ТАСС 13 августа 2019

Что показала миру Тунисская революция? Отрывок из книги про историю арабов

Фото: ТАСС
Профессор Оксфорда, директор Центра ближневосточных исследований колледжа св. Антония Юджин Роган не скрывает от читателя пессимистический вывод: исламисты не только популярны на Ближнем Востоке, но и способны победить на демократических выборах, если те состоятся. Причина — во враждебности к западным державам, неспособности «переварить» их культуру, страхе за собственную идентичность, а также исторические обиды. Понять, как с течением веков чувство униженности накапливалось в землях Полумесяца, поможет знакомство с прошлым региона. Роган посвятил его исследованию книгу «Арабы. История XVI–XXI веков».
История арабов вызывает в памяти завоевания, изменившие мир на заре Средневековья. Однако с XVI века народ Тысячи и одной ночи все дальше отступает на задворки. Юджин Роган начинает с эпохи турецких султанов, отнявших у арабов халифат. Историю угнетения продолжили европейские колонизаторы. Массовое переселение евреев арабы посчитали захватом своей земли. По завершении холодной войны некоторые из стран региона не вписались в исторический поворот. Итогом стало прямое столкновение с Западом.
Дело, конечно, не только во внешних врагах. Режимы, по воле истории возникшие в арабском мире, доказали, что способны на жестокость ничуть не меньше, чем иностранные захватчики.
На протяжении своей книги Юджин Роган ищет подходящее слово. Иногда это гнев, разочарование, как после Первой мировой войны, но чаще — униженность. И с каждым эпизодом арабской исторической драмы понятнее становится подоплека протеста, который ищет формы, иногда непредсказуемые и неприемлемые, чтобы заявить о себе. Вывод, к которому автор подводит читателей, сам он называет «неудобной правдой». «Партии, враждебные западному миру, если проводить выборы справедливо и честно, имеют в арабском мире все шансы на победу».
Фаида Хамди узнала о падении автократического режима в , находясь в тюремной камере. Это произошло 14 января 2011 года. К тому моменту Зин аль-Абидин правил Тунисом больше 23 лет. Хотя Хамди не решилась признаться в этом своим сокамерницам, но она сыграла немалую роль в свержении диктатора. Она была тем самым муниципальным инспектором, из-за которого уличный торговец из городка Сиди-Бузид по имени Мухаммад Буазизи совершил публичное самосожжение. Никто не мог предположить, что своим поступком он не только зажжет пламя народного восстания в Тунисе, но и воспламенит весь регион на многие годы. Грянувшая в январе 2011 года тунисская «жасминовая революция» подняла волну народных восстаний в странах Северной Африки и Ближнего Востока, которую мы знаем сегодня как «арабскую весну».
За четыре недели до этого, 17 декабря 2010 года, Фаида Хамди инспектировала овощной рынок. Сиди-Бузид — один из тех провинциальных городков в центральной части Туниса, что обходят вниманием не только туристы, но и правительство. 40-летняя Хамди, одетая в синюю инспекторскую форму с погонами и фуражку с кокардой, в сопровождении двух коллег-мужчин, являла собой наглядное олицетворение государственной власти. При приближении инспекторов большинство уличных торговцев поспешно собирали свой товар и убегали, но 26-летний Мухаммад Буазизи не двинулся с места. Хамди уже не раз предупреждала Буазизи, что торговля без лицензии рядом с рынком запрещена. В тот день между Хамди и Буазизи разгорелся конфликт. Молодой человек обвинил ее в вымогательстве и попытался защитить свою тележку с товаром от инспекторов. Относительно того, что произошло дальше в том роковом конфликте, существуют разные версии. Члены семьи и друзья Буазизи утверждают, что Хамди оскорбила и ударила молодого человека по лицу, что является тяжким оскорблением для мужчины
в арабском мире, после чего приказала своим сопровождающим конфисковать товар и весы. Хамди отрицала факт пощечины и утверждала, что «Буазизи набросился на нас и порезал мне палец». Детали в данном случае имеют огромное значение, поскольку позволяют объяснить произошедшую затем трагедию. Мухаммад Буазизи пришел в ярость от действий инспекторов. Он немедленно отправился в мэрию, но вместо искомой справедливости получил лишь новую порцию унижений. После этого он попытался добиться встречи с губернатором, но также потерпел неудачу. Его сестра Басма Буазизи рассказывала: «То, что пришлось пережить моему брату… конфискация тележки с овощами, нанесенное женщиной оскорбление, отказ муниципальных чиновников выслушать его, невозможность добиться справедливости… все это переполнило чашу терпения».
В полдень Мухаммад Буазизи вышел на площадь перед мэрией, где, как всегда, толпилась масса народа, облил себя горючим и поджег. Окружающие не сразу поняли, что происходит. Некоторые даже фотографировали горящего человека. Когда пламя наконец-то удалось потушить, у Буазизи обгорело более 90 процентов поверхности тела. С обширными ожогами его доставили в больницу соседнего городка Бен-Арус. Отчаянный акт самосожжения Буазизи потряс жителей Сиди-Бузида. Они полностью разделяли его возмущение несправедливостью и равнодушием властей по отношению к простым людям, пытающимся свести концы с концами. Тем же вечером группа родственников и друзей Буазизи устроила на площади перед местной администрацией импровизированную акцию протеста. Они бросали монеты в металлические ворота и кричали: «Вот ваша взятка!» Полиция разогнала разгневанную толпу дубинками, но демонстранты вернулись на следующий день в еще большем количестве. На этот раз полиция применила слезоточивый газ и открыла огонь. Два человека погибли от огнестрельных ранений. Состояние Мухаммада Буазизи в больнице ухудшилось.
Когда новость о протестах в Сиди-Бузиде достигла столицы Туниса, образованная молодежь, среди которой было много безработных, принялась активно обсуждать случившееся в социальных сетях. Прошел слух, будто Буазизи тоже был безработным выпускником университета (хотя он не окончил даже среднюю школу, вынужденный зарабатывать деньги на образование сестер) и ему пришлось торговать овощами, чтобы добыть средства к существованию. В «Фейсбуке» появилась группа, посвященная Буазизи, и вскоре его история облетела арабский интернет. Ею заинтересовался журналист арабского информационного телеканала «Аль-Джазира». Контролируемая государством тунисская пресса не сообщала о проблемах в Сиди-Бузиде, а «Аль-Джазира» сделала эти новости достоянием международной арабской аудитории. Репортажи о том, как обездоленные жители городка отстаивают свои права в борьбе с коррупцией и злоупотреблениями властей, начали выходить в эфир ежевечерне.
Трагедия в Сиди-Бузиде стала искрой, которая побудила тунисцев открыто восстать против всего того, что не устраивало их в государстве при правлении Бен Али: против коррупции, злоупотребления властью, равнодушия к тяжелому положению простых людей, высокого уровня
безработицы, особенно среди молодежи. Все эти проблемы были близки людям и в других арабских странах, внимательно следившим на экранах телевизоров и в интернете за происходящим в Тунисе. Протесты быстро распространились и на другие бедные города центральной части страны — Касирин, Талу, Манзаль-Бузайан — и, наконец, вспыхнули в самой столице.
Эскалация напряженности заставила Бен Али отреагировать. 28 декабря, через одиннадцать дней после случившегося, президент Туниса посетил Буазизи в больничной палате. Тунисские телеканалы осветили этот визит в прайм-тайм, показав трогательные кадры, как президент озабоченно расспрашивает врачей о состоянии пациента. Первые полосы газет пестрели снимками Бен Али у постели умирающего. Бен Али пригласил родителей Буазизи в президентский дворец и пообещал сделать все возможное для спасения их сына. Он приказал арестовать муниципального инспектора, который своими действиями спровоцировал трагедию.
4 января 2011 года Мухаммад Буазизи скончался. Тунисский народ провозгласил уличного торговца мучеником, а режим Бен Али поспешил сделать козлом отпущения Фаиду Хамди. Она была заключена в тюрьму города Гафса вместе с обычными преступниками. Адвокаты отказывались защищать ее, опасаясь, что тунисская общественность, обвинявшая Хамди в смерти Буазизи, распространит свой гнев и на них. Хамди скрывала свою личность от сокамерниц, притворяясь школьной учительницей, которую посадили за то, что она «отшлепала непослушного ребенка». «Я боялась сказать им правду», — впоследствии призналась она.
В первые две недели января массовые протесты охватили все города Туниса. Полиция разгоняла демонстрации силой, что привело к гибели около двухсот человек; сотни были ранены. В столицу ввели войска, однако армия отказалась выполнять приказ президента применить оружие против манифестантов. Когда Бен Али понял, что не может рассчитывать на поддержку военных и никакие уступки не успокоят разгневанные народные массы, он ошеломил страну и весь арабский мир: 14 января 2011 года президент отрекся от власти и бежал из Туниса в Саудовскую Аравию. Тунисский народ добился, казалось, невозможного: с помощью ненасильственных протестов, не прибегая к вооруженной борьбе, он сверг один из самых надежно окопавшихся диктаторских режимов в мире.
Тунисская революция оказала влияние на весь арабский мир. Короли и президенты были потрясены тем, что один из их числа пал жертвой гражданской активности народных масс. Бен Али был не единственным «пожизненным президентом». Ливийский диктатор Муаммар Каддафи находился у власти с 1969 года, президент Йемена Али Абдалла Салех — с 1978 года, а Хосни Мубарак правил Египтом с 1981 года, и все они планировали передать власть своим сыновьям. Сирия стала первой арабской респуб ликой, где произошла династическая передача власти: после смерти Хафеза Асада, правившего страной с ноября 1970 года, пост президента в 2000 году занял его сын Башар Асад. Если устоявшаяся диктатура пала в Тунисе, считали аналитики, это может случиться где угодно.
Комментарии
Другое , Башар Асад , Бен Али , Хосни Мубарак , Муаммар Каддафи , Тунис
Читайте также
«Больше не могу»: Фомин разорвал контракт с Фадеевым
2
Священника обвинили в пиаре на смерти Задорнова
1
Последние новости
В России утвердили первые шесть ГОСТов на "зеленую" продукцию
Чайка назвал уровень исполнения гособоронзаказа стабильно высоким
Косопузый Новый год. В Рязани открывается новогодняя столица — 2020