Ещё
Назначенный Путиным губернатор отказался от работы
Назначенный Путиным губернатор отказался от работы
Политика
Армию США научили уважать Россию
Армию США научили уважать Россию
Армия
"Скабееву ждут крупные неприятности"
"Скабееву ждут крупные неприятности"
Общество
США разрабатывают ракету-"убийцу" C-400
США разрабатывают ракету-"убийцу" C-400
Армия

Лизан: «Политическому мигранту часто кажется, что он недостаточно патриотичен» 

Лизан: «Политическому мигранту часто кажется, что он недостаточно патриотичен»
Фото: Украина.ру
О феномене Сивохо и Бабченко.
Политические мигранты — это весьма специфическая категория граждан, обладающая своим набором проблем, которые ими — политическими — часто даже не осознаются. И не осознают эти проблемы как мигранты на , так и мигранты с Украины.
Во-первых, политические мигранты отличаются высокой степенью радикализма, который они проявляют как на деле, так и на словах. Пример проявления на деле — участие в акциях протеста, боевых действиях или следование по пути коллаборационизма. На словах же такие люди становятся заложниками националистического или человеконенавистнического нарратива.
Так «донецкие», не принявшие в 2014/15 гг. провозглашение ЛДНР, зачастую оказывались в территориальных батальонах, где творили невероятные зверства. Батальон «Шахтёрск», собранный из «донецких» с «луганскими», украинской власти, предельно терпимой к неонацистам и отморозкам, пришлось расформировать. С ним вышло как в присказке: выгнали из Гестапо за зверства. Выходцы из него влились в батальон «Торнадо», который затем власть вновь расформировала, упрятав часть его бойцов за решётку, где они подняли бунт. Особенно отличился выходец из Шахтёрска — гомосексуалист, насильник, мародёр и убийца — .
Не менее рьяными в зверствах были выходцы из днепропетровской области — они внезапно оказались жителями приграничного региона, за восточной административной границей которого, как они считают, начинается ад и унтерменши.
Ещё классик исторической социологии в своей книге «Тёмная сторона демократии» описал закономерность: больше всего военных преступлений в годы Второй мировой совершили фольксдойче — этнические немцы, выросшие и сформировавшиеся как личности за пределами Рейха.
Такая же история и украинской гражданской войной, лишь с поправкой на то, что на Украине две политические нации — русская и украинская. Поэтому персонажи по типу Онищенко покидали подконтрольные ДНР территории и вливались в ряды неонацистских и карательных батальонов. Далее они шаг за шагом проходили все этапы радикализации пока не превращались в кровавых упырей, чьим смыслом жизни становилась месть за своих убитых товарищей и желание «проучить» местное население за их недостаточный патриотизм, из-за которого, как они считают, гражданская война и началась.
Во-вторых, политическому мигранту часто кажется, что он недостаточно патриотичен по сравнению со своими новыми соотечественниками в новой среде обитания. Это исключительно психологический момент, эффект которого кратно усиливается в том случае, если мигрант оказывается в среде себе подобных единомышленников. При этом ни общество, ни государство не требуют от мигранта доказывать свою патриотичность и любовь к новой стране пребывания. Общество и государство в лице чиновников живут в своей повестке.
Именно так появляются клоуны-коллаборационисты по типу Серея Сивохо и  или множество не менее радикальных представителей украинской мигрантской тусовки, которые осели в Москве. Причины их радикализации являются, как правило, внутренними, а не внешними — к Сивохо не приставлен комиссар с наганом, проверяющий правильность образа его мыслей. Нет, Сивохо/Бабченко всё сделали сами, чтобы быть «своим» среди украинской власти и текущей украинской власти. Это дало ему возможность получать деньги на хлеб с маслом, но лишило его совести.
И подобные превращения прошли многие, кто уехал в Москву, — такие персонажи ненавидят своих бывших соотечественников, оставшихся на Украине, считая их слабаками и предателями, которые не так восстали. Прошли их и белорусские публицисты, которые покинули РБ, а затем осели в ряде редакций российских СМИ.
Кстати, подобные превращения прошли «ж*добандеровцы» или евреи за неонацистов. Они, как и Сивохо, всячески старались понравиться сильному, т.е. националистической власти. Но националисты никогда не примут их в качестве «своих», поэтому рвение данной категории граждан поистине бесконечно. Именно так было с немецкими евреями, — мишлинги — которые в итоге оказались в концлагерях.
Можно ли изменить людей по типу Сивохо? Пожалуй, нет. Они сделали свой выбор и прошли путь расчеловечивания до конца.
Болезнь политэмигранта легче предотвратить. Во-первых, нужно понять, что ни общество, ни государство в новой стране не требуют от тебя быть патриотичнее Путина и радикальнее Лаврова. «Мысли патриотичен ли я» нужно гнать из головы. Во-вторых, необходимо как можно быстрее социализироваться и влиться в новое общество. Причём «влиться» означает не только сформировать социальные связи, но и сменить информационную повестку с, например, украинской на российскую.
Мигрант перестаёт быть мигрантом не тогда, когда он получает новый паспорт, а тот момент, когда количество и качество его социальных связей в новой стране превышает количество и качество социальных связей в старой стране.
Видео дня. Учитель года обложил матом школьника
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров