Ещё

«Приводить „живой бизнес“ к нашим молодым ученым рано» 

Фото: Индикатор
Сколько молодые ученые знают о Стратегии научно-технологического развития России, зачем вообще о ней нужно знать и почему магистрам и аспирантам рано общаться с представителями бизнеса, Indicator.Ru рассказала Анна Щербина, председатель Совета Российского союза молодых ученых.
— Анна, в 2018 году вы провели семинары по популяризации Стратегии научно-технологического развития в четырех городах — Новосибирске, Екатеринбурге, Москве и Махачкале. Расскажите об этом мероприятии.
— Семинары называются «Большие вызовы для молодых ученых». Мы разработали их в рамках проекта «Построение модели привлечения молодежи к развитию приоритетных направлений научно-технологического развития России», поддержанного Фондом президентских грантов. Семинары, как следует из названия, нацелены на аудиторию молодых ученых, среди которых, в зависимости от региона, были магистранты и аспиранты, молодые преподаватели и исследователи, кандидаты и доктора наук. Для подготовки мероприятий мы неизменно взаимодействуем с советами молодых ученых в университетах и научных центрах региона — они выступают как точка сбора и распространения информации, команда поддержки в организации мероприятий. Для каждой новой площадки мы перерабатываем программу семинара, актуализируем информацию и стараемся учитывать опыт предыдущих мероприятий.
— В чем основная задача семинара?
— Мы рассказываем простым языком, что такое Стратегия научно-технологического развития как основа построения государственной политики в области науки, что такое «большие вызовы», как сформулированы приоритетные направления научно-технологического развития, историю разработки документа, зачем вообще нужна Стратегия, какие изменения ждут научное сообщество в рамках новой научной политики. Отдельный блок семинара посвящен тому, чтобы объяснить молодым ученым, где место их конкретных исследований и разработок в решении больших вызовов Стратегии. Это интерактив, в процессе которого участники сначала пробуют рассказать друг другу во время групповой работы, на каком этапе находится их исследование, для чего оно может быть использовано в дальнейшем, как оно масштабируется, как оно может быть передано на более глубокие стадии проработки проекта: от фундаментального исследования к поисковому и прикладному; какие новые продукты, технологии или сервисы будут разработаны, в конечном итоге, с использованием полученных результатов, какие новые рынки сформируются.
Соответственно, ребята сначала работают в группах по три человека, а потом делятся простроенной «технологической цепочкой» со всей аудиторией. Получается интересно: когда они выступают открыто, поступают неожиданные вопросы и даже советы от всей аудитории, оказывается, что возможные области применения результатов исследования шире, чем предполагал сам молодой исследователь, появляются предложения поработать над проектом совместно. То есть выстраивается и коммуникационная история.
Кроме того, мы приглашаем представителей фондов, чтобы они рассказали об актуальном состоянии линеек грантов, какие есть гранты, какие программы поддержки. Также мы делаем обзор всех инструментов поддержки, не только фондовых.
— Теоретическая информация — это хорошо. Могут ли студенты и аспиранты получить какие-то практические советы для получения финансирования? Как правильно оформить заявку, как вообще понять, на какой грант им лучше претендовать.
— Да, конечно, после теоретической части мы переходим к поиску инструментов финансирования для конкретных разработок, помогаем сразу подобрать конкретный инструмент. Иногда это очевидные вещи, а иногда — совсем не тривиальные. Случается, что у некоторых ребят глаза открываются и крылья вырастают. Благодаря обратной связи от советов молодых ученых университетов и научных центров, где РоСМУ проводил семинар, активнее подают заявки, увеличивается и количество полученных грантов.
И еще один блок в семинаре — мастер-класс по написанию заявок. Этот формат работы очень востребован. Участники обсуждают конкретные заявки в тот или иной фонд с экспертом, детально разбирают: почему нужно написать тем или иным образом, как расставить акценты, смотрят конкурсную документацию.
— Вы сказали, что в рамках семинара рассказываете молодым ученым про СНТР. Много ли из них знают о существовании Стратегии?
— Весной этого года мы проводили опрос, в нем приняли участие более 580 человек из 64 субъектов России. Только каждый пятый опрошенный (22%) ответил, что хорошо представляет себе содержание Стратегии, 23% сказали, что знают только о том, что такая Стратегия существует и 12% признались, что узнали о существовании документа только что — из опроса. Самый распространенный (он же — самый психологически комфортный) ответ о том, что представляют себе содержание Стратегии в общих чертах, дали 40% молодых ученых.
Им очень мало известно о том, как реализуется Стратегия на практике. Только 7% опрошенных молодых ученых сказали, что знают по этому вопросу «достаточно». Треть (30%) информированы в «общих чертах», большинству же (59%) мало или совсем ничего не известно о практической реализации Стратегии. И такие результаты мы получили при том, что опрашиваемые исследователи, во-первых, предположительно более информированы, чем другие молодые ученые, в силу своей близости к Советам молодых ученых (мы опрашивали председателей и членов Советов), а, во-вторых, люди все-таки склонны завышать свой уровень информированности при опросе.
В любом случае, это активное сообщество, с которым мы хотим работать. Но среди них были те, кто скептически относится к СНТР. Полагаю, что тут сильно влияние научных руководителей на молодежь. Если руководители считают, что это все — ненужные документы или это все не заработает, то тогда, как мне кажется, этот скепсис передается молодежи. Мы стараемся донести, что от Стратегии идут все линейки грантов. Например, гранты РНФ для молодых ученых первыми были сформированы с опорой на приоритетные направления СНТР, и исследователь должен понимать хотя бы, в какое направление встраивается его проект.
— Студенты этим интересуются? Нет ощущения, что эта информация все-таки больше для аспирантов или даже более взрослых исследователей?
— Нет, и я скажу больше — это интересно даже школьникам. Например, в Новосибирске и Екатеринбурге наши коллеги очень активно работают с детьми. Для примера, в Институте ядерной физики имени Г. И. Будкера РАН совсем недавно проходило своеобразное отчетное мероприятие с участием представителей РНФ, научного сообщества Академгородка и не только.
На презентацию пригласили очень много детей: учеников средних и старших классов школ Новосибирска, им рассказывали — причем довольно популярным языком — о современных достижениях института, достаточно сложных вещах, но так, чтобы школьники понимали, и им было по-настоящему интересно. Потом для ребят провели экскурсии по институту, по крупным лабораториям и наиболее интересным установкам. Видно, что дети интересуются и увлечены.
Как я понимаю, именно поэтому во время нашего семинара в Новосибирске к нам обратилась администрация города с предложением адаптировать и проводить семинар для совсем «молодых ученых». Тем более, что подобный опыт решения «больших вызовов» школьниками всех возрастов без исключения уже был. Наши партнеры, Координационный совет по делам молодежи в научной и образовательной сферах, проводил подобные мероприятия еще в 2017 году, в преддверии Международного фестиваля молодежи и студентов в Сочи.
— Вы провели эти семинары в рамках гранта. А что дальше?
— При поддержке Фонда президентских грантов мы запустили эту активность, получили отличные отклики и запрос от сообщества на проведение семинара в других уголках нашей страны. Теперь мы, наверное, будем думать, как этот запрос реализовывать уже за счет средств университетов, которые готовы инвестировать в подготовку своих молодых ученых. Для Всероссийской общественной организации РоСМУ эта деятельность — уставная, она не связана с извлечением прибыли, а направлена на выполнение социально значимых проектов для сообщества молодых исследователей, преподавателей и ученых. Поэтому мы организуем семинар, контент и приглашаем экспертов, а их работу и логистические издержки сможет оплатить принимающая организация. Здорово, если это будет регион, где достаточно представлены и наука, и образование, тогда на семинар можно собирать не только своих ребят, но и представителей из соседних институтов и университетов.
— Возможно ли провести этот семинар онлайн или это обязательно должно быть лицом к лицу, оффлайн?
— Технический прогресс — это замечательно, особенно если есть хорошая связь с площадкой. Только участники сами должны быть к этому готовы. Я обращала внимание, что студенты лучше воспринимают материал именно при контактной работе. Более того, ребята могут подойти к эксперту и обсудить с ними важные вопросы или детали. Во время групповой работы наши эксперты ходят по аудитории, слушают группы, помогают. Их работа построена так, чтобы лично присутствовать в аудитории. В онлайне это пока сложно реализовать. Но, в принципе, можно записать какие-то блоки семинара, сделать видеокурс.
— Вы сказали, что активно работаете с советами молодых ученых. Сколько это регионов, сколько ученых?
— Сложно ответить однозначно, поскольку существует большое количество советов молодых ученых очень разного уровня по всей России, и это — не простая вертикальная иерархия. В академическом сообществе свои советы молодых ученых (в институтах они существовали еще в советское время, какой-то период после перестройки эта деятельность приостановилась, а после 2007 года обновленные советы снова начали активно действовать); в отделениях Российской академии наук свои советы; есть объединяющий совет академического сообщества — Совет молодых ученых РАН; есть советы в университетах и в научно-производственных объединениях; есть ведомственные советы молодых ученых и специалистов, ассоциации и студенческие научные общества, а также советы молодых специалистов, созданные при областных и краевых администрациях. У нашего Российского союза молодых ученых есть множество региональных отделений по стране. Есть Президентский совет молодых ученых — Координационный совет по делам молодежи в научной и образовательной сферах при Совете при Президенте РФ по науке и образованию, партнер нашего проекта. Так что можно отметить, что система советов очень большая и сложная, а их деятельность востребована.
— Вы привлекаете бизнес к вашим семинарам? И надо ли это делать?
— В этом проекте к участию в семинарах бизнес мы не привлекали, это не было целью наших мероприятий. Кроме того, мы работаем еще на той стадии, когда должны объяснить азы. Мы, безусловно, упоминаем предприятия реального сектора, когда эксперты обсуждают Федеральную целевую программу «Исследования и разработки», тогда обязательно возникает понятие «индустриальный партнер». Как мне кажется, приводить «живой бизнес» к нашим молодым ученым рановато, они еще не готовы. Понимаете, к нам приходят студенты-магистранты, многие из них еще не понимают, какие вообще инструменты финансирования и поддержки можно привлечь. Их проект — это дипломная работа, или они только начинают участвовать в проектах своих руководителей. Наша задача — дать им возможность в целом увидеть ландшафт, открыть глаза на то, что сами они тоже могут делать науку. Вот такая просветительская задача у семинара.
Хотя, если в университетах в образовательный процесс интегрировать технологическое предпринимательство, то можно будет приглашать бизнес к самым молодым представителям сообщества. Но это будет уже иной формат работы, другой семинар. На что, кстати, нацелены многие институты развития в рамках своих программ поддержки молодежного инновационного сообщества. Сейчас, как я вижу, научная молодежь не готова идти на взаимовыгодную коммуникацию с бизнесом.
— Вот вы провели семинар, рассказали про Стратегию, про гранты. Проводится ли потом какой-то опрос, налаживается ли обратная связь о том, как участники семинара воспользовались информацией? Подали ли они заявку на грант, изменили ли как-то свое исследование? Или вы рассказали — и на этом работа закончена?
— Мы стараемся отслеживать эффект. Во-первых, сразу после проведения семинара мы собираем анкету обратной связи. Участники делятся своими впечатлениями о полученной информации, предлагают новые темы, рекомендуют учесть те или иные замечания на будущее. Во-вторых, благодаря взаимодействию с советами молодых ученых и представителями администрации организаций, на базе которых мы уже провели семинары, мы можем оценить пост эффект. Например, в Екатеринбурге мы были в Уральском федеральном университете, и коллеги, спустя несколько недель, сообщили нам, что в рамках очередного конкурсного пула в Российский фонд фундаментальных исследований было подано заявок больше обычного. Молодые исследователи смелее пишут заявки, когда понимают, как это делать. И я очень благодарна Фонду президентских грантов за поддержку нашего проекта и всей нашей команде за терпение, талант и успех.
Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс. Новостей и читайте нас чаще.
Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео