В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Александр Яковенко: Лондон строит внешнюю политику на дезинформации

Посол в рассказал руководителю представительства МИА "Россия сегодня" в Лондоне о проблемах британского бизнеса, мешающих развитию отношений с РФ, и назвал условия для возвращения отношений между двумя странами на прежний уровень. По его словам, только позиция британцев заставляет Россию отвечать зеркально, сама же готова к диалогу по самым сложным вопросам.
Александр Яковенко: Лондон строит внешнюю политику на дезинформации
Фото: РИА НовостиРИА Новости
— Александр Владимирович, уже не первый год отношения России и Британии находятся на отметке около нуля. Есть ли, на ваш взгляд, перспективы выхода из этого тупика и каковы они?
— Не хотел бы углубляться в проблемные моменты, сопутствующие нашим двусторонним отношениям на протяжении ряда последних лет. Причины и инициаторы нынешнего затяжного кризиса во взаимодействии между Москвой и Лондоном хорошо известны. Вместе с тем, как вы знаете, в конце июля в руководство Великобритании пришла новая правительственная команда во главе с , которая сейчас полностью поглощена решением судьбоносной для Соединенного Королевства задачи – реализацией итогов референдума 2016 года, на котором большинство жителей страны высказались в пользу Brexit. Новые люди теперь определяют внешнеполитический курс и в Форин-офисе (британском ).
Однако вне зависимости от сложившейся политической конъюнктуры и глубоких разногласий как по двусторонней повестке дня, так и в рамках обсуждения актуальных международных проблем Россия всегда была и остается готовой к равноправному и взаимоуважительному диалогу, несмотря на то, что точки зрения Москвы и Лондона по тем или иным процессам, происходящим сегодня в мире, зачастую не совпадают. Мы открыты к сотрудничеству во всех сферах, где наше взаимодействие с Британией может быть эффективным и принести реальную пользу и гражданам обеих стран, и международному сообществу в целом.
— Улучшение двусторонних отношений – это работа дипломатов. Как мы помним, в прошлом году после известных событий Великобритания выслала 23 российских дипломата. Какие сложности для работы диппредставительства в Лондоне существуют сегодня?
— К сожалению, вынужден констатировать, что в своей повседневной работе посольство продолжает испытывать последствия антироссийского курса правительства . На данный момент новый премьер-министр Британии (Борис Джонсон) пока не принял никаких практических шагов с тем, чтобы выправить сложившуюся неудовлетворительную ситуацию.
Наиболее острой проблемой, значительно осложняющей нормальное функционирование российских загранучреждений в Британии, остается оформление виз для сотрудников, выезжающих в долгосрочную командировку. В условиях, когда с момента подачи документов до принятия решения проходит несколько месяцев, а порой и больше года, чрезвычайно затруднительно осуществлять планомерную ротацию персонала. К сожалению, подобная недружественная линия британцев вынуждает нас отвечать зеркально, как это принято в дипломатической практике. Очевидно, что такая ситуация не идет на пользу ни одной из сторон.
Если новое правительство надеется на восстановление нормального двустороннего диалога, о необходимости которого, в частности, ранее упоминал британский посол в Москве Лори Бристоу, то официальный Лондон должен сделать первый шаг и снять, наконец, введенные под надуманными предлогами односторонние ограничения, включая уже упомянутые визовые препоны. Только таким образом можно создать предпосылки для выхода на эффективное взаимодействие между нашими странами.
— Остались ли в Британии те, кто, несмотря на антироссийские медиакампании, сохранил теплое отношение к России и хочет сотрудничества с нашей страной? Продолжают ли общаться с посольством представители науки, культуры?
— Прежде всего хотел бы подчеркнуть, что на фоне отсутствия полноценного политического диалога между РФ и Британией, пожалуй, лишь культурно-гуманитарные связи продолжают развиваться в позитивном ключе. Прежде всего это продиктовано давнишними, традиционно тесными контактами в данной области. Претендуя на статус одной из мировых культурных столиц, британцы не могут себе позволить игнорировать богатую российскую культуру, поэтому заинтересованы в сотрудничестве.
С большим успехом проходит взаимодействие с музеями и галереями. Россия успешно участвует в ежегодной Лондонской книжной ярмарке. В рамках проведения перекрестного Года музыки в Лондоне недавно с успехом завершились гастроли балетной труппы Большого театра, в сентябре в России и Великобритании должны состояться гастроли совместного российско-британского оркестра Бриттена-Шостаковича, а также множество других музыкальных событий, включая фестиваль музыки Генделя в Москве. Неделя российского кино является самым популярным иностранным кинофестивалем в Лондоне, а его успех в целом стал причиной роста проката российских фильмов в Британии.
Конечно, политическая напряженность негативно сказывается на спонсорской поддержке культурных мероприятий. Тем не менее российским руководителям профильных учреждений культуры пока еще удается сохранить многолетние наработанные контакты с британцами, в чем посольство их, со своей стороны, активно поддерживает.
— Как бы вы оценили состояние экономических связей наших стран?
— Несмотря ни на что, оборот двусторонней торговли между Россией и Великобританией довольно стабильно рос в последние годы — в 2018 году он достиг 13,7 миллиарда долларов. Сейчас пока рано подводить итоги текущего года, но уже ясно, что наши двусторонние хозяйственные связи развиваются весьма динамично. Пока главным двигателем российско-британской торговли является наш экспорт, причем отнюдь не только сырьевой. Британия по-прежнему остается одним из крупнейших в Европе источников прямых иностранных инвестиций для России, накопленный объем которых составил в 2018 году порядка 24 миллиардов долларов.
И это неудивительно: РФ является привлекательным торговым и инвестиционным партнером, в том числе для британского бизнеса. Наша страна – это огромный рынок с высоким платежеспособным спросом. Через нас открывается выход и на широкое пространство и СНГ, а также далее – в Китай, Южную и Юго-Восточную Азию. Проекты на нашей территории почти в любой сфере, как правило, приносят большие нормы прибыли на вложения из-за рубежа. Да и деловой климат у нас постоянно улучшается: в индексе Doing Business мы поднялись до 31-й позиции, преодолев несколько десятков ступенек за пять лет.
— Все ли действительно так гладко в торговле с Британией? Неужели нет никаких препятствий даже на фоне общей риторики чиновников и парламентариев?
— В целом у нас хорошее взаимопонимание с британским бизнесом. Как показывают наши контакты, здесь отлично осознают, что объективным интересам Британии отвечает укрепление экономического сотрудничества с нами. Особенно сейчас, в условиях Brexit, со стороны англичан было бы крайне недальновидно отказываться от широких возможностей, открывающихся в России.
Единственное крупное препятствие – а это в разговорах с нами постоянно подчеркивают местные деловые круги – экономически нерациональная позиция официального Лондона. Ведь произошедшая по его вине заморозка политического диалога осложняет, в частности, решение такого насущного для обеих наших стран вопроса, как согласование нового российско-британского торгового режима (пошлины, меры поддержки и прочее). Так или иначе потребуется урегулировать ряд важных торговых вопросов перед оформлением Великобританией статуса автономного от члена . По существующим правилам, это не может произойти без согласования новых британских перечней уступок и обязательств со всеми заинтересованными сторонами, причем далеко не только с Россией. К сожалению, на Уайтхолле (в правительстве) не спешат вести с нами полноценные консультации по данному вопросу, хотя они и стартовали было по нашей инициативе в 2017 году.
— Как вам видятся перспективы дальнейшего российско-британского сотрудничества в экономической сфере? Какие направления могут стать наиболее многообещающими?
— Конечно, в обозримом будущем наверняка сохранятся привычные области взаимодействия: закупки машин и оборудования, транспорт, сельское хозяйство и агрохимия, фармацевтика, минеральное сырье, энергетика, а также туризм, культурные, научно-академические и образовательные контакты. Для нас Великобритания всегда была интересна как важный элемент в мировой системе деловых, финансовых и торговых связей. Англичане остаются одними из главных в мире поставщиков финансовых услуг и инноваций в сфере финтех. Кроме того, в эпоху четвертой технологической революции на передний план все больше должны выходить наукоемкие отрасли и ноу-хау, включая коммуникации, информатику и цифровую экономику, искусственный интеллект.
При этом Россия сама готова предложить собственные передовые технологии высочайшего уровня, конечно, если политиканство не возьмет верх над здравым смыслом, как в случае с китайским концерном Huawei. Тут и атомная энергетика, и спутниковая навигация, и сверхбыстрая связь поколения 5G, а также космическая техника, авиа- и кораблестроение. Наши физики, математики, программисты одни из лучших в мире. Многим покажутся привлекательными наши наработки в такой новой сфере, как природоподобные технологии.
Убежден, что в конечном счете то, что связывает народы двух стран, намного сильнее наших разногласий, а потенциал для взаимовыгодного обмена просто грандиозен.
— Каким образом наше посольство пытается изменить ситуацию и ускорить двустороннее торговое и инвестиционное сотрудничество?
— Мы активно поддерживаем и укрепляем российско-британские экономические связи прежде всего с помощью информационной работы среди наших непосредственных официальных визави, в рамках подготовки к встречам "двадцатки", а также на дискуссионных площадках, организуемых здесь различными авторитетными структурами – в частности, Лондонской фондовой биржей, Российско-британской торговой палатой, агентством Bloomberg и другими. Наиболее успешный пример – ежегодный Российско-британский деловой форум, проводимый российским торгпредством при координационной роли посольства в ноябре-декабре в рамках еще более крупного традиционного события – российской недели деловых и культурных мероприятий "Восточные сезоны". В 2018 году форум собрал порядка 800 человек, в этом году ожидается уже больше тысячи. Британские участники из года в год подтверждают, что хотят и будут продвигать свой бизнес во взаимодействии с Россией.
Кстати, и в местном истеблишменте немало людей, искренне выступающих за укрепление экономического сотрудничества с нами. И среди них не только главы таких крупных и хорошо известных у нас транснациональных компаний, как BP, , AstraZeneca, GlaxoSmithKline и JCB. Например, на днях я встречался с членом королевской семьи принцем , который не просто формально является патроном Российско-британской торговой палаты (организация с более чем столетней историей), а принимает личное активное участие в двусторонних мероприятиях и экономических форумах, не раз посещал с этой целью нашу страну. Он планирует лично возглавить ряд экономических миссий в российские регионы.
В позитив следует также занести подписание в посольстве 13 июня этого года соглашения между Санкт-Петербургским горным университетом и британским Институтом минералов, материалов и горного дела. Британские горняки передадут своим российским коллегам эксклюзивные полномочия по аккредитации специалистов минерально-сырьевых компаний на статус "профессиональный инженер" и "привилегированный инженер".
— Бизнес хочет сотрудничества, так как заинтересован в прибыли и росте. Но многие предсказывают после Brexit падение британской экономики. Насколько Россия готова воспользоваться таким фактически безвыходным положением Великобритании? И признает ли британская верхушка перед лицом экономической катастрофы преимущества диалога с Россией?
— Экономическое положение Британии будет во многом зависеть от того, насколько эффективную модель взаимодействия с остальным миром выберет британское правительство – и с Евросоюзом, и с другими странами. Пока не совсем ясно, каковы будут конкретные параметры такой новой модели. Известно лишь одно: Лондон еще при премьер-министре Терезе Мэй провозгласил концепцию "глобальной Британии", то есть, насколько можно понять, курс на расширение и диверсификацию хозяйственных и гуманитарных связей с максимальным количеством государств по всему миру. Видимо, при таком подходе какие-то возможности будут сокращаться с учетом выхода из ЕС, но зато могут открыться новые – при определенных условиях, вероятно, даже более выгодные – перспективы за счет более интенсивного обмена товарами, услугами и идеями с иными партнерами.
Но каковы именно будут эти определенные условия, решать британскому правительству в диалоге с его иностранными визави. Давать прогнозы по экономическим последствиям Brexit не возьмусь, это должны делать экспертные структуры. Но независимо от исхода этого процесса Россия, со своей стороны, всегда открыта к диалогу и готова рассматривать любые взаимовыгодные варианты сотрудничества.
— Не могу не задать вопрос о всем известной и очень странной истории, продолжающейся полтора года. Недавно лондонская полиция выступила с очередным пространным заявлением о том, что расследование инцидента в Солсбери продолжается. Располагает ли посольство какой-либо новой информацией от британской стороны по делу Скрипалей?
— К сожалению, на неоднократные призывы России снять завесу секретности с обстоятельств, хода и результатов расследования, дать возможность встретиться с пострадавшими и его дочерью и начать предметное взаимодействие для выяснения истинных причин случившегося каких-либо вразумительных ответов от официального Лондона так и не последовало. Остаются без ответа более 80 дипломатических нот, направленных в Форин-офис, а также запрос по линии об оказании правовой помощи.
Отказ Великобритании использовать доступные ей правовые механизмы взаимодействия делает невозможным нормальный ход дела. Это вновь иллюстрирует, что британские власти осознанно сделали выбор в пользу того, чтобы рассматривать этот инцидент исключительно в политической и медийной плоскостях.
Линия Великобритании в контексте произошедшего в Солсбери включает в себя множественные серьезные нарушения норм международного права, в том числе конвенций о консульских сношениях, процедур , соглашений о взаимной правовой помощи, обязательств в сфере прав человека, стандартов свободы СМИ, а также общепризнанных норм дипломатических сношений.
Мы регулярно ставим перед британскими властями вопрос о необходимости возврата в международное правовое поле с тем, чтобы ответить на главные вопросы – какова судьба и состояние здоровья Сергея и Юлии Скрипаль, кто на самом деле стоит за их отравлением и исчезновением, каким образом проходило их лечение, действительно ли британские правоохранительные органы заинтересованы в поиске правды о произошедшем и каковы официальные результаты этого расследования.
К слову, аналогичная ситуация сложилась и вокруг таинственной смерти в марте прошлого года в Лондоне бывшего заместителя генерального директора . Как и в случае с инцидентом в Солсбери, британская сторона продолжает игнорировать наши многочисленные дипломатические запросы о ходе и результатах расследования.
Нам трудно понять, почему официальный Лондон скрывает информацию об этой очередной загадочной смерти российского гражданина на территории Великобритании. Но, по всей видимости, на это у британской стороны есть свои "причины", которые нельзя предать публичности.
— Еще одна важная тема: как вам видятся условия работы российских медиа в Великобритании, заявляющей о приверженности защите свободы СМИ?
— Условия, в которых вынуждены работать представители российских СМИ в Великобритании, к сожалению, остаются весьма сложными. Прежде всего это связано с постоянным давлением, которое на них оказывают власти страны. Вспомните хотя бы одну из последних ситуаций, когда бывший министр иностранных дел Великобритании публично поддержал недопуск на крупную международную конференцию в Лондоне представителей телеканала RT и агентства Sputnik, назвав их "не свободными СМИ, а рупорами российского государства". Хотел бы отметить, что RT и Sputnik работают в Британии на основе действительной британской лицензии.
Другой пример – уже почти год RT является объектом судебного разбирательства, инициированного британским медиарегулятором Ofcom под надуманным и абсолютно политизированным предлогом о нарушении принципа беспристрастности. К слову, в июне (2019 года) Высокий суд Лондона указал, что претензии Ofcom к RT являются спорными и нуждаются в дополнительном изучении. В этом контексте решение Ofcom о беспрецедентном штрафе в 200 тысяч фунтов стерлингов в отношении RT, несмотря на незавершенность судебного разбирательства, следует расценивать как давление.
По сравнению с этим проблемы других российских СМИ могут показаться незначительными, но они существенно усложняют их работу и без того напряженную. Есть примеры, когда российские журналисты на протяжении продолжительного времени вынуждены дожидаться решения британских властей о продлении их рабочей визы, что фактически привязывает их к определенному месту и препятствует полноценному ведению журналистской деятельности.
Вы не понаслышке знаете, с каким трудом нашим корреспондентам приходится здесь получать интервью. Став объектами прямой политически мотивированной дискриминации, все без исключения российские СМИ находятся в Великобритании практически в своеобразном информационном вакууме.
К сожалению, мы становимся очевидцами процесса трансформации британской медиасистемы и установления новых реалий в области свободы прессы, когда даже британские политики публично заявляют о появлении в стране целой культуры информационных сливов, а власти страны не иначе как на дезинформации строят важнейшие элементы своей внешней политики.