Ещё

«Москва — Петушки» 2019: в подмосковной электричке по следам Венички Ерофеева 

«Москва — Петушки» 2019: в подмосковной электричке по следам Венички Ерофеева
Фото: РИАМО
Исследователи до сих пор ломают копья, называя ее то русской «Одиссеей», то советским ответом Кастанеде. Куда на самом деле ехал Веничка, и смог бы он повторить свой маршрут сегодня, выясняли корреспондент РИАМО и писатель Андрей Пермяков.
Прочь из 
Мы встречаемся у выхода с «Чкаловской», чтобы отправиться на электричке до станции и понять, почему так стремился попасть туда герой книги, а заодно оценить, что изменилось здесь с тех времен.
Cам Андрей Пермяков переехал из Москвы в Петушки несколько лет назад. По образованию он — биохимик, параллельно занимается литературой и регулярно публикуется. В своей книге «Тяжкие кони Ополья или ’’Проселки’’ через 60 лет» он посвятил Петушкам несколько глав.
Пока мы идем к Курскому вокзалу, мой спутник объясняет, почему Ерофеев назвал свою книгу поэмой.
— Все дело в языке — удивительно свободном и легком. Гоголевские «Мертвые души» — это тоже поэма. Так что во многом Ерофеев развивает традиции классической русской литературы.
Прыгаю с платформы ради айфона: почему пассажиры подмосковных электричек не платят за проезд>>
Пиво вместо хереса
Мартовским утром здание Курского вокзала выглядит хмуро. Мы идем вдоль «Атриума», стоящего на месте площади, которую когда-то пересек Веничка.
Андрей пересказывает фабулу «Москвы — Петушков». Главный герой в сильном похмелье едет на станцию, где живут его любимая женщина и трехлетний сын. По пути много пьет со случайными попутчиками и размышляет о смысле бытия, а затем его сознание туманится.
Вокзальная столовая. В книге ангелы советуют Веничке выпить хереса в ресторане Курского вокзала, он садится за столик и переживает, что громадная люстра упадет ему на голову. Кстати, она до сих пор здесь висит. Но внутри идет уборка, и нас не пускают.
Не вдаваясь в подробности, мы выходим на улицу.
— В книге Веничку тоже выгнали. Он ждал открытия магазина, где накупил себе крепкого алкоголя. А сегодня выпил бы пива в любой точке быстрого питания, и ему бы стало полегче, — размышляет Пермяков.
Рижское направление МЖД глазами пассажиров: попутчики с котлетами и самый тихий вокзал>>
Мягкие сиденья, Би-2 и мороженое
Во времена Ерофеева от Курского ходили поезда ЭР-2 с круглой головной кабиной. Они выпускались в  с 1962 по 1984 год, и сегодня их почти не встретишь. Мы едем на современном ЭД4М-0322, выпущенном в 2010 году.
— Бедный Веничка трясся на деревянной скамье, а у нас мягкие сиденья. Два часа пролетят незаметно, — комментирует Пермяков.
В электричке многолюдно: дачники, студенты, пара гламурных девушек. Кто-то возвращается с ночной смены, кто-то едет в гости. Как только электричка трогается, в вагоне появляется скрипач.
И — немедленно начинает играть.
Исполнив несколько композиций «Би-2», музыкант предлагает приобрести свой диск за 200 рублей. Следом за ним появляется продавщица мороженого. Мы берем по эскимо.
Контролер электрички: «Зайцами бывают даже женщины в дорогих шубах»>>
Нелитературные контролеры
— Сам Ерофеев признавался, что герой Веничка ему близок, — рассказывает Андрей Пермяков. — Он тоже работал монтажником кабельных линий связи. У него действительно была любимая женщина, которая жила в Петушках. Но все же не стоит считать поэму автобиографичной. Просто писатель дал свое имя персонажу и поместил его в обстоятельства своей жизни, что, кстати, типично для жанра non-Fiction, набиравшего тогда популярность.
На станции Новогиреево в электричке появляются контролеры. Несколько человек тут же покидают вагон. Уставшая дама среднего возраста на автомате предъявляет билет. Кто-то оплачивает проезд на месте. Контролеры в красивой форме распечатывают с переносных терминалов длинные квитки со штрих-кодами.
После Москвы пейзаж за окном меняется. Вместо панелек 70-х мелькают новые жилые кварталы. Их сменяют коттеджи и дачные дома.
— Герой — простой рабочий, но при этом слишком начитан и рафинирован, — замечаю я.
— Это типично для 70-х. Из-за закона о тунеядстве многие представители творческих профессий, выбивавшиеся из официального курса, были вынуждены работать дворниками и грузчиками. А кто-то намеренно уходил в так называемую внутреннюю эмиграцию. Веничка — не исключение.
Как выжить в подмосковной электричке>>
Трезвая электричка и никаких ангелов
По мере того, как мы отдаляемся от столицы, весна сдает свои позиции зиме. Кажется, что мы перемещаемся еще и во времени.
— Смог бы Веничка так же выпивать в вагоне сейчас?
— Не думаю, — комментирует Андрей Пермяков. — Во-первых, ввели запрет употребления алкоголя в общественных местах. Во-вторых, железная дорога — зона повышенного риска, и находиться здесь в состоянии опьянения запрещено. С учетом того, что уже в начале книги Веничка близок к белой горячке, его бы задержали еще на вокзале.
— Алкоголь играл большую роль в жизни Ерофеева?
— И записные книжки Венедикта Васильевича, и мемуары о нем указывают, что да. Но мы говорим о человеке непростой судьбы. Он родился в 1938 году. Его отец отбывал лагерный срок за антисоветскую пропаганду. Детство писателя прошло в детском доме за Полярным кругом. Окончив школу с золотой медалью, он с первого раза поступил на филфак . Примерно тогда же начались его болезненные отношения с алкоголем. Получить диплом ему так и не удалось, хотя он учился в четырех вузах.
До конца 70-х Ерофеев шабашил на разных работах, не имея возможности прописаться и жить в Москве. В 80-е к нему пришло признание, но из-за тяжелой болезни он умер в 51 год.
Некоторое время мы молчим, глядя в окно.
— Насколько реалистичны коктейли «Ханаанский бальзам» и «Слеза комсомолки»?
— Как говорил сам Ерофеев, не путайте литературу и реальность. Но в целом состав напитков выглядит не фантастично. Когда советская власть ограничила продажу спиртного, многие перешли на промышленные жидкости. О денатурате и политуре пел даже Высоцкий.
Пока Андрей Пермяков дремлет, я освежаю в памяти поэму с телефона. Мы уже далеко отъехали от столицы, но мобильная связь ловит безупречно. После Орехово-Зуево включается роуминг.
На соседнем сиденье сладко посапывает парень в темной куртке. Тут клонит в сон и меня.
«Люди завтракают и ужинают в электричке» — жители Подмосковья о поездках в Москву>>
Утраченный рай Едва не повторили ошибку Венички, — смеется Андрей Пермяков, когда мы в последний момент выскакиваем из вагона.
Небольшой перрон с надземным переходом. Деревья. Низкие здания с магазинами. «Петушки».
— Так это здесь жила красавица с косой до попы?
— На самом деле, вместе с женой Валентиной, которая выведена в книге как та самая красавица, проживал чуть дальше — в Мышлино.
Возле платформы нас ждет в машине супруга Андрея Люба. Мы едем через село Елисейково, в котором Веничка объявил о создании независимой республики.
— Что происходит с героем в финале? — допытываюсь я. — Он засыпает и приезжает обратно в Москву. А потом его в подъезде ловят хулиганы и втыкают ему в горло шило. А что, если весь этот трип от начала и до конца — это его пьяный сон? Ведь все начинается с подъезда и заканчивается им же?
— Для Венедикта Ерофеева это было бы слишком просто. Да, его герой словил белую горячку, но он действительно совершил свое путешествие, пусть и бесславное. По сути, это история о том, что в утраченный рай возврата нет.
Домика, в котором жили писатель, его жена Валентина Зимакова и сын Венедикт, в Мышлине не сохранилось. Мы стоим возле дорожного указателя и смотрим по сторонам. Обочины дороги покрыты толстым слоем грязи.
— Не очень-то похоже на рай, — пытаюсь пошутить я.
— Да, возможно, — соглашается Андрей Пермяков. — Но совершенно точно это место было раем для Венички. И доехать сюда не смог только персонаж. А автор доезжал раз за разом. Да, у Венедикта Ерофеева получилась непростая жизнь. Но здесь он был счастлив с теми, кого любил.
Словно в подтверждение этих слов вдалеке от нас дорогу медленно переходит вереница из пяти лосей.
Криминальные электрички: на каких направлениях МЖД чаще всего грабят и хулиганят>>
Тренер в США обезоружил ученика объятиями
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров