Ещё
Почему разбился Ми-28
Почему разбился Ми-28
Происшествия
Украина определилась с ролью России в убийстве Шеремета
Украина определилась с ролью России в убийстве Шеремета
Происшествия
Стало известно о "шокирующих" материалах по делу Шеремета
Стало известно о "шокирующих" материалах по делу Шеремета
Происшествия
Раскрыты детали борьбы с пожаром на «Адмирале Кузнецове»
Раскрыты детали борьбы с пожаром на «Адмирале Кузнецове»
Армия

Закон убийц — Если Ингушетию не отучить от кровной мести, Кавказ утонет в крови 

Закон убийц — Если Ингушетию не отучить от кровной мести, Кавказ утонет в крови
Фото: Версия
Предшественнику застреленного в  Ибрагима Эльджаркиева на посту главы центра по борьбе с экстремизмом , , три года назад тоже объявили вендетту. Полицейские из подведомственного Хамхоеву центра «Э» задержали подозреваемого в ограблении банка. Во время допроса этот самый подозреваемый, , скончался. От инфаркта. Но его родственники решили, что Далиева перед смертью пытали. Банк скорее всего действительно ограбил Далиев — пропали 12 млн руб­лей. Причём грабителю отдала их, чуть ли не собственноручно, его же супруга Марьям, работавшая в том банке кассиром. Далиев всё продумал до мелочей, и когда его внезапно схватили за руку, изумился настолько, что сердце не выдержало. Но крайним в этой истории почему-то стал именно глава центра «Э» Хамхоев. Говорят, что бывший глава республики , опасаясь то ли пятна на мундире, то ли громкой расправы (а кровную месть объявили сразу нескольким высокопоставленным полицейским), распорядился «показательно» наказать Хамхоева. Фактически выставив его козлом отпущения. В итоге полицейского осудили к семи годам по обвинению в вымогательстве и пытках, несмотря на то что доказательства, представленные суду, были, мягко говоря, не слишком-то убедительными. Хотя было бы, наверное, логично заодно отдать под суд и тех, кто объявил полицейским кровную месть, подстрекая тем самым к физической расправе над ними. Разве из УК  изъяли статью за подстрекательство к преступлению?! Тем не менее старейшинам тейпа Баркенхой, объявившим о кровной мести, всё сошло с рук. А что ещё так провоцирует преступления, как не безнаказанность?!
Вендетта с привкусом сепаратизма
Как-то так, вроде бы само собой, получилось, что на Северном Кавказе действуют два закона одновременно. Один — федеральный, другой — неписаный. «Закон предков». С кровной местью и шариатскими представлениями о добре и зле. И есть ощущение, что местным властям как-то даже и не с руки наводить порядок. Но если в других республиках поборников неписаных законов удаётся замести под ковёр хотя бы для видимости, то в Ингушетии, похоже, установлен примат неписаных законов над писаными. Иначе как объяснить местную практику последних десятилетий?
Юнус-Бек Евкуров, отдавая под суд полицейского Тимура Хамхоева, вероятнее всего, не желал повторить судьбу своего предшественника на посту главы республики . А там ведь тоже была история с кровной местью, в результате которой Зязикову из главы республики пришлось переквалифицироваться в советники по вопросам казачества. Напомним суть дела. 31 августа 2008 года в аэропорту Сунжи от огнестрельного ранения в голову — якобы при задержании сотрудниками правоохранительных органов — был смертельно ранен местный «правозащитник» . «Правозащитник» в кавычках — потому что правозащитной деятельностью покойный больше прикрывался, нежели занимался. А занимался он, в общем-то, тем, что принято называть ёмким термином «сепаратизм». И не случайно сразу после его гибели ингушские «оппозиционеры» объявили, что «если федеральные власти не примут решительных мер по раскрытию убийства и наказанию виновных», они обратятся «к мировой общественности» с требованием «отсоединить Ингушетию от России». А журнал «Русский Newsweek» в этой связи написал по горячим следам: «Для Зязикова дело оппозиционера Евлоева становится такой же роковой точкой, какой для украинского президента Кучмы в своё время стала смерть журналиста Гонгадзе». Речь, как вы понимаете, шла о смене власти в республике, и ни о чём более. Зязикову тогда тоже объявили вендетту. И всего через два месяца его перевели в Москву — от греха подальше. Кстати, «оппозиционный» сайт «Ингушетия», которым владел Евлоев, в июне 2008 года был признан Кунцевским райсудом Москвы экстремистским и разжигающим межнациональную рознь.
Но это не вся история. Был такой «правозащитник» , советский диссидент, возглавлявший центр «Панорама». После гибели Евлоева он объявил, что инцидент может стать поводом для серьёзных волнений в Ингушетии. Спекуляция? Никаких сомнений. Провокация? Очень может быть. Волнения и правда начались. Но не только волнения — последовала череда убийств. Вендетта! Спустя менее чем две недели после гибели Евлоева в  убили двоюродного брата Мурата Зязикова, главу автотранспортного хозяйства республики . А два года спустя «кровники» застрелили милиционера , от пули которого скончался Магомед Евлоев. Однофамильцы! Что примечательно — отец убитого «правозащитника» Яхья Евлоев, хотя и отрицал свою причастность к происшедшему, не сомневался, что это была кровная месть. Ибрагима Евлоева, к слову, накануне судили — дали два года колонии-поселения за убийство по неосторожности. Но этот, законный, приговор, как видно, оказался неокончательным. Вместе с Ибрагимом Евлоевым погиб отдыхавший с ним за одним столиком в кафе «Восточная сказка» Албогачиев. Кровная месть — дело такое, часто гибнут случайные люди. Как бы за компанию. И это, похоже, никого не смущает — так, издержки.
Убийство с салютом и фейерверком
Вместе с главой центра «Э» Ибрагимом Эльджаркиевым погиб его брат Ахмед. Довольно известный в Москве врач-нейрохирург. С ними был ещё третий, бизнесмен Гурсман Сапралиев, но его убивать не стали. Вот и гадай: а случайно ли убили Ахмеда, как утверждают правоохранители? Кровная месть по-ингушски — самая лютая на Кавказе. Другим достаточно убить одного кровника — старшего из мужчин рода. И только в Ингушетии местные нравы предписывают истребить всех мужчин рода. А случается, что гибнут и женщины — так, кстати, было и в досоветскую эпоху. А ещё месть не принято праздновать. Но не в Ингушетии. В ингушском селе Экажево в день похорон брать­ев Эльджаркиевых гремели салюты. Сообщают, что шумными гуляньями даже заинтересовались правоохранители — «началась масштабная проверка». «Если раньше речь шла только про кланы Картоевых и Белхороевых, — сообщили журналисты, — то теперь проверяют вообще всех, кто отмечал смерть». Проверки подтверждает глава Экажево Микаил Евлоев: «Всех в селе проверяют, и меня будут. Всех, кто праздновал в эту ночь фейерверками». Если это не дикость, то что это тогда?! Так папуасы плясали над освежёванным трупом соплеменника, закланного на съедение. Это, кстати, Россия, напомним, XXI век на дворе.
В общем, такая в Ингушетии, как видно, сложилась традиция — каждому последующему главе центра «Э» объявляют кровную месть. Каждому последующему главе полицейского управления, по роду службы искореняющему в республике экстремизм! Кто же так радовался гибели Эльджаркиевых, что запускал фейерверки, что это за «кланы Картоевых и Белхороевых»?
В прошлом году, под самые новогодние праздники, в Ингушетии погиб Ибрагим Белхороев. «Общественный деятель», один из тех, кто устраивал «Магас-майдан» Юнус-Беку Евкурову. Собственно, нерешительного Евкурова и «отправили на повышение» в Москву из-за этого «майдана» длиной в несколько месяцев. Покойный между тем оказался правнуком суфийского шейха Батал-хаджи Белхороева, создателя религиозного братства — вирда, во многом напоминающего тоталитарную организацию. И в его гибели местные «майданщики» обвинили главного в республике борца с экстремизмом. Вендетта не заставила себя долго ждать — уже в январе 2019-го произошло первое покушение на Эльджаркиева. Неизвестные обстреляли его автомобиль. Полицейский не пострадал, а на исполнителей указали сразу же. «Предыдущее покушение в январе связывали именно с его конфликтом с белхороевцами», — сообщил адвокат правозащитной организации «Зона права» . Почти год Эльджаркиева возили на броневике и охраняли так, как, наверное, не охраняли главу республики. Но не уберегли. Скорее всего убийцы догадывались, что дома расправиться с высокопоставленным полицейским им, наверное, не удастся, и готовились отомстить где-нибудь «на выезде».
Получается, что за Белхороева отомстить должны были Юнус-Беку Евкурову. По словам главного редактора интернет-издания «Кавказский узел» Григория Шведова, у белхороевцев были натянутые отношения не столько с центром «Э» и его начальником, сколько в целом с администрацией Юнус-Бека Евкурова. «Об этом стали говорить, когда зашла речь о пересмотре границы с Чечнёй, — отметил Шведов. — Стало понятно, что в Ингушетии есть группы, которым более близки чеченские взгляды. Конкретно белхороевцев обвиняли в том, что среди них много людей, поддерживающих отношения с  и его окружением». Ничего себе поворот! Но отомстить Евкурову, видимо, не представлялось возможным — всё-таки замминистра МВД! Оставался Эльджаркиев.
Кровная месть — инструмент в политических играх
Массовые протесты в Ингушетии, связанные с приграничным конфликтом с Чечнёй, начались прошлой осенью, после подписания чечено-ингушского соглашения о закреплении границы. Документ ратифицировали депутаты Народного собрания Ингушетии, и в октябре начался «бессрочный протест», одним из лидеров которого был покойный Белхороев. Впрочем, Белхороев мутил воду в республике и до этого. Вот, например, что писала о нём «Наша Версия» на Кавказе» в марте 2017-го, задолго до «Магас-майдана». «Двоюродный брат Рамзана Кадырова депутат мог организовать нападение на журналистов и правозащитников в Ингушетии 9 марта 2016-го. На границе Чечни и Ингушетии на журналистов напали люди в масках: окружили автобус, стали бить стёкла. Избили пассажиров, отобрали мобильные телефоны, сожгли машину. Исполнителями нападения стали приспешники религиозного деятеля Ибрагима Белхороева, семья которого дружна с руководством Чечни».
Тут ведь как могло получиться: заметного, чтобы не сказать скандалёзного, деятеля вполне могли убить ради продолжения «Магас-майдана». Ближе к новому году протесты стали захлёбываться, и не помогали даже «заброски» протестующих из соседних рес­публик (чем, к слову, занимались некоторые приспешники Белхороева, возможно, выполняя его распоряжения). А тут такой повод! В апреле «Наша Версия» опубликовала статью «Магас-майдан» — Ингушетия повторяет Чечню начала 90-х», в которой отмечалось, что «у митингующих появился новый враг — „федералы“, хотя изначально конфликт был локальным. А ещё мы писали, что устроили „майдан“ радикальные муфтии, в том числе и белхороевцы. И цель их — не столько обезглавить республику (что, по сути, им в результате и удалось, ибо Евкуров досрочно отъехал в Москву), сколько разжечь конфликт на федеральном уровне и „отстегнуть“ республику — по сценарию, который „не прокатил“ в 2008-м, после убийства Евлоева. Так что кровная месть — это такой инструмент в ингушских политических играх. Не скальпель хирурга, но топор палача. Рубанул — и порядок!
Процитируем сами себя ещё раз. Вот что мы написали полгода назад: „Можно даже не сомневаться, что старейшины вернутся в Магас (после 10-суточного ареста. — Ред.) униженные и обозлённые вкрай. Глава республики им, конечно, отомстил как сумел, но это явно не конец сюжета. А уж за обиженными старейшинами и главами тейпов не заржавеет. Всё это уже было в Чечне в 90-е. Смотрите, кого в итоге настроил против себя Евкуров. Совет тейпов — раз. (Тейпы — это семейные кланы, чтобы вы понимали.) Старейшин — два. Под арестом оказался то ли десяток старейшин, то ли больше. Муфтиев — три. Духовный центр мусульман Ингушетии уже отметился на стороне протестующих, хотя до последнего держал нейтралитет. То, что в протестах живейшее участие принимают оппозиционеры из Ингушского комитета национального единства, — это уже так, семечки. Но в итоге сила собралась несметная. Против такой силы не попрёшь. Очень не хотелось бы накаркать, но оснований для оптимизма — никаких совершенно“. Как мы и напророчили, утихомирить протесты Евкуров не смог. Летом он отбыл на новое место работы, а в начале сентября в Ингушетии появился новый глава республики — Махмуд-Али Калиматов. Протестующие с „Магас-майдана“ ожидали, что вместо Евкурова Москва им пришлёт компромиссную фигуру, которая устраивала бы и муфтиев, и старейшин, и кланы. Но вышло не совсем так. Калиматов — из Самары. В Ингушетии он три года — с 2004-го по 2007-й — отработал генпрокурором, после чего снова вернулся в Самару, от греха подальше. Местные порядки с обычаями он, конечно же, знает, вот только едва ли у него получится их игнорировать, как получилось в Дагестане у .
Клонируйте ингушам Васильева!
Поговаривают, что Васильева могут откомандировать в Ингушетию наводить порядок — по дагестанским лекалам. Этим летом дагестанские элиты, у которых уже год, как подгорает в связи с непрекращающимися посадками высокопоставленных взяточников, решили устроить Васильеву свой „Магас-майдан“, воспользовавшись мутной историей с „расстрелом“ братьев Гасангусейновых — то ли пастухов, то ли боевиков. Дагестанские „правозащитники“, подобные Белхороеву, устроили целую истерику, требуя допросить Васильева по делу об убийстве Гасангусейновых. Хотя всем было понятно, что не в „пастушках“ дело — просто Василь­ев уж слишком болезненно сжал местным элитам их, образно выражаясь, тестикулы. С дагестанским майданом в итоге не задалось, но уж кто-кто, а Васильев точно смог бы разобраться и с ингушским майданом, и с их кровной местью заодно. Остаётся пожалеть, что, похоже, в нашей стране нет второго такого Васильева — для Ингушетии. Справедливости ради следует признать, что в Москве на „Магас-майдан“ все-таки отреагировали. потребовал упразднить Совет тейпов Ингушетии — за призывы к депутатам не исполнять законы республики. Летом в отношении ингушских майданщиков завели больше 200 административных дел, а из 26 обвиняемых 22 угодили в . Расследовать действия майданщиков привлекли полсотни следователей со всей страны. Завели уголовные дела за призывы к массовым беспорядкам, провели обыски у лидеров „общественного движения“ „Опора Ингушетии“, руководства Совета тейпов, Совета молодёжных организаций, а также у муфтия республики Иссы Хамхоева. При этом в Магасе от резких движений, как всегда, предпочли воздержаться. Пусть-де порядок наводит федеральный центр — если сможет. А нам самим — несподручно.
Теперь касательно перспектив замирения Ингушетии при новом начальстве. Как видим, замирения не происходит. Хуже того, местные силовики, борющиеся с экстремистскими проявлениями, оказались один на один с экстремистами при невнятной позиции руководства республики — и нашим и вашим, лишь бы только чего не вышло. Похожей линии придерживался и Евкуров. Можно даже не сомневаться: кто бы теперь ни возглавил ингушский центр „Э“, кровную месть рано или поздно объявят и ему. По подозрению в соучастии в убийстве братьев Эльджаркиевых в розыск объявлен Курейша Картоев, 1973 года рождения, который 5 ноября выехал из Москвы на рейсовом автобусе до Хасавюрта. Клан Картоевых надысь полночи пускал фейерверки в селе Экажево — вместе с Белхороевыми. Может, и совпадение. А может, и нет. Только дело-то не в исполнителях. Пишут, что якобы брат Ибрагима Белхороева Ахмед после убийства Эльджаркиевых получил на свой мобильный номер десятки одобрительных сообщений. И даже на них ответил.
КСТАТИ
На прошлой неделе, выступая перед членами своего правительства, глава Чечни Рамзан Кадыров пофантазировал вслух: „Тех, кто нарушает согласие между людьми, занимается сплетнями, если мы не остановим их, убивая, сажая, пугая, ничего не получится“. Есть опасение, что эти слова могут расценить не иначе как руководство к действию — как призыв к физическим расправам. То, что слова Кадырова перевели на русский корректно, подтвердили два толмача-профессионала. Это, конечно, не кровная месть, но час от часу не легче. Любопытно, кому Кадыров намерен поручить „остановить“ сплетников, „сажая и убивая“. Силовикам? А они как, не против?
Видео дня. Жительницу Екатеринбурга заочно похоронили