Ещё

Дело «ТоАЗа» вновь в центре внимания 

Дело «ТоАЗа» вновь в центре внимания
Фото: Свободная пресса
Сегодня Самарский областной суд начинает рассмотрение апелляции на приговор по одному из самых громких уголовных процессов в современной  — делу . Комсомольский районный суд  5 июля признал виновными в мошенничестве в составе преступной группы и заочно приговорил к длительным срокам заключения совладельцев завода Владимира и  Махлаев, бывшего гендиректора , а также их швейцарских партнеров и Беата Рупрехта. Им также придется выплатить более 87 млрд руб. ТоАЗу и его акционерам, пострадавшим в результате мошеннических действий.
В преддверии начала рассмотрения апелляции участники процесса обменялись мнениями о юридических аспектах этого сложнейшего дела. Как сообщает агентство РАПСИ, в сентябре адвокаты осужденных организовали в помещении круглый стол, в котором приняли участие управляющий партнер юридической консалтинговой компании «Шиткина и партнеры» , заведующий кафедрой предпринимательского права юридического факультета , профессор кафедры гражданского права и процесса в  и партнер адвокатского бюро «Падва и партнёры» и адвокат Сергея Махлая . Участники мероприятия ожидаемо раскритиковали приговор.
По мнению адвоката Александра Низова, представляющего признанного потерпевшим по делу АО «, приглашенные защитниками осужденных правоведы попросту не имели ни времени, ни возможности ознакомиться с материалами дела, насчитывающими более 500 томов. От того их высказывания изобилуют чересчур эмоциональными и расплывчатыми формулировками, пространными теоретическими рассуждениями, а также искаженными толкованиями норм корпоративного, уголовного и гражданского права. Подчас участники круглого стола попросту срывались на пренебрежительный тон в адрес правоохранительных и судебных органов, в действительности проделавших огромную работу — расследование дела шло более пяти лет, а судебное следствие — полтора года, рассказал Низов.
Например, Ирина Шиткина в ходе круглого стола заявила, что приговор нарушает концептуальные основы российского корпоративного права, так как наличие акционерного контроля в нем доказывается ссылками на электронную переписку и даже данные «американской разведки», а одинаковое голосование акционеров в нем трактуется судом как «согласованная деятельность», на основании которых акционеров можно признать «группой лиц».
На это Александр Низов заметил, что взаимозависимость и аффилированность между ТоАЗом и трейдером Nitrochem Distribution AG была доказана многочисленными свидетельскими показаниями и документами, лишь часть из которых — электронная переписка. Причем само использование переписки в качестве доказательства в суде абсолютно нормально, если она получена с соблюдением всех процессуальных норм. «Американской разведкой» Шиткина посчитала Службу внутренних доходов (американский аналог ), к которой совершенно официально обратились с запросом российские власти. Полученная от ведомства информация подтвердила факт нерыночного ценообразования в сделках между ТоАЗом и Nitrochem: по данным Службы, Nitrochem продавала тольяттинский аммиак на 20-38% дороже, чем покупала. По словам Низова, для химической отрасли, где маржа колеблется от 0,5 до 5,5%, это очевидная аномалия, являющаяся признаком намеренного уклонения от налогов. Заподозрить американских налоговиков в сговоре с целью рейдерского захвата ТоАЗа, о котором неустанно твердят представители осужденных, довольно сложно.
Что касается одинакового голосования, то оно, считает Низов, никак не могло быть простым совпадением: нужная позиция организованно направлялась голосующим, что подтверждено многочисленными свидетельскими показаниями и перепиской. Это, а также существование 20-летнего соглашения между ТоАЗом и Nitrochem, признанного судом кабальным, говорит о сговоре мажоритарных акционеров, контролировавших все производственные, коммерческие и финансовые вопросы. Согласно обвинительному приговору суда, своими действиями подсудимые нанесли убытки как миноритарным акционерам, «Уралхиму» в том числе, так и самому «Тольяттиазоту». Александр Низов напоминает, что у акционера — «Уралхима» — есть право на гражданский иск в соответствии с законами об акционерных обществах (АО) и с Гражданским кодексом (ГК), по которому убытками являются как реальный ущерб, так и упущенная выгода. Имущества АО находится в общей собственности акционеров, и это одна из основ корпоративного права, на нарушение которых сетовала Шиткина. При этом, как считает Низов, деятельность Махлаев и Циви не имела ничего общего с интересами предприятия или его акционеров, а преследовала цели личного обогащения. Именно поэтому осужденные тщательно скрывали факт аффилированности между ТоАЗом и Nitrochem за цепочками подставных офшорных фирм.
Еще один участник круглого стола, зав. кафедрой предпринимательского права юрфака МГУ Евгений Губин, критиковал ситуацию, в которой существующая сегодня система не позволяет разграничить и признать то, что в ряде случаев сложные гражданские иски не могут быть рассмотрены в рамках одного процесса.
Александр Низов парирует, что существующие нормы позволяют наиболее полно защищать права потерпевших, так как допускает обращение с иском о возмещении причиненного преступлением ущерба непосредственно в рамках рассматриваемого уголовного дела. Кроме того, это снимает с суда лишний труд по дополнительному описанию всей доказательной базы в рамках отдельного гражданского иска.
Наконец, адвокат Сергея Махлая Александр Гофштейн в своем выступлении указывал на якобы возникшую необходимость защищать собственников от их же собственности — вернее, «от обвинений в том, что они украли фактически принадлежащую им собственность».
И вновь Низов напомнил коллегам, что ТоАЗ — не единоличная собственность Махлаев и Циви, а акционерное общество, и у независимых акционеров также есть свои права и интересы. И распоряжение мажоритарных акционеров всем имуществом предприятия исключительно в собственных интересах нарушает права миноритариев. Суд установил, что мажоритарные акционеры занимались хищением продукции путем ее изъятия у завода и передачи фирме Nitrochem на условиях, выгодных только им самим. Низов подчеркивает важнейший для понимания дела момент: размер ущерба определяется не суммой, поступившей на счета ТоАЗа, а фактической стоимостью похищенной продукции, которая была установлена следствием по результатам экономико-правовой экспертизы. Денежные средства, поступавшие от Nitrochem в качестве оплаты, аккумулировались на счетах в , полностью принадлежащем осужденному Сергею Махлаю. Дальше осужденные распоряжались деньгами по своему усмотрению: выплачивали сами себе вознаграждения за работу в совете директоров, обеспечивали содержание в Лондоне экс-гендиректора Королева, официально находящегося в служебной командировке, выдавали кредиты ТоАЗу его же деньгами и так далее. Все это делалось в личных интересах подсудимых и не имело ничего общего с интересами ТоАЗа или его акционеров.
Также Низов считает ошибочной оценку ТоАЗом характера формирования экспортных цен как контрактного. В контрактах было указано лишь примерное количество товара, а даты, объемы и цены фактических поставок устанавливались в ежемесячных дополнительных соглашениях. По методике Argus Media и Международной ассоциации производителей удобрений (IFA), принятой в отрасли, это цены как раз не контрактные, а спотовые. На это же указывает и оплата Nitrochem Distribution AG продукции посредством аккредитивов. Соответственно и эксперты по делу, проводившие экономико-правовую экспертизу, брали за основу именно спотовые цены, и суд признал отсутствие оснований для применения скидок на объем партии, пояснил Низов.
Ошибочной называет Низов оценку «Тольяттиазотом» характера формирования экспортных цен как контрактного. Дело в том, что в контрактах было указано лишь примерное количество товара, а «даты поставок, объёмы партий и цены на продукцию устанавливались в ежемесячных дополнительных соглашениях», по условиям контрактов цена на аммиак и карбамид по мере необходимости корректировалась, а общая сумма контракта определялась только на момент завершения отгрузок. По методике Argus Media и Международной ассоциации производителей удобрений (IFA), принятой в отрасли, это цены как раз не контрактные, а спотовые. На это же указывает и оплата Nitrochem Distribution AG продукции посредством аккредитивов. Соответственно и эксперты по делу, проводившие экономико-правовую экспертизу, брали за основу именно спотовые цены, и суд признал отсутствие оснований для применения скидок на объём партии, пояснил Низов.
РАПСИ цитирует мнение адвоката Константина Гандерова, который высказал мнение о несоответствии заявленной цели «круглого стола» по теме судебного спора, находящегося в активной фазе рассмотрения, и подлинных намерений организаторов этого мероприятия. По его мнению, участие ученых в таких мероприятиях не профессионально и не этично, так как озвучиваемые на нем мнения могут восприниматься как попытки давления на суд. Одно дело — теоретические абстракции, но совсем другое — конкретное, еще не завершенное дело, по которому поверхностно вникнувшие в дело специалисты дают рискованные толкования. Истинной целью столь нетипичного мероприятия Гандеров посчитал желание одной из сторон конфликта добиться нужного решения любой ценой, в том числе за счет репутации уважаемых правоведов.
Бизнес в России: Смерть за алмазы или за начальников?
Новости гражданской авиации: значительно поднимет цену на рейсы
Видео дня. В Сети высмеяли движение «Свободу соскам»
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео