Ещё

Уральская особая экономическая зона попросила статус института развития 

Фото: Российская Газета
За эти годы сроки ввода инженерной инфраструктуры неоднократно затягивались. Коллеги-журналисты и некоторые депутаты ехидничали: уральская «Зенит-арена», амбициозный долгострой. Попадание «Титановой долины» в рейтинг лучших ОЭЗ мира вызывало некоторое недоумение. Когда в 2018-м возле екатеринбургского аэропорта открыли вторую очередь ОЭЗ под названием «Уктус», пошли разговоры, что она заполнится намного быстрее, чем «Салда», тем более что среди резидентов тут же нашелся «перебежчик».
Поле асфальта
Конечно, когда выпала возможность увидеть своими глазами, что происходит в «Титановой долине», мы тут же отправились в дорогу: 180 километров от , и вот он, контрольно-пропускной пункт. Придирчивая проверка документов, досмотр машины, наконец въезжаем на территорию. В двух шагах от проходной кипит работа, торчит арматура: строится трехэтажное административное здание и стационарный таможенный пост.
— Сейчас резиденты оформлять накладные ездят в Северный поселок, но скоро все будет прямо здесь. Остановку сделаем, несколько автобусов изменят маршруты, то есть добираться из города можно будет не только на частном транспорте, — рассказывает Вахтанг Ахалая, руководитель площадки «Салда».
Когда в 2018-м возле Екатеринбурга открыли вторую очередь ОЭЗ, пошли разговоры, что она заполнится намного быстрее «Салды»
За шлагбаумом нас встречает огромное поле, почти 300 га, разрезанное на участки асфальтированными дорогами и тротуарами. Несмотря на продолжающуюся стройку, очень чисто, вдоль улиц (да, в «Титановой долине» официально есть улицы) высятся фонари, высажены деревья.
— Вы видите только то, что на поверхности, а сколько под землей! Ливневая канализация, хозбытовая, электрокабели. Ко всем участкам подведен газ. Восемь трансформаторных подстанций на 1,5-2 МВт, будет еще десять. Распределительная станция мощностью 10 МВт, при необходимости можно нарастить до 40. В границах участка резидент прокладывает инфраструктуру сам, но сети подводим мы. Это серьезная экономия: обычно техприсоединение предприятия обходится миллионов в 20, — говорит Вахтанг.
Он подвозит нас к северо-западной части «Титановой долины», резидент обещает открыть здесь производство МДФ-плит в 2020-2021 году. Может, и раньше, если железнодорожные пути быстро заведут. Проезжаем мимо аккуратного цеха-теремка, где выпускают титановые клипсы-имплантаты для восстановления черепа после операции. По соседству — по-корейски неброское совместное производство фрез и сверл. «Титановую долину» учредители фирмы выбрали осознанно: тут находится крупный механообрабатывающий комплекс, который в перспективе может стать заказчиком. Возле предприятия, где производят элементы фюзеляжа, конструкций крыла и пилонов для «Боинга», установлен необычный знак «люди здесь». Вышло символично: это самый крупный резидент ОЭЗ, вокруг которого она и начиналась.
На вопрос, чем площадка «Салда» выигрывает у «Уктуса», Вахтанг рубит: уровнем подготовленности к принятию резидентов. Если второй очереди еще надо наращивать мощности, менять сети, то здесь основные работы завершены. Кроме того, «Салда» ориентирована на машиностроение и металлургию, а «Уктус» — на авиапром.
Нет свободных рук Так через сколько лет долина заработает в полную силу?
— Отталкиваясь от текущего положения дел, через 2-3 года, — уверен Артемий Кызласов, гендиректор управляющей компании ОЭЗ. — Бесспорно, «Уктус» сильнее привлекает инвесторов, но скорость заполнения площадок больше зависит от отраслевой направленности производств. Сейчас в «Салде» основные силы брошены на строительство железнодорожной ветки, создание центра единой механообработки деталей из титановых сплавов. И на развитие территории рядом с ОЭЗ.
К этому, что называется, подтолкнула объективная реальность. Сегодня в моногороде Верхняя Салда проживает 45 тысяч человек, из них трудоспособных — 23 тысячи, а еще в 2005-м было 27 тысяч. Причина не только в демографическом провале 90-х, но и в оттоке молодежи. Как признаются верхнесалдинцы, в городе сделано очень много для образования и досуга детей, но для ребят постарше вариантов уже меньше. Из учебных заведений — один авиаметаллургический техникум. Где работать? Тоже выбор невелик: либо соцсфера, либо градообразующее предприятие.
Благодаря ОЭЗ «Титановая долина» к 2030 году должно появиться 2260 новых высокотехнологичных рабочих мест, но обеспечить всех резидентов кадрами город не сможет: свободных рук очень мало, а те, что есть, не отвечают требованиям по квалификации. Нарастить численность населения можно через диверсификацию экономики, развивая сферу торговли и услуг, сельское хозяйство, привлекая специалистов из других территорий. Но сразу встает вопрос, где им жить. Новые дома в моногороде не строятся, а в старых выбор аренды невелик.
С 2010 года на создание «Титановой долины» бюджеты выделили четыре миллиарда рублей, резиденты за это же время вложили 7,4 миллиарда
— Не буду скрывать, ситуация с инфраструктурой непростая. Коммунальные сети изношены, есть проблемы с состоянием жилфонда, дороги требуют ремонта, мало благоустроенных общественных пространств. Молодежь после школы стремится уехать на учебу, большинство не возвращается, — признает глава Верхней Салды . — Хотя положительные изменения уже начались: в прошлом году, к примеру, удалось построить участок дороги в центре города, благоустроить Придворцовую площадь, отремонтировать несколько дворов. В программе развития на ближайшие годы заложены большие инвестиции. Мы хотим заменить водопроводные и теплосети, построить новую электроподстанцию и реконструировать фильтровальную. Также в планах реанимировать микрорайон-долгострой «Солнечный».
Упомянутая комплексная программа рассчитана на 2019-2030 годы, пока она находится на согласовании в профильных министерствах, поскольку подразумевает использование бюджетов разных уровней. Такой системный документ появился в городе впервые за последние десять лет. В его разработке участвовала не только власть, но и титановая корпорация, и ОЭЗ.
Расширить полномочия
К слову, руководство «Титановой долины» недавно высказалось о том, что неплохо было бы УК особых экономических зон, кластеров, индустриальных парков и территорий опережающего экономического развития (ТОСЭР) придать статус института развития, чтобы они могли развивать не только производства, но и прилегающую территорию, компоновать инструменты поддержки, которых огромное количество, более 600 — нужно выбрать те, что будут эффективны здесь. По сути, взять на себя роль системных интеграторов между муниципалитетом, градообразующим предприятием и федеральными институтами развития. По мнению гендиректора УК ОЭЗ «Титановая долина» Артемия Кызласова, это повысит экономический эффект от ОЭЗ и ТОСЭР. Сегодня в периодически возникают дискуссии, что больше: выгода от новых предприятий или бюджетные потери от предоставленных на 49 лет резидентам льгот?
— Речь идет именно о моногородах, а не о такой площадке, как «Уктус», — подчеркивает гендиректор «Титановой долины». — Правда, для этого нужно расширять наши полномочия. Из-за ограничений, установленных в 116-ФЗ, особые экономически зоны не имеют права напрямую участвовать в развитии муниципалитета, на территории которого находятся.
Резонный вопрос: а не является ли это очередной попыткой «выторговать» себе еще денег?
— Нет, — отвечают в УК. — Во-первых, речь идет об увеличении административных функций, а не о раздувании бюджета. Во-вторых, с 2016 года Федерация не участвует в финансировании ОЭЗ. При создании «Титановой долины» заявлялось о 9,5 миллиарда рублей (в равных пропорциях из федеральной и областной казны), фактически же за все время мы получили четыре. Так что разговоры о бездонной бочке безосновательны. При этом резиденты уже вложили (именно вложили, а не заявили) 7,4 миллиарда. Если посчитать эффективность ОЭЗ, то на каждый рубль бюджетных инвестиций приходится 1,8 рубля инвесторов.
Компетентно
Юлия Лаврикова, директор Института экономики УрО :
— «Единое окно», способное, с одной стороны, увязать интересы бизнеса, власти и населения и обеспечить комплексное развитие территории, с другой стороны, выступить точкой роста для привлечения инвестиций, выглядит достаточно интересно. В перспективе это может привести к позитивным результатам, на которые рассчитывают авторы идеи. В то же время говорить о масштабах экономических, социальных, бюджетных преобразований после превращения ОЭЗ и ТОСЭР в институт развития пока рано: механизм взаимодействия с местными властями (в части распределения полномочий, ресурсов и т.д.), институтами развития других уровней и прочими интересантами нуждается в детальной проработке.
Мы также обратились за комментарием по теме в УК «Атом-тор», которая занимается развитием ТОСЭР в четырех закрытых атомградах Свердловской и Челябинской областей. К сожалению, запросы, отправленные по официальным каналам и в соцсетях, остались без ответа.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео