Ещё

У кого из чиновников отберут деньги, а кого пожалеют 

Фото: Свободная пресса
Новая инициатива Минюста России на ниве борьбы с коррупцией позволит в скором времени не только обращать в доход государства имущество нечистых на руку чиновников, но и списывать с их счетов денежные средства, легальность получения которых не подтверждена. Соответствующий законопроект сейчас разрабатывается в ведомстве в рамках Национального плана противодействия коррупции на 2018-2020 годы.
Как пояснили в пресс-службе министерства, новые законодательные инициативы затронут тех, кто обязан ежегодно подавать декларации о доходах, в том числе лиц на государственных и муниципальных должностях, а также работающих в госкорпорациях, Центробанке, Пенсионном фонде и других организациях.
Как будет работать механизм изъятия денежных средств, еще не совсем понятно. Но, видимо, по аналогии с правоприменительной практикой закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», действующего в стране с января 2013 года.
Он позволяет Генпрокуратуре подавать иски в суд для обращения в доход государства имущества (недвижимость, земельные участки, машины) и ценных бумаг чиновников, если нет подтверждения законности покупки, и её стоимость превышает официальный доход семьи госслужащего за предыдущие три месяца.
Выступая 29 мая на «Правительственном часе» в Госдуме, генпрокурор РФ Юрий Чайка отметил, что с 2016 года сотрудники его ведомства направили в суды несколько десятков исков об обращении в доход государства имущества на 25 млрд рублей. Удовлетворены из них на данный момент иски на 11,5 млрд рублей.
Например, у бывшего главы Клинского района Подмосковья Александра Постриганя нашли незаконное имущество на 9 млрд рублей. А у экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна — на 10,5 млрд, в том числе, более 770 объектов недвижимости, а также 43 единицы дорогостоящих транспортных средств престижных марок Mercedes, Audi, Lexus, Toyota, Land Rover — автомобилей, мотоциклов, катеров, снегоходов.
И это всего лишь у двух чиновников, так сказать, местного уровня…
Идею Минюста об изъятии денежных средств у госслужащих, не доказавших законность их получения, уже поддержал председатель нижней палаты парламента Вячеслав Володин.
По его словам, «такая мера позволит более эффективно бороться с коррупцией».
Он также дал поручение профильному комитету по безопасности и противодействию коррупции подключиться к работе по подготовке законопроекта, чтобы в приоритетном порядке рассмотреть его в весеннюю сессию.
Прокомментировать инициативу Минюста «СП» попросила известного адвоката Виолетту Волкову:
— Надо сказать, что у нас все антикоррупционное законодательство проходит, как правило, стадии эволюционирования. И, к сожалению, эволюционирует очень долго.
В общем, как только начинается борьба с коррупцией, сначала идут определенные слушания. Потом мы имеем дело с правоприменением тех законов, которые имеют место быть. И после этого становятся понятны «белые пятна» — т.е., где законодатель не увидел определенных проблем, а эти проблемы нашли правоприменители. После этого закон корректируется.
Вот то, что сейчас корректируют новый законопроект, это как раз те самые «белые пятна», через которые очень тяжело пройти правоприменителям.
То, что наше антикоррупционное законодательство эволюционирует, это хорошо. Другое дело, что оно пока не закрывает всех «белых пятен».
«СП»: — А зачем такие сложности? Почему бы не ввести, как это было в СССР, полную конфискацию у всех членов семьи коррупционера, что, наверное, было бы намного эффективней?
— Нельзя проводить полную конфискацию имущества. Человек имеет возможность, например, иметь длительное время какой-то доход или копить какие-то денежные средства. У него есть, допустим, семья. Да, эти члены семьи могут иметь и некий, скажем так, несанкционированный доход… Но, понимаете, это уже не будет коррупционным преступлением, и это должно иметь, как я думаю, какие-то другие последствия. Возможно возбуждение уголовных дел. Но это могут быть налоговые правонарушения, которые влекут за собой совершенно иной подход к правонарушителям.
Но, в любом случае, предлагаемая мера мне кажется правильной, и она, конечно, поможет более эффективно бороться с коррупцией. Правда, с ней мы немного запоздали.
«СП»: — А что мешало сделать это раньше?
— Наш закон, к сожалению, меняется недостаточно быстро. Поэтому с правоприменительной практикой случаются определенные проблемы.
У нас, например, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, не имеет обратной силы и действует с того момента, когда он принят. Соответственно, новая норма изъятия не будет распространяться на те денежные средства, которые образовались на счетах (условного) коррупционера до момента принятия этой нормы.
То есть, можно сказать, поправки к закону принимается всегда несвоевременно. Они принимается постфактум — после того, как были выявлены проблемы с применением. Зато в будущем действие уточненного закона уже будет охватывать все сферы правоотношений, которые в нем указаны.
Иначе говоря, проблемы, которые сегодня есть, их уже не разрешить. Но аналогичные случаи на будущее будут решены в соответствии с этим законом.
«СП»: — Насколько известно, полковник Захарченко хранил свои «накопления» — 9 млрд рублей — у сестры и прочих родственников, и почему-то за три года источник этих денег так и не был установлен. А он разве не должен был объяснить их происхождение?
— Насколько мне известно, мы не присоединились к 20-й статье конвенции о противодействии коррупции. Поэтому говорить о том, что Захарченко что-то должен или не должен, не представляется возможным.
Но указанные денежные средства не могли являться его доходом. Его доход вычисляется очень легко на основании справок НДФЛ-2 и, возможно, НДФЛ-3, если таковые имеются. Все.
Справки и документы, которые легли в материалы дела, они говорят как раз о том фактическом доходе, который у него мог быть.
Все его родственники от указанных денег открестились. Сам он объяснить их происхождение не смог (или не захотел). Потому учитывая, что деньги лежали не на счетах — помните, они там «россыпью» лежали, лежали в сумках, коробках — соответственно, к ним и был применен закон об изъятии.
Но если бы эти деньги, например, находились на банковских счетах? Вот тут у нас как раз начинается этот самый «затык», который сейчас разрешается новым законом.
То есть, в этом случае правоохранители уже понимают, как им действовать дальше, и смогут по решению суда списывать со счетов коррупционеров нелегальные средства.
Заместитель гендиректора Центра политической информации Алексей Панин, в свою очередь, не уверен, что предложенная мера позволит вывести борьбу с коррупцией на новый уровень:
— На самом деле, инициатива Минюста больше техническая. И, вероятней всего, она инспирирована последней правоприменительной практикой, когда по тем или иным, в том числе, резонансным делам (взять, к примеру, дело Захарченко) приходилось преодолевать какие-то совершенно необязательные препоны для того, чтобы обратить, очевидно, незаконным путем приобретённое имущество в доход государства.
В данном случае, я думаю, такое уточнение необходимо для пуско-наладки именно этого механизма — оно трактует, грубо говоря, как это должно происходить.
Схема обычная. У вас есть закон, вы его применяете, вы видите, что на практике получается не так, как предполагалось… Вы принимаете определенные поправки для того, чтобы в дальнейшем избежать таких ситуаций.
Но это не революционная мера, которая тут же сразу позволит борьбу с коррупцией в стране вынести на какой-то новый уровень. Условно говоря, это еще одна «тонкая книжица» на полочку нормативно правовых актов, которые позволяют борьбу с коррупцией осуществлять.
Речь ведь не идет о бедном чиновнике с богатой женой, которые вместе заработали 500 млн рублей, и у вас возникают вопросы к этому. Раз недекларируемая жена заработала эти средства, соответственно, все в порядке.
Вот если у них есть незадекларированное имущество и его значительно больше, чем доходов, то только в этом случае механизм изъятия будет применяться.
В случае с бедным чиновником и богатой женой, это применяться, совершенно очевидно, не будет. А вот когда у некоего бедного полковника вдруг обнаруживаются золотые слитки, это работать будет.
Но не стоит ожидать, что сейчас все повально начнут проверять законность доходов богатых членов семей госслужащих. Такого не будет, потому что сам законопроект этого не предусматривает.
Борьба с коррупцией: Ингушетию скоро «зачистят» по полной
Новости правосудия: «Это шутка?», — Владимир Соловьёв прокомментировал приговор полковнику Захарченко
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео