Ещё

Кто заплатит за введение обязательной маркировки товаров, и кто на этом заработает 

Кто заплатит за введение обязательной маркировки товаров, и кто на этом заработает
Фото: Профиль
Shutterstock/Fotodom
Кто заплатит за введение обязательной маркировки товаров, и кто на этом заработаетК концу этого года уже девять товарных групп будут подлежать обязательной маркировке — на их упаковку или бирку должен наноситься уникальный код, который позволит отследить путь изделия от производства до кассы магазина. Сторонники этой меры говорят, что таким образом можно очистить рынок от контрафактной продукции, повысить налоговые поступления в казну и даже снизить издержки для добросовестных предпринимателей. Противники опасаются, что в выигрыше окажутся лишь операторы системы маркировки, а для всех остальных ее внедрение обернется ростом цен на основные товары. «Профиль» решил выяснить, кто заплатит за введение обязательной маркировки и кто на этом обогатится.
Как это работает
А началось все в 2015 году, когда глава правительства предложил разработать «единую систему маркировки товаров для борьбы с контрафактом». Предполагалось, что легальный товар еще на производственной линии будет метиться специальным шифрованным кодом, отличающим его от подделок. По замыслу архитекторов проекта, уже к 2024 году система под говорящим названием «Честный знак» должна охватить все отрасли промышленности, от сигарет и лекарств до обуви и детского питания.
Оператором внедряемой системы и учредителем бренда «Честный знак» выступает Центр развития перспективных технологий (ЦРПТ). Вернее, не сам ЦРПТ, а его 90-процентная «дочка» — ООО «Оператор ЦРПТ». Она же станет поставщиком оборудования для нанесения и сканирования кодов, а также специального программного обеспечения для передачи информации в единую базу и для отслеживания товара.
С технической точки зрения система маркировки включает в себя оборудование для нанесения двухмерного кода Data Matrix, сканеры и ПО, которое поможет аккумулировать информацию о товаре и отследить его продвижение: производитель размещает цифровой код на бирке или на упаковке изделия, и информация о нем сразу уходит в систему. С этого момента она контролирует все перемещения товара. Производитель передал его дистрибьютору, тот должен отсканировать код и проинформировать об этом систему, то же самое делает логистическая компания; ритейлер обязан сканировать код перед размещением товара на полке, а после его продажи т. н. онлайн-касса сообщит системе, что «код вышел из оборота». Причем подделать код практически невозможно. «С помощью защиты кода становится невозможным ввести в оборот дубликаты партий или подделать партию и ввести ее в законный оборот», — пояснил алгоритм исполнительный директор ЦРПТ Дмитрий Алхазов во время форума «Антиконтрафакт» в ноябре 2018 года.
Еще одна задача, которую придется решить центру, — это создание каталога всех производимых и продаваемых в стране товаров и закрепление за каждым из них определенного наименования. Ведь сейчас одни и те же изделия могут обозначаться по-разному, поэтому полноценно учесть их практически нельзя.
После того как цифровая маркировка станет обязательной, за выпуск анонимного товара должностные лица будут штрафоваться на сумму до 10 тыс. рублей, юридические — до 100 тыс. рублей. За продажу изделий без маркировки, а также их хранение, перевозку или покупку с целью сбыта граждан ждет штраф на сумму до 4 тыс. рублей, должностных лиц — до 10 тыс. и юридических лиц — до 300 тыс. рублей.
Зачем это нужно
На все том же форуме «Антиконтрафакт» первый вице-премьер посетовал, что за 11 месяцев 2018‑го в стране было выявлено 14 млн единиц поддельной продукции самых разных отраслей — алкоголь, табак, фармацевтика, продукты и пр. Проблема серьезная. По словам разработчиков «Честного знака», задачи системы намного шире, нежели просто борьба с контрафактом. Например, государство благодаря маркировке получит повышение налоговых и таможенных сборов, сокращение «серого» рынка и даже рост производительности труда.
«Цифровизация процессов движения товара облегчит процедуру начисления, планирования, уплаты акцизов и других платежей», — пояснил в своем выступлении руководитель департамента . А в перспективе это позволит ни много ни мало «отменить любой бумажный документооборот».
Предпринимателям «Честный знак» обещает оптимизацию издержек, рост выручки и конкурентоспособности для «белого» бизнеса. Потребителям сулит уверенность в покупке легальных качественных товаров и как следствие защиту жизни и здоровья. Вдобавок потребитель получит инструмент общественного контроля и защиты своих прав. Используя специальное мобильное приложение, покупатель с помощью смартфона сможет сканировать код и получить всю информацию о товаре.
Правда, сам бизнес и структуры, выступающие от имени потребителей, похоже, не слишком во все это верят. По крайней мере, пока. Согласно опросу, проведенному при поддержке ИТ-компании АТОЛ, лишь 10% предпринимателей считают, что введение обязательной маркировки приведет к «улучшению возможностей для развития честного бизнеса». Большинство же главной целью демарша называют увеличение налоговых выплат и усиление контроля государства над рынком (соответственно 37% и 36%). Примерно 33% респондентов заявили, что введение маркировки защитит покупателей от контрафактной продукции, а 22% опрошенных считают, что это должно выдавить с рынка нелегальных торговцев. К слову, 9% вообще не понимают, какие вопросы решает маркировка.
Председатель правления Международной конфедерации обществ потребителей (КонфОП) в интервью «Профилю» отметил, что с 2016 года в рамках уже действует маркировка меховых изделий (оператором системы является ), но «никаких улучшений нет, потребители покупают ровно ту продукцию, которую покупали раньше», а «вероятность покупки фальсифицированного меха такая же».
Впрочем, в нашей стране есть еще один сегмент, где практика маркировки применяется больше 10 лет и ее внедрение дало неплохой результат, — это рынок алкоголя. В 2005 году начался запуск ЕГАИС — Единой государственной автоматизированной информационной системы по контролю над объемами производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции. Процесс шел порой очень тяжело, но, как заметил гендиректор Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя (ЦИФРРА) , «ЕГАИС была счастьем для легальной розницы», поскольку помогла «выкинуть» из магазинов нелегальную продукцию.
К концу текущего года в обязательном порядке должны маркироваться лекарства, табак, обувь, шины, духи, продукция легкой промышленности (включая одежду и текстиль), фотоаппараты и вспышки, пиво, молоко. В «молочке», к слову, действует система «Меркурий», отслеживающая движение продукта от фермы до завода.
Еще в последние пару лет были запущены несколько пилотных проектов под маркой «Честный знак»: это рынок лекарств (с 1 февраля 2017 года), табака (с 15 января по 31 декабря 2018 года), обуви (1 июня 2018 года — 30 июня 2019‑го). Участникам, производителям и продавцам предлагают добровольно и бесплатно зарегистрироваться в системе и начать работать с маркировкой товаров до того, как она станет обязательной.
Кому это выгодно
Пожалуй, два основных вопроса, связанных с маркировкой, — кто за все это заплатит, и кто на этом заработает? Начнем, наверное, со второго, поскольку ответ здесь более очевиден. Критики государственной затеи с маркировкой не раз отмечали, что выбор оператора для системы проходил непрозрачно — правительственным постановлением на эту роль без каких-либо конкурсов был назначен упомянутый ЦРПТ. Его учредителями являются , USM Holdings миллиардера и бизнесмен . Эти компании и персоны, по версии Дмитрия Янина из КонфОП, станут главными бенефициарами обязательной маркировки. По сути, речь идет о своеобразном «частном налоге», ведь производителям, импортерам, логистическим компаниям, рознице — всем придется платить за оборудование и ПО. Кроме того, за отслеживание каждой единицы товара ЦРПТ причитается плата в размере 50 копеек.
Пустячок, но подсчитаем: за первое полугодие 2018‑го в РФ было продано 191 млрд сигарет — это 9,55 млрд пачек. Маркировке подлежит каждая пачка, следовательно, плата за их отслеживание составит 4,445 млрд рублей. Это только с сигарет и только за полгода. В открытых источниках возможные доходы ЦРПТ от реализации проекта оценивались в 200 млрд рублей.
Шины, продукция легкой промышленности (включая одежду и текстиль), обувь, табак, духи, фотоаппараты и вспышки, пиво, молоко, лекарства — все это к концу года должно быть промаркированоРуслан Кривобок / РИА Новости
По версии директора Института стратегического анализа компании ФБК, в выигрыше будут и производители легальной продукции, которые сегодня теряют часть прибыли из-за контрафакта. «Те, кто использует серые схемы растаможки или производства, имеют конкурентное преимущество по цене, — пояснил экономист. — Официал такого преимущества не имеет, он проигрывает». Издержки же по внедрению системы, скорее всего, будут не так велики. Согласно исследованию «Левада-центра» и компании АТОЛ, 76% респондентов уже имеют онлайн-кассы, 38% используют 2D-сканеры. Большинство (57%) из тех, кто не пользуется этим оборудованием, рассчитывают приобрести сканер не более чем за 4 тыс. рублей. По информации АТОЛа, из 167 моделей онлайн-касс где-то треть позиционируется в сегменте до 16 тысяч рублей. Хотя в открытых источниках встречалась пугающая цифра — $1 млн (такую сумму якобы придется потратить компаниям на оснащение только одной производственной линии). Впрочем, подтверждения этому найти не удалось.
Что касается государства, оно, конечно, рассчитывает на рост налоговых поступлений, но, по словам Николаева, здесь не все так очевидно. Контрафакта, конечно, станет меньше, но это приведет к росту стоимости продукции, в результате продажи каких-то позиций могут уменьшиться — доходы населения-то снижались несколько лет. Меньше продажи — меньше налогов. Правда, реализованные на сегодняшний день пилотные проекты показывают, что этого не происходит — все издержки производители и импортеры пока берут на себя. Ну так и маркировка пока необязательная.
Еще Дмитрий Янин предупреждает, что после введения обязательной маркировки государству придется тратить определенные ресурсы «на то, чтобы ходить по магазинам и проверять наличие чипа, как это было с шубами».
Уйдет ли с рынка контрафакт
По словам гендиректора ЦИФРРА Вадима Дробиза, нелегальный рынок есть в любой стране. В США, Британии, Германии, например, доля нелегального алкоголя составляет 10–15%. Однако в России лет 10 назад поддельная продукция занимала больше 50%. Но здесь необходимо пояснение — речь идет не только о т. н. «паленой» водке, но и о продукции вполне респектабельных ЛВЗ, которая выпускалась в так называемую «третью смену». От настоящей эта водка отличалась лишь тем, что с нее не платились налоги. «До 2010 года вся нелегальная водка продавалась в легальной рознице», — вспоминает Дробиз, однако введение минимальной розничной цены и отладка системы ЕГАИС позволили выдавить контрафакт из магазинов. Сегодня доля контрафакта составляет менее 30%. Однако главной причиной наличия дешевой поддельной продукции Дробиз считает не отсутствие должного контроля, а бедность населения.
«Табачка» страдает от контрафакта меньше, чем алкогольный рынок, — поддельной продукции здесь меньше 9%. Директор по связям с ЕАЭС и защите торговых марок «» в России считает, что победить нелегалов можно лишь за счет комплексных мер. Это предсказуемая и взвешенная налоговая политика, ужесточение санкций за производство и сбыт нелегальной продукции. Нелишним было бы и введение минимальной цены на сигареты по аналогии с алкоголем. «В 2019 году легальная пачка сигарет с фильтром должна стоить 81 рубль. Сегодня на рынке можно найти продукцию от 40 рублей» — такие данные озвучил Мироненко. На пресс-конференции, посвященной исследованию «Левада-центра», он отметил, что беспокойство вызывает готовность малых розничных предприятий к введению маркировки. Собственно, по результатам исследования, 53% предпринимателей опасаются, что вряд ли введение маркировки обойдется без сложностей. На память сразу приходит первая попытка введения ЕГАИС в далеком 2005‑м, которая привела к коллапсу алкогольного рынка.
Разработчики не имели четкого техзадания, власти не проработали должным образом документы, контролирующие разработку и внедрение ЕГАИС, плюс постоянные требования к изменению ПО. На выходе мы получили неработоспособную систему, из-за чего продажа легального алкоголя стала возможна де-юре.
Определенные сомнения есть и у представителей фармкомпаний. По словам заместителя генерального директора STADA CIS Ивана Глушкова, немаленькие расходы на внедрение системы компания рассматривает как инвестиции, прекрасно понимая, «как мы на этом заработаем». Но условия внедрения обязательной маркировки вызывают вопросы. Для компаний, которые не участвовали в пилотном проекте, отведенный срок слишком мал. Он просто нереализуемый. Ведь регистрация аптек и медицинских организаций в системе в режиме must должна начаться с июля 2019 года, а с 1 октября маркировка станет обязательной для препаратов из перечня высокозатратных нозологий. Такая спешка может привести к худшему сценарию. Страшно представить, что ситуация 2005 года на алкогольном рынке может повториться на рынке лекарственных препаратов.
Одиночество в мегаполисе
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео