Ещё

Популистская волна докатилась до Южной Америки 

Популистская волна докатилась до Южной Америки
Фото: Деловая газета "Взгляд"
В прошедшие выходные в двух разных частях земного шара состоялись электоральные события, которые продемонстрировали, что так называемая «популистская волна» в мире отнюдь не ослабевает. Наоборот, ее сила, по всей видимости, была сильно недооценена. Она докатилась до таких уголков нашей планеты, где ее прихода почти никто не ожидал.
В субботу 6 октября состоялись парламентские выборы в , а днем позже нового президента выбирали граждане .
Понятно, что в  с куда большим вниманием следили за развитием событий у нашего ближайшего соседа. Прежде всего потому, что в выборах участвовали сразу две партии, которые время от времени именовали пророссийскими — «Согласие» и «Русский союз Латвии».
Партия «Согласие» (в англоязычной прессе ее название переводят как «Гармония») заняла первое место, но набрала менее 20% голосов, что не позволяет ей эффективно влиять на формирование нового правительства. На втором месте — KPV LV (буквально: «кому принадлежит страна») с результатом 14%.
Правящая коалиция с треском проиграла выборы. Ни одна из партий, ее составляющих, не вошла даже в тройку «призеров», включая «Союз „зеленых“ и крестьян» нынешнего премьер-министра Мариса Кучинскиса.
Правда, и победители вряд ли смогут договориться о создании новой коалиции. На представителей KPV LV и «Новой консервативной партии» (НКП) уже в воскресенье стали оказывать сильное давление с целью не допустить их альянса с «Согласием».
Скорее всего, «итальянского чуда» в Латвии не произойдет. Напомню, что после мартовских выборов в  правым и левым популистам (партии «Лига» и движению «Пять звезд») удалось после долгих согласований сформировать коалиционное правительство, за бортом которого остались все политические «ветераны».
Видимо, не суждено случиться в прибалтийском государстве и «австрийскому дрейфу», в ходе которого Австрийская народная партия существенно обновила свою программу и состав руководства (лидером партии стал нынешний федеральный канцлер, 26-летний Себастиан Курц) и после выборов октября 2017 года пошла на союз с правыми евроскептиками из Партии свободы.
Уже в воскресенье агентство Bloomberg с удовлетворением сообщило, что в Латвии «популистский подъем так и не смог отстранить от власти прозападных центристов». Латышская же пресса написала о желании НКП и KPV LV возглавить правящую коалицию, в которой не будет «Согласия».
Разумеется, процесс создания коалиционного правительства весьма тернист и потому долог. Может случиться всякое, но вероятность образования альянса «Согласия», НКП и KPV LV (с политической точки зрения логичного) все же невелика — слишком сильное давление оказывается сейчас на политиков в .
А вот в Бразилии для истеблишмента точно все кончено. Хотя оппозиционер-популист Жаир Болсонару — которого уже окрестили «бразильским Трампом» — не смог победить в первом же туре президентских выборов (ему не хватило всего лишь 3.5%), практически никто ни в стране, ни за ее пределами не сомневается в том, что 28 октября (именно тогда состоится второй тур) Болсонару станет избранным главой государства.
На первый взгляд, мало что роднит политические процессы, проистекающие в Южной Америке и на побережье Балтийского моря.
Когда социологи пару месяцев назад начали публиковать данные опросов, согласно которым и победа Жаира Болсонару, и первое место «Согласия» были делом решенным, эксперты интерпретировали настроения избирателей в двух странах по-разному.
В Бразилии все объясняли «усталостью от социализма». Сюда можно прибавить «усталость» от коррупции, избыточных административных барьеров для бизнеса и самоуправления, от преступности, инфляции и т.д. И все это верно. Но только отчасти.
Рост популярности «пророссийской» партии в Латвии объясняли изменением ее программы. По мнению многих аналитиков, «Согласие» перестала быть политической силой, представляющей интересы исключительно латвийских русских, привлекла на свою сторону многих этнических латышей, что и позволило ей улучшить свой результат по сравнению с предыдущими выборами. Но и это верно лишь отчасти.
И партия Болсонару, и тройка победителей выборов в Латвии выступили с отчетливо просматривающейся национал-популистской повесткой.
В крошечной прибалтийской стране, практически во всем зависящей от  и , эта повестка была гораздо менее выраженной. Но все-таки скепсис в отношении Брюсселя — и в целом глобальной элиты — высказывался открыто.
Особенно ярко это было видно даже не по программе «Согласия», а по тем вопросам, на которых заостряли внимание избирателя НКП и KPV LV. Последнюю под конец предвыборной кампании в Европе даже стали называть «популистской партией».
Прибалтика — это не Италия, не Австрия, не Венгрия, не Нидерланды и не Франция. Полноценные антиглобалисты-евроскептики здесь появятся позднее всех остальных стран Старого Света.
А вот на другом конце земного шара, в Южной Америке, произошел очень серьезный политический сдвиг.
Еще пять-семь лет назад левые здесь казались непобедимыми. Президент Луис Инасиу да Силва («Лула») был любим не только в своей родной Бразилии, но и на всем континенте, уступая в популярности, пожалуй, лишь .
Однако преемница Лулы начала стремительно терять рейтинг практически сразу после избрания. Как только левое правительство лишилась харизмы «народного президента» Да Силвы, за ним стали подмечать огрехи, на которые раньше если и обращали внимание, то не ассоциировали напрямую с властью.
Очень быстро выяснилось, что социальные программы Лулы были плохо просчитаны. Кроме того, правительство оказалось насквозь коррумпированным.
Коррупция вкупе с нестабильным экономическим ростом, инфляцией, засильем бюрократии и разгулом преступности стали приговором «народному президентству» и «леволиберальному выбору» крупнейшей страны Южной Америки.
По сути дела, правый популизм возник на политическом поле Бразилии точно так же, как в США и Европе — с поправкой на латиноамериканскую специфику и значительно более низкий уровень жизни.
Один из идеологов глобализма в своих работах доказывал, что популизм является «болезнью» исключительно западных обществ, которые испытали на себе последствия массовой миграции из Африки и Ближнего Востока. Таким образом, по мнению Закарии, он не мог возникнуть ни в Латинской Америке, ни в Азии, ни в такой специфической стране как Латвия.
При этом пример Индии, где после долгого правления клана Ганди к власти в 2014 году пришел националист , Фарид Закария старательно игнорировал.
Прав оказался его идеологический противник, бывший главный стратег администрации Трампа , который не только указывал на политику правительства Моди, но и утверждал: «Этот (право-популистский — Д. Д.) бунт является глобальным. Я думаю, мы увидим его и в Латинской Америке, и в Азии. Думаю, мы уже увидели его в Индии».
Что ж, вот пророчество и сбылось. То, что в Латвии и в Бразилии произошли сходные события (с разным, ввиду различных обстоятельств, результатом), видно прежде всего по реакции на них глобальной элиты и мейнстримной прессы.
Зазвучали уже привычные мантры. За «популистской волной» стоят русские, а сами популисты являются «расистами», «фашистами» и «женоненавистниками».
Глава выступил в воскресенье с неожиданно жесткой речью, в которой обвинил Россию в том, что она «делает все возможное, чтобы подорвать единство ЕС».
Туск, в частности сказал: «Результаты (голосования — Д. Д.) в Риге могут стать поворотным моментом в развитии ситуации в данном регионе. Этот поворот был спланирован в Кремле, а не в Европе». Еврочиновник добавил, что исход выборов в Латвии «вселяет в него тревогу».
Ну а Жаира Болсонару, как и  в США, практически вся западная пресса (равно как и главный телеканал Бразилии Globo) обвиняет в «любви к диктаторам», «ксенофобии», «токсичной маскулинности» и намерении «задушить демократию».
Справедливости ради стоит отметить, что «бразильский Трамп» отметился весьма спорными высказываниями, которые вряд ли бы могли прозвучать из уст даже неполиткорректного американского президента. И полностью на латиноамериканский темперамент их не спишешь — за год до выборов Болсонару заметно смягчил свою риторику.
Так или иначе, но в Бразилии сработала та же схема, что и в США. Избиратель, недовольный «гениями-технократами», выбрал для себя несистемного лидера, эдакого политического хулигана, способного бросить вызов истеблишменту и победить, невзирая на черный пиар и противодействие мейнстримных СМИ.
Очень схожи и социально-экономические программы Трампа и Болсонару. Впрочем, связывает их не только это. В формировании программы последнего прослеживается отчетливый американский след. Но ни , ни  тут ни при чем.
Уже упомянутый нами Стивен Бэннон стал неофициальным советником бразильского популиста. Сын Жаира Эдуардо (принимающий самое активное участие в кампании отца) в августе 2018 года побывал в США и выложил в своем твиттере фото с американским другом. Подпись гласила: «Мы несомненно будем стремиться объединить наши усилия, особенно в борьбе с культурным марксизмом».
«Культурным марксизмом» Бэннон называет навязывание самым разным народам «универсальных» либеральных ценностей и разрушение национальных индустрий.
Каким будет популизм с бразильским колоритом, нам еще только предстоит узнать. Почти наверняка он будет существенно отличаться от европейского и североамериканского.
С уверенностью можно сказать одно. Нынешние выборы в Бразилии — не проходное событие. Во-первых, речь идет о немаленькой экономике (7-8 место в мире). А во-вторых, антиглобалистская повестка теперь будет окончательно легитимирована в рамках и Большой Двадцатки.
Видео дня. Кому из звезд шоу-бизнеса не достанется МРОТ от государства
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео