть человечества сейчас оставило чувство обоснованности и соразмерности затрат на комфорт, в то время как другая — очень большая — часть населения планеты, напротив, испытывает серьезные трудности.
Увы, разрыв между богатыми и бедными по-прежнему очень велик. Но при этом, если сравнивать с прошлыми веками, количество людей, которые не могут себя представить вне очень высокой степени комфорта, все больше и больше. У нас есть стекла, которые могут высветляться и затемняться вместо нормальной массивной стены, например. Или светильники с огромным количеством световых сценариев вместо одной простой лампы. Можно, конечно, сказать, что я отстал от жизни, но ведь, объективно говоря, на все это тратится огромное количество энергии, которая требует все больше ресурсов, что, в свою очередь, неизбежно отражается на окружающей нас среде.
— Складывается впечатление, что сейчас население больших городов, прежде всего и , очень враждебно относится к любому новому строительству. Что это за тренд и почему он возник?
— Это действительно феномен, который я наблюдаю уже достаточно давно. Сложилась очень интересная ситуация, когда все виды искусства, будь то живопись, кино или музыка, претерпели в течение XX века кардинальные изменения. Современное искусство — это нечто в корне отличное от того, что делалось в XIX веке, и с этим все смирились. Никто сегодня не станет утверждать, что  — это художник заведомо худший, чем Энгр (Герхард Рихтер — современный немецкий художник, стоял у истоков зарождения направления капиталистического реализма. Жан Огюст Доминик Энгр — французский художник, живописец и график, общепризнанный лидер европейского академизма XIX века — ред.). Это просто художник, работающий в другое время и выражающий другую форму гармонии.
Архитектура развивается примерно так же, как и другие виды искусства, и она тоже кардинально обновила свои выразительные средства за последние 100 лет. Однако, к сожалению, люди, не имеющие отношения к архитектуре, умудрились этого не заметить. Они по-прежнему находятся в парадигме классического европейского города и предпочитают типичную для европейского города гармонию — сравнительно малоэтажную застройку исторического центра, которая прерывается отдельными высотными доминантами, имеющими совершенно определенные формы: либо купол, либо шпиль.
— А почему же мы не строим такие города?
— Если такой город построить сегодня, то есть повторить, скопировать, уверен, что ни одного голоса «против» не будет. Правда, есть одно важное «но»: с точки зрения и сегодняшней экономики, и сегодняшних представлений о комфорте такой город чрезвычайно неразумен. Комфортабельность отдельных элементов жилья в таком городе, может, и присутствует, но для очень малого количества населения. Плотность подобных городов меньше и позволяет разместить меньше жителей в пределах комфортной доступности по отношению друг к другу.
Так что есть много причин, кроме эстетических, которые привели к появлению других городов. Люди не хотят сегодня долго ходить пешком, они привыкли быстро добираться из одной точки города в другую, размеры офисов компаний сейчас в разы больше, чем это было в предыдущие века, производство больше не может находиться в центре города, заметно повысились требования к уровню шумозащиты и так далее.
Но все это наши любители классических городов как-то пропустили мимо ушей. Получается, они хотят того комфорта, который принят сегодня, а вот города хотят такие, как вчера. И этот парадокс действительно присутствует, приводя к неоднозначным последствиям. Прежде всего, к жесточайшей охране памятников, которая сама по себе хороша, но в