ТАСС 24 октября 2018

Посол Белоруссии в Китае: Минск взял курс на открытость

Фото: ТАСС
Посол Республики Беларусь в Китае Кирилл Рудый в эксклюзивном интервью ТАСС рассказал о том, как его страна первой из состава СНГ подписала с КНР соглашение о безвизовом въезде, какое значение это имеет для отношений Минска и Пекина и как развивается беларусско-китайское сотрудничество в различных областях.
— Кирилл Валентинович, ваша страна первой из стран СНГ заключила с Китаем соглашение о безвизовом въезде. Расскажите, пожалуйста, чем руководствовались стороны при заключении этого соглашения.
— Соглашение подписано в рамках саммита ШОС в Циндао 10 июня на двусторонней встрече лидеров Беларуси и Китая. Этому предшествовала соответствующая работа. Конечно, как и у наших соседей, стран СНГ, так и у нас были свои скептики. Звучали неформальные предположения, что сразу чуть ли не начнется «китайская экспансия», будет переселение масс людей. Но если трезво подходить к этому вопросу, то понятно, что Китай по уровню, например, среднемесячных зарплат, превосходит Беларусь, да и те, кто выезжает, — это, как правило, обеспеченные китайцы. Да и главные направления туристических поездок у них — азиатские страны, а доля туристов, которые, например, едут в Россию, небольшая. Кроме этого, у нас нет общей границы с Китаем, только один прямой авиарейс из Пекина три-четыре раза в неделю. Все эти факторы позволили спокойно подойти к оценке ситуации.
В целом Беларусь взяла курс на открытость. Мы ввели пятидневный, затем 30-дневный транзитный безвизовый режим. 14 февраля 2018 года ввели 14-дневный безвиз с Гонконгом, с 2016 года у нас действует безвиз с Макао на 30 дней. И дело здесь не только в туризме, но и в более широких возможностях. Ведь каждый китайский турист — это потенциальный предприниматель, который приедет, увидит и сам найдет, где приложить средства, как бы мы ни пытались навязать ему наше видение. Наше дело, если поток начинается, то его поддержать увеличить. Снятие визовых ограничений — это все равно не причина поехать в страну. Это просто барьер, который снят. Так же, как валютные ограничения, — если их снимают, еще не значит, что инвестиции потекут в страну. Есть другие факторы, в силу которых люди выбирают поездку в Беларусь.
Безвиз — это для нас и вопрос узнаваемости в Китае. Теперь китайцев на каком уровне ни спросишь — да, это страна, которая ввела безвизовый режим. Звучат комплименты. «Вы мыслите уже не вчерашним, а сегодняшним днем».
— Есть ли первые итоги?
— По статистике наших пограничников, начиная с 10 августа — первого дня фактического введения безвизового режима — по 1 октября, в прошлом году за этот период границу пересекли 3848 китайских граждан, в этом году 5633 человек. Прирост 146%. Но нет прироста в 10 или 20 раз. Кроме того, у нас есть прямой рейс из Пекина в Минск: в период с 10 августа по конец сентября количество пассажиров не только не увеличилось, но и упало. С одной стороны, это кивок в сторону китайской авиакомпании Air China, с ее ценовой политикой. С другой стороны, это говорит о том, что основной поток тех, кто приехал, — это китайцы, которые из других государств решили, путешествуя, заехать в нашу страну. Поэтому Беларусь не рассматривается для Китая как некая точка для конечного пребывания — мы для них транзитная страна.
Китайцы любят приехать, пофотографироваться. Чаще всего едут за покупками, в том числе дорогих, брендовых товаров. У нас в Беларуси нет Louis Vuitton, нет Prado, поэтому к нам интерес природный — посмотреть на красивую «равнинную» природу. У нас присутствует какой-то элемент «красного» туризма, военного туризма — Великой Отечественной войны. Это быстрые впечатления, после которых они едут во Францию, Италию, ОАЭ для закупок. Совершенно иные ценности сейчас у китайского туриста.
Есть еще одна интересная особенность. Мы думали, что с отменой визового режима туристические компании массово бросятся налаживать отношения. Но первая реакция была обратной, поскольку раньше многие туристические компании, в том числе китайские, зарабатывали на том, что помогали китайцам оформлять визы — заполнять анкеты, и брали за это свои комиссионные. Сейчас, когда эта ниша пропала, уровень доходов туркомпаний немного «смещается» — надо больше уделять внимания качеству туристических услуг в самой Беларуси — речь идет об особенностях питания, пребывания.
— Складывается впечатление, что Китай во внешней политике вашей страны занимает особое место. Так ли это? Способствуют ли развитию белорусско-китайских отношений дружеские связи, сложившиеся между лидерами двух стран?
— О политической сфере мы можем судить по взаимным визитам — это важный индикатор политического сотрудничества. У нас президенты [Беларуси и Китая] встречаются ежегодно. Я в Китае в качестве посла с 2016 года. Был уже госвизит президента в сентябре 2016 года, в мае 2017 года был в Пекине форум «Один пояс, один путь» — приезжал наш президент и встречался с председателем КНР Си Цзиньпином. В этом году прошел форум ШОС в Циндао — там тоже была встреча [на уровне глав государств], были встречи и на площадках ШОС в третьих странах. Ежегодные встречи президентов — это «ледоколы», которые прокладывают путь. Проходят и заседания межправительственных комитетов, комиссий. В этом году у нас было еще два больших визита — вице-председателя Китая Ван Цишаня, и Чжао Лэцзи — главы Центральной комиссии КПК по проверке дисциплины. Все это визиты высокого уровня, подчеркивающие, что формируется устойчивое отношение к Беларуси в высших эшелонах власти Китая.
Белорусский президент имеет большой опыт работы с Китаем, и еще до того, как стал президентом, исходя из его высказываний, он проникся уважением к Китаю, к опыту развития китайской экономики и создания специальных экономических зон. У него сформировалось достаточно четкое и глубокое убеждение в важности развития белорусско-китайских отношений.
Что касается Си Цзиньпина, у нашего президента сложились с ним очень дружественные личные отношения еще до того, как тот стал председателем КНР. Он еще в 2010 году приезжал в Минск в статусе заместителя председателя КНР — были длительные формальные и неформальные беседы. Там, кстати, родилась идея создания в Беларуси индустриального парка «Великий камень». Поэтому политическая атмосфера, она, безусловно, играет важную роль в белорусско-китайских отношениях.
Кроме того, знают его семью — у простых китайцев есть симпатии и к его младшему сыну. Поэтому у нас взаимные хорошие отношения. Мы даже иногда проводим параллель, что в Азии есть Пакистан, который исторически дружит с Китаем, ну, а мы за 26 лет дипотношений постепенно стали таким надежным другом и соратником Китая в Европе. Вся эта политическая атмосфера уже впиталась и в простых белорусов — все знают, что наши страны и главы двух государств дружат.
— Расскажите, пожалуйста, про индустриальный парк и вообще про «китайские плацдармы» на белорусской территории, какова модель практического сотрудничества?
— За основу индустриального парка взяли опыт китайско-сингапурского парка в Сучжоу — модель межправительственной формы организации, где кураторами выступают правительства двух стран. Есть управляющая компания развития индустриального парка, которая строит инфраструктуру. Есть и администрация парка, которая регистрирует компании. Поскольку для нас это новый опыт, то потребовалось пройти «притирку», сформировать доверие друг к другу. Конечно, много было скептиков, тем более что мы строим настоящий «гринфилд» (проект «с нуля» — прим. ТАСС), буквально в лесу.
Честно вам скажу, что четыре года назад я был одним из скептиков, и когда еще работал в администрации президента, то сам критиковал за низкие темпы, даже приводил пример Сколково, дескать, посмотрите, как там быстро развивается. Но сейчас, если посмотреть на цифры, мы увидим, что у нас в индустриальном парке уже зарегистрировались 38 резидентов. Если в 2016 году был зарегистрирован только один новый резидент, то в 2017 году было зарегистрировано 15 новых резидентов. А за девять месяцев текущего года добавилось еще 16 новых резидентов. Есть динамика.
Приходят компании в основном машиностроительной направленности, «Вэйчай», которая выпускает моторы, вместе с нашим МАЗом. Компания «Синьчжу» из провинции Сычуань (Юго-Западный Китай), которая имеет производство конденсатов для использования в автомобилестроении. Одна из дочерних компаний «Ситик» по производству роботов. Из 38 компаний, которые есть у нас в индустриальном парке, порядка 20 китайских, остальные — из других стран. Есть компании из США, из Европейского союза — ФРГ, Литвы, России, есть белорусские компании.
В целом мы позиционируем парк как высокотехнологичный открытый индустриальный международный кластер, не замыкаясь только на китайской направленности, как и на белорусской. У нас в Беларуси сохранилась промышленность, она развивается, есть рынки сбыта. Поэтому у нас основная идея — создать в парке новые индустрии и высокотехнологичные производства. Поскольку белорусский рынок маленький, и, скажем, «движется пока в сторону» — не падает, но и не растет такими темпами, что бы позволило создавать высокие технологии, а российский рынок относительно Китая — это как южная провинция Гуандун или восточная Шаньдун, поэтому для нас наиболее заманчив сам китайский рынок. И если продукция парка будет пользоваться какими-то благоприятными условиями по реализации в Китае, это привлечет в парк наибольшее количество высокотехнологичных компаний, которые могли бы свои технологии разрабатывать и реализовать их в Китае. Поэтому наша нацеленность в этом индустриальном парке — на открытость.
В прошлом году появился третий соакционер парка — это германская компания из Дуйсбурга (западная часть ФРГ). Поэтому сейчас это уже китайско-белорусско-немецкий парк. Масштабы парка достаточно большие, территории у нас хватает, мы развиваемся этапами. Инфраструктура создается, законодательство сформировано, сейчас этап привлечения резидентов. В следующем году у нас запланировано проведение международного форума в индустриальном парке. Мы презентуем там парк более широко, чтобы люди приехали, посмотрели и развеяли все стереотипы, которые сложились 20−30 лет назад о Китае, и посмотрели, что Китай создает в других странах.
— А как развиваются культурные, гуманитарные связи?
— Этот год мы объявили годом туризма Беларуси в Китае. Под это была осуществлена отмена виз, и, безусловно, это дало определенный толчок в количестве туристов. Мы регулярно проводим форумы.
Что касается следующего года, то мы планируем объявить его годом образования. Потому что те люди, которые непосредственно «работают руками», продвигают двустороннее сотрудничество на рабочем уровне — это, как правило, бывшие выпускники, кто когда-то учился либо в Беларуси, либо в Китае. Это фундамент, и чем больше у нас будет таких людей, тем больше будет выбор для многостороннего сотрудничества.
Китай открывает в мире и в Беларуси институты Конфуция, классы Конфуция — это один из элементов распространения китайской культуры и языка. Для нас это возможность учить настоящий китайский язык. С другой стороны, мы здесь, в Китае, создаем центры изучения Беларуси, когда в рамках инициативы «Один пояс, один путь» китайские студенты, преподаватели для более глубокого познания региона посвящают себя изучению белорусского языка. В некоторых китайских университетах есть специальность «белорусский язык», например, в Тяньцзиньском институте иностранных языков. 18 сентября мы открыли в Тяньцзине, в этом университете, первый памятник белорусу в Китае — белорусскому поэту Якубу Коласу.
— Не мешают ли какие-то санкции, столь широко распространившиеся в современном мире, не подрывают ли они китайско-белорусские отношения?
— Наоборот. Для малой страны это шанс! Особенно благодаря инициативе «Один пояс, один путь», железнодорожным контейнерным перевозкам, они у нас выросли по сравнению с 2015 годом, количество поездов — в десять раз, которые идут транзитом, количество контейнеров — в четре-пять раз.
Китай открывает свой рынок, у нас поставки продуктов питания выросли за восемь месяцев этого года в пять раз. Молока — в девять раз. В Европе, и среди стран СНГ мы единственные, кто прошел весь путь сертификации в Китае по говядине, птице. По молоку у нас порядка 50 компаний. Мы выполнили все карантинные требования — там довольно длительная процедура, но это доказательство хорошего качества нашей продукции. Она уже поступает на китайский рынок, и простой китаец может попробовать нашу говядину.
У нас впервые стала меняться структура торговли с Китаем, структура экспорта. Если раньше, в 2015 году, порядка 80% в нашем экспорте был калий, то сейчас, по итогам восьми месяцев, 57%, все остальное — продукты питания. Увеличивается доля деревообработки. У нас в Беларуси есть заводы, которые выступают в качестве поставщиков для IKEA в Китае.
В целом, санкции как-то «проносятся» над нами. У нас страна небольшая, и мы выстраиваем с Китаем свои отношения, особые, и идем по «магистрали открытости». Может быть, как-то «против ветра» гребем, но сами и в своем направлении. Мы открываемся — доказательством тому служат «безвиз», торговля и индустриальный парк. Это касается и гуманитарной сферы, всех направлений.
Беседовал Андрей Кириллов
 Ещё 2 источника 
Комментарии
Читайте также
Выставка работ современных художников откроется в музее «садовое кольцо»
Когда спилят старое дерево на кладбище? Спроси «КИ»
Алкаши и наркоманы всех мастей бросились к гробу Осина
К столетию Башкирии в Шаранском районе построят ФОК
Последние новости
Друзья и коллеги простились с Евгением Осиным
В МВД предложили сделать действие вида на жительство для иностранцев бессрочным
"Аэрофлот" лишил миль главу фонда "Нужна помощь" Алешковского за негативные публикации