Ещё

Нобелевские лауреаты: Уолтер Браттейн 

Фото: Индикатор
О том, как хождение в пыли за лошадьми может сделать из фермерского сына нобелевского лауреата, и что может доставлять большее счастье, чем Нобелевская премия, повествует наш очередной выпуск рубрики «Как получить Нобелевку».
Уолтер Хаузер Браттейн
Родился 10 февраля 1902 года, Сямынь (Амой), Империя Великая Цин (Китай)
Умер 13 октября 1987 года, Сиэттл, штат Вашингтон, США
Нобелевская премия 1956 года (1/3 премии, совместно с Джоном Бардином и Уильямом Брэдфодом Шокли). Формулировка Нобелевского комитета: «За исследования полупроводников и открытие транзисторного эффекта (for their researches on semiconductors and their discovery of the transistor effect)».
Наш сегодняшний герой родился в государстве, которого давно уже нет, на другом континенте. Вот что он рассказывает сам: «Я родился 10 февраля 1902 года в Амое, Китай, где мой отец был преподавателем Института Тин-Вэнь для китайских мальчиков (частная школа — прим. Indicator.Ru). Мои родители вернулись в их родной штат Вашингтон в 1903 году, и ту часть моего детства, что я помню, мы провели в Вашингтоне, сначала в Спокане, пока мне не исполнилось девять лет, а потом на усадьбу близ Тонаскета».
Его родители, Росс и Оттилия Хаузер Браттейны, родились на территории штата Вашингтон — и были потомками пионеров. В смысле, тех, кто осваливал дикий, дикий Запад. Его деды искали золото, занимались фермерством и так далее. Правда, если предки по отцу были выходцами из Канады, то бабушка и дедушка со стороны матери приехали в США в поисках лучшей жизни их Штутгарта.
Дух авантюризма золотоискателей, видимо, передался и родителям Браттейна. Его отец только за время детства нашего героя сначала побывал школьным учителем в Китае, потом — биржевым маклером, а затем — купил имение и обзавелся фермерским хозяйством. Сыну волей-неволей пришлось помогать отцу. И мечтать о том, как бы вырваться из этого всего. «С девятого года моей жизни главным семейным занятием было земледелие, скотоводство и мукомольная промышленность. Я скакал за скотом в горах, носил винтовку, когда мне было 14, и во время школьных каникул работал бок о бок с отцом», — вспоминал будущий нобелевский лауреат. Несмотря на то, что он на всю жизнь полюбил отдых на природе, «хождение в пыли за тремя лошадьми и бороной» — именно это, по словам Браттейна, сделало из него физика.
По окончании старших классов Браттейн окончательно решил пойти по научной стезе. Сначала колледж Уитмен, в котором одноклассниками его были один из будущих создателей масс-спектрометра и первооткрывателей трития Уолтер Бликни, а также будущие известные физики Владимир Роянский, выходец из Бологого и Джон Воркман. Угадайте, как потом называли четырех друзей? Правильно, «четыре всадника современной физики» — за бурную и безбашенную карьеру.
Затем последовал Орегонский университет и PhD в Университете Миннесоты в 1929 году. Тогда он уже два года работал в Национальном бюро стандартов в Вашингтоне (уже городе, а не штате). И сразу же по получении степени Браттейн получил должность физика-исследователя в Bell Laboratory.
Первое время этот физик исследовал такие явления, как влияние адсорбционных пленок на эмиссию электронов горячими поверхностями (работа выхода вольфрама, адсорбция атомов тория), электронные столкновения в парах ртути, а потом… Потом его призвали в междисциплинарную группу под руководством Уильяма Шокли по созданию некоего полевого транзистора. Как мы помним, попытка не удалась, а затем Браттейн вместе с Джоном Бардиным отклонились от линии своего руководителя — и создали первый в мире транзистор.
Правда, им пришлось прерваться на Вторую мировую войну. И если Шокли занимался стратегическим планированием, то группа Браттейна отправилась на охоту за подводными лодками. Браттейн сумел создать настолько чувствительный магнитометр, который мог зафиксировать вносимое в магнитное поле проходящей в пучине субмариной.
Что было дальше, всем хорошо известно: 16 декабря 1947 года Браттейн удачно разместил два золотых листка на поверхности германия, и ровно через неделю Браттейн, Бардин и Шокли демонстрировали первый работающий транзистор своим коллегам. 23 декабря 1947 года мир вступил в эпоху электроники.
Что было потом, хорошо известно. Шокли все больше и больше уходил вразнос, в итоге уже в 1951 году Бардин покинул лабораторию из-за «невыносимых условий», Шокли ушел создавать свой бизнес двумя годами позже. Две звезды в физике полетели своими траекториями — Шокли вниз, и его падение не остановила Нобелевская премия 1956 года, поделенная на троих, Бардин — вверх, ко второй своей «нобелевке». А Браттейн просто перешел в другой отдел и продолжил заниматься любимым делом. Неудивительно, что именно ему — самому надежному и «скромному» доверили говорить речь на нобелевском банкете.
Слова Браттейна наиболее ярко показали его отношение к происходящему: «Я, конечно, ценю эту честь. Это большое удовлетворение — сделать что-то в жизни и быть признанным за это таким образом. Однако большая часть моего счастья происходит от того, что я нахожусь в нужном месте, в нужное время и имею нужных людей для работы».
Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс. Новостей и читайте нас чаще.
Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео