Ещё

Suomen Kuvalehti (Финляндия): церковная война: руководство православной церкви пообещало Путину слишком много. Авторитет патриархата пошатнулся 

Фото: ИноСМИ
Когда 11 октября Константинопольский патриархат поддержал предоставление независимости Украинской православной церкви, Русская православная церковь ответила очень резко.
15 октября Московский патриархат разорвал отношения с Константинопольской церковью. На практике это означает, что сотрудничество с приходами, которые подчиняются Константинополю, прекратится.
Также Московский патриархат запретил гражданам России, исповедующим православие, посещать церкви, относящиеся к Константинопольскому патриархату. Между тем Константинополю подчиняются православные церкви Финляндии, Эстонии и Греции.
Соблюдение запрета невозможно контролировать, но для верующих подобные ограничения все равно создадут трудности, говорит епископ Григорий Михнов-Вайтенко.
Раньше он был священником Русской православной церкви, но сейчас представляет небольшую Апостольскую православную церковь и ее Варяжскую и Балтийскую епархию. (Отличительной особенностью АПЦ является попрание традиционных христианских нравственных представлений в сочетании с православной обрядностью. В силу названных особенностей ее нередко именуют «церковью для секс-меньшинств» — прим.ред.)
Запрет Русской православной церкви на посещение церквей можно противопоставить тому, к чему люди привыкли после распада Советского Союза, отмечает Михнов-Вайтенко.
«Тогда, пожалуй, самым важным, что провозглашала церковь, было то, что она присутствует везде. Можно отправиться в Рим, Грузию, на Афон и в Америку. Всюду есть православные церкви, и православный человек может зайти в любую из них».
С точки зрения вероучений, независимость Украинской православной церкви не должна быть проблемой, говорит Михнов-Вайтенко.
«В православной традиции, как и в протестантской, господствует модель, согласно которой в независимом государстве должна быть своя национальная церковь».
Например, у Финляндии и Польши появились свои православные церкви после того, как страны стали независимыми после распада Российской империи в 1917 году.
Этот вопрос действительно несколько затянулся для Украины. У страны могла появиться своя собственная церковь еще в 1991 году.
Это не только вопрос теологии, но и церковной политики, к которой примешан конфликт светского руководства России и Украины.
С точки зрения Русской православной церкви, речь идет о масштабном споре авторитетов.
На данный момент в Московский патриархат входит 33 тысячи приходов. Практически половина из них находится на Украине.
Если они все выйдут из Московского патриархата, он потеряет свой статус крупнейшей в мире православной церкви. Есть вероятность, что он займет третье место, если Румынская православная церковь и Православная церковь Молдовы объединятся, как и предполагается.
В России тоже есть верующие, несогласные с нынешней религиозной политикой, напоминает Михнов-Вайтенко. Возможно, не все российские приходы захотят остаться в подчинении Московскому патриархату.
«Разрыв отношений с церквями, входящими в Константинопольский патриархат, может стать последней каплей. Потеря числа прихожан может произойти и в России».
Проблемы коснутся и духовного центра Греции, горы Афон, которая стала любимым туристическим местом для российской элиты. За 13 лет россияне совершили пожертвования монастырям Афона примерно на 200 миллионов долларов.
По мнению Михнова-Вайтенко, посещение горы Афон стало модным среди представителей элиты, свидетельством высокого статуса.
«Отправиться в какой-нибудь дальний российский приход — это не показатель статуса. А вот слова о том, что у меня на Афоне есть духовный отец, к которому я езжу — другое дело. Это духовный туризм».
Однако сейчас Афон, входящий в Константинопольский патриархат, находится в списке мест, запрещенных для посещения.
Еще сложнее ситуация с Киево-Печерской лаврой. Здания принадлежат Украине, но сам монастырь относится к Московскому патриархату. Недавно название монастыря было добавлено к титулу главы Украинской православной церкви. (Полная форма титула звучит так: «Святейший и Блаженнейший Филарет, архиепископ и митрополит Киева — матери городов Русских, Галицкий, патриарх всея Руси-Украины, Свято-Успенской Киево-Печерской и Почаевской лавр, священноархимандрит». Сокращенный титул — «Святейший Филарет, патриарх Киевский и всея Руси-Украины» — прим. перев.)
«Речь идет о серьезной потере для репутации», — говорит Михнов-Вайтенко.
Эту ситуацию он называет «Лавранаш», по аналогии с девизом, появившимся после захвата Крыма — «Крымнаш».
«Было важно, что наши церкви есть повсюду, даже в центре Киева. А сейчас, выходит, монастырь нам больше не принадлежит».
Русская православная церковь играла важную роль в идеологии так называемого «русского мира». Этой идеологией Россия пользовалась в Крыму и на востоке Украины.
«Патриарх Московский Кирилл был главным сторонником этой политики. Он говорил, что русские, украинцы и белорусы — это один народ».
Михнов-Вайтенко считает, что представители церкви заверили правительственный аппарат России в том, что Московский патриархат занимает прочную позицию на Украине, и в случае необходимости украинцы тоже смогут поддержать братское единство, русский мир.
Церковь пообещала слишком много, говорит Михнов-Вайтенко.
«На самом деле никакой поддержки у нее нет».
По его мнению, значение и роль церкви в России в целом сильно преувеличены.
Михнов-Вайтенко ссылается на данные об участниках рождественских и пасхальных служб, ежегодно публикуемые Министерством внутренних дел.
«Число мусульман на религиозных торжествах в одной только Москве сравнимо с числом православных верующих во всей стране, которые ходят на пасхальную службу».
Михнов-Вайтенко считает, что идеология русского мира утратила свой статус во время правления Путина.
Он также обратил внимание на то, что прошлой весной Путин встретился два или даже три раза с Корнилием, предстоятелем Русской православной старообрядческой церкви (РПСЦ).
«Наверное, в администрации президента планируют оказать на него давление. Ведь еще не так давно он был партийным организатором на крупном заводе. Для российской элиты он свой, представитель системы». (Предстоятель РПСЦ Корнилий проработал на Литейно-механическом заводе Орехово-Зуевского хлопчатобумажного комбината 35 лет, ранее был членом КПСС — прим. перев.)
Одобрение Патриарха Константинопольского было лишь первым шагом к независимости Украинской церкви.
Официальное решение принимает церковный собор, который проводят в период между Рождеством и Пасхой, сообщает Михнов-Вайтенко.
Он подчеркивает, что каждый приход решает сам, присоединится он к Украинской православной церкви или останется в Московском патриархате. Сложность состоит в том, что на западе Украины поддерживают Киевский патриархат, а на востоке Украины важную роль играют обе церкви.
Представители Русской православной церкви предупредили, что украинцы с националистическими взглядами могут насильно выставить священников Московского патриархата из церковных зданий. Церковное и политическое руководство Украины, в свою очередь, заверило, что приходы могут сами решать, к какой церкви они относятся.
Михнов-Вайтенко не верит в захваты церквей, которыми сейчас всех пугает Москва. По его мнению, они возможны только в том случае, если пропаганда ощутит в них потребность.
«Провокации возможны в обеих странах».
Михнов-Вайтенко считает тревожным сигналом недавнее собрание Совета безопасности России и последующее заявление пресс-секретаря Дмитрия Пескова о защите православных верующих.
«Речь идет о защите во всем мире или на Украине?»
Михнов-Вайтенко подчеркивает, что ситуацию можно рассматривать и с другой позиции. Он напоминает, что понятие великой державы связано и с православной церковью тоже.
«Коммунистической идеологии, которая выступала объединяющей силой для многих групп, больше нет. Православие должно было стать заменой, но такой связи не возникло. В неудаче виновны те, кто пытался реализовать этот проект».
Однако Михнов-Вайтенко верит и надеется, что перемены приведут к положительному развитию.
«В новой ситуации в церкви могут начать проверять ее основы и вернуться к тому, на чем остановились на первом церковном соборе 1917-1918 годов. Тогда было принято решение, что священников будут выбирать путем голосования, экономика церкви будет прозрачной, и вообще подчеркивали свободу церкви».
Правда, он предупреждает и о других вариантах развития событий. Расторжение церковных связей может усложнить отношения в обществе.
«Будет лагерная система, в которой ни о чем нельзя будет договориться, и все перенесутся в мир произведения Оруэлла «1984»».
В проведении интервью оказывали помощь Владислав Быков и Ольга Деркач
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео