Ещё

«Хельсинки-2» не работают, Беларусь должна больше ориентироваться на Запад, чем на Россию» — эксперт Stratfor 

«Хельсинки-2» не работают, Беларусь должна больше ориентироваться на Запад, чем на Россию» — эксперт Stratfor
Фото: Евразия Эксперт
7-8 октября в  проходит второй экспертный форум «Минского диалога». Накануне форума в медиа и экспертных кругах было много спекуляций: кто-то называл форум инструментом «нейтрального позиционирования» , кто-то утверждал, что он призван то ли наладить диалог между и Западом, то ли посеять недоверие между Беларусью и Россией. Редакция «Евразия. Эксперт» посчитала, что лучший способ составить свое мнение — побеседовать с самими участниками форума, что и сделал наш корреспондент. Публикуем цикл интервью и предоставляем читателям возможность самим сделать выводы. В настоящем интервью своим взглядом на Беларусь делится Евгений Чаусовский, старший аналитик по Евразии ().
— Каковы основные цели американской внешней политики по отношению к Беларуси?
— Я думаю, главным образом одна из американских целей — обеспечить уверенность в том, что Беларусь собирается в дальнейшем находиться в тесном сотрудничестве с Западом. США отлично понимают, что Беларусь на сегодняшний день пребывает в активном партнерстве с Россией во многих сферах: начиная от экономической, заканчивая военной. Но самое большее, что США могут сделать — это обеспечить более нейтральную позицию Беларуси, особенно в таких вопросах, как наращивание военной силы и экономическая интеграция. В этом позиция Вашингтона — убедиться, что Беларусь как можно менее интегрирована с Россией и более тесно взаимодействует с  и Соединенными Штатами.
— Официальные лица США неоднократно заявляли, что готовы поддерживать суверенитет Беларуси. Что именно США готовы сделать для поддержания суверенитета страны?
— Мне кажется, что Беларусь все-таки не главное направление работы для Соединенных Штатов, стоящее на повестке дня во внешней политике. Но в то же время мы видим визиты в Беларусь таких [официальных лиц], как экс-советник по безопасности , мы видим недавнее решение о взаимном возвращении послов Беларуси и США. Поэтому, я думаю, что они готовы на какие-то незначительные меры поддержки, а также некоторое ограниченное экономическое стимулирование в сфере торговли и инвестиций. Но я думаю, что это будет сильно ограничено такими вот скромным шагами. Сейчас у США действительно нет ни ресурсов, ни желания, чтобы по-настоящему помогать Беларуси, зная, что она является тесным партнером России, а у [Белого дома] есть и другие приоритеты в данном регионе, включая Украину.
— Готовы ли США отменить санкции против Беларуси, и на каких условиях?
— Я думаю, что США не готовы [отменять санкции], однако все эти незначительные шаги, которые предпринимаются, чтобы Беларусь становилась более открытой США и Западу, определенно могут это упростить. Но, думаю, в том, что касается санкционной политики, США гораздо менее склонны облегчать санкции, чем, например, ЕС, если не устранены политические причины, по которым эти санкции были введены.
— Ожидаете ли вы улучшения отношений между Беларусью и США в ближайшее время? Как этот процесс может развиваться?
— Мне кажется, что, как я уже упоминал, уже есть признаки некоторых тактических изменений, а вот в вопросе стратегических перспектив я склонен быть менее оптимистичным насчет значимых улучшений в отношениях, особенно с учетом недавних свидетельств того, что Беларусь еще больше интегрируется с Россией в экономической сфере, и, возможно, будут какие-то дополнительные шаги в сфере безопасности. И подобные шаги, которые Беларусь делает в сторону России, на мой взгляд, ведут ее в противоположном направлении. Но если Беларусь, как я упоминал раньше, будет делать шаги в сторону более нейтральной позиции, или будет делать некоторые шаги для большего сотрудничества с Западом, то я думаю, мы увидим движение навстречу со стороны США.
— Что является основным препятствием на пути к улучшению отношений?
— Я думаю, что, во-первых, большое препятствие — это отношения Беларуси с Россией. Очень жаль, но такова реальность, что в этом регионе идет что-то вроде игры с нулевой суммой, так что я бы назвал это, на стратегическом уровне, самым большим препятствием. Но в то же время есть внутренний политический контекст: у Беларуси меньше шансов интегрироваться с Западом из-за проблем с демократией и правами человека и т.п. Вот почему я думаю, что санкции целиком останутся на месте, по крайней мере, в какой-то форме. Да, я думаю, здесь в какой-то мере есть препятствия и на стратегическом, и на тактическом уровнях.
— Что ожидается от Лукашенко для установления реального партнерства с Западом?
— Как я уже сказал ранее, это любые шаги по либерализации политической сферы и экономики будут приветствоваться США и Евросоюзом. Но в конце концов Беларусь находится в сложном положении, поскольку она зажата между Россией и Европой, а США все еще достаточно второстепенный игрок на этом поле. Чем дольше политические условия в стране будут оставаться на том же уровне, тем дольше нам не дождаться больших и глобальных изменений в отношениях между США и Беларусью.
— На протяжении многих лет Лукашенко называли «последним диктатором Европы». Как дела обстоят сегодня? Что изменилось за последнее время?
— Да, эта фраза, действительно, многими употребляется. Я стараюсь избегать подобной терминологии, но я бы сказал, что произошли некоторые незначительные улучшения, или послабления в отношении таких вещей, как протесты: раньше вы могли видеть разгоны демонстраций, а теперь они несколько ограничены, но все же чувствуется больше открытости в отношении таких вещей. Я считаю, это всегда является хорошим сигналом. Можно сделать намного больше в этом направлении, но я думаю, что именно на такие вещи надо обращать внимание для улучшения ситуации сперва по санкциям, а затем в отношениях в целом: внутренняя политическая ситуация. Но в конце концов все сводится к внешнеполитической позиции Беларуси.
— Как вы относитесь к минской инициативе «Хельсинки-2» — заключению нового соглашения между США, Россией и Китаем о безопасности в Евразии?
— Я не очень хорошо осведомлен об этом соглашении, однако хочу сказать, что любые многосторонние соглашения оказываются довольно сложным делом. Взять, к примеру, Минские соглашения, которые не привели к прогрессу в Украине. Я думаю, что в конечном итоге сделки, которые они оформят через такие большие рамочные соглашения, будут играть роль в меньшей степени, чем личные стратегические интересы каждой из заинтересованных стран, которые часто сталкиваются, в особенности, в этом регионе. Так что, я думаю, это всегда будет ограничивающим фактором.
Беседовала Елизавета Кутюн
Липовые пенсионеры: чиновник вышел на пенсию в 28 лет
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров