Ещё

Грёзы и явь: финал III Международного музыкального фестиваля «Зимние грезы» 

Грёзы и явь: финал III Международного музыкального фестиваля «Зимние грезы»
Фото: Ревизор.ru
Фестиваль ориентирован на поколение 30-40-летних музыкантов. К нему принадлежит сам основатель и арт-директор фестиваля виолончелист . Концепция «Зимних грёз» — устремлённость к театрализации музыкального высказывания и своеобразная структура, сложившаяся при рождении фестиваля в 2017 году.
Первый концерт организаторы неизменно называют «Творческими дуэлями». Это игра-поединок, в которой артисты меняются ролями, выступая то в качестве солиста-инструменталиста, то в качестве дирижера. Но, пожалуй, её главная суть заключается не в соперничестве друзей-музыкантов, а в соперничестве артиста с самим собой. «В какой из ипостасей я интереснее?», — на этот вопрос пытались ответить себе и участники «дуэлей» этого года: , Сергей Антонов, Гайк Казазян и . Фото: пресс-служба фестиваля «Зимние грёзы»
Во второй вечер устремлённость к театру ещё более заметна и выливается если не в перфоманс, то в его прообраз. Когда-то на фестивале прозвучала «Крейцерова соната» — Бетховена и Толстого. Потом был опыт вплетения камерных шедевров Чайковского и Шенберга в мультимедийную симфонию света. Теперь на авансцене оказались пушкинская «маленькая трагедия» о Моцарте и Сальери, прочитанная артистами драмы и , и музыка самого Моцарта. И то, и другое переплелось в сюжет, полунамёком отсылающий к библейской аксиоме «последние да будут первыми…». Тот, кто по версии Пушкина был жертвой, а по жизни — вовсе не героем своего времени, через столетие оказался на недосягаемой для былых соперников высоте. Эту высоту в концерте обозначили Струнный квартет № 20 «Хофмайстер» и Квинтет соль минор для двух скрипок, двух альтов и виолончели в исполнении Гайка Казазяна, Ксении Гамарис, Михаила Ковалькова, и Сергея Антонова.
Не таков последний вечер фестиваля. Его герои по традиции выбирают для исполнения то, что пожелают сами, а в миксте из разных эпох, стран, музыкальных языков и художнических стилей выискать концептуальное зерно проблематично. Но нечто объединяющее — можно. Это нечто заключается в самом слове «желание». Музыкант, дай ему карт-бланш, всегда выберет то произведение, с которым его связывают особые отношения, и эти отношения (жаль, не озвученные для публики) способны сообщить исполнению дополнительное измерение.
Для заключительного концерта нынешнего фестиваля флейтистка Екатерина Корнишина выбрала никогда не звучавшие в России «Симфонические сказки» фламандца Питера Бенуа (который и сам по себе для публики фигура за семью печатями). Сергей Антонов выбрал Виолончельный концерт Шумана, маэстро Анатолий Левин — Увертюру к россиниевской «Семирамиде», а  — Концерт для фортепиано с оркестром Грига. Волею судьбы картина сложилась почти целиком романтическая и даже со своей логикой. Фото: пресс-служба фестиваля «Зимние грёзы»
Только что вылетевшая из консерваторского гнезда Екатерина Корнишина — из поколения next. Она красива, раскована и, похоже, открыта самым смелым экспериментам в музыке — что в некоторой мере и отобразил ее выбор. Но «Симфонические сказки» оказались крепким орешком. В дуэте с оркестром солирующая флейта практически не знает передышки, и это при том, что к финалу композитор «обрядит» партию в совсем уж виртуозные одежды. Здесь только смелости и хорошей школы недостаточно. Нужна нешуточная выносливость, которой хрупкой Корнишиной чуть не хватило.
Будто специально, чтобы оттенить эффектное творение Бенуа, Сергей Антонов выбрал Концерт с репутаций суперсложного, но малоэффектного произведения. Элегический виолончельный монолог здесь не требует особой виртуозности, зато требует красоты звука, почти вокальной кантилены, предельной выразительности. И публика это получила, погрузившись с исполнителем в глубины личностных переживаний стоящего уже в преддверии сумерек композитора. Фото: пресс-служба фестиваля «Зимние грёзы»
А потом весьма кстати явился Россини, солнечный гурман, окропляющий «брызгами шампанского» все, на что ни бросит свой взгляд, — даже если это трагедия. Его увертюра к последней в истории опере-сериа, исполненная неизменным участником фестиваля — Концертным симфоническим оркестром Московской консерватории под руководством Анатолия Левина, стала для публики нужным глотком легкого итальянского воздуха. После которого вновь— в романтические глубины.
Именитый Павел Нерсесьян в Москве выступает нечасто. И уже одно это обстоятельство не могло не привлечь на заключительный фестивальный вечер армию меломанов. Пианист, выбравший для исполнения популярнейший Концерт Грига, выткал романтику сдержанную, как некую вещь в себе, готовую «взорваться» эмоциональным фейерверком, но до этой крайности никогда не доходящую. В его Григе читается порода, а в самом пианисте — режиссер, превращающий звук в историю. Или — в штрихи к собственному портрету? Ведь недаром же Нерсесьян вновь и вновь обращается к этому Концерту. Может быть, потому что он — своеобразное альтер эго самого исполнителя. Фото: пресс-служба фестиваля «Зимние грёзы» … Фестивальная картина вышла и многомерной и интересной. Но все кажется, будто ей чего-то не хватает для завершенности. Может быть, тех самых «Зимних грез», что родились у Чайковского, дали название фестивалю и на самом первом прозвучали красивой финальной точкой.
Видео дня. Пенсионерка превратился самоизоляцию в ад для соседей
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео