Ещё

Хабаровск встретил интервентов из США и Японии хлебом и солью 

Фото: Хабаровский край сегодня
В ночь с 4 на 5 сентября исполнилось ровно 100 лет со дня начала иностранной интервенции в Хабаровске. Тогда в город вступили передовые отряды атамана Калмыкова, за которыми следовали японцы, американцы и даже китайцы, сообщает ИА «Хабаровский край сегодня». Хлебом и солью Революционные вихри 1917 года Хабаровск затронули только в декабре, когда на съезде учредили Дальневосточный крайсовет. Орган власти, в принципе, демократический, основанный на земствах — органах местного самоуправления. Только в апреле 1918 года к власти и тут пришли большевики. Дальневосточный крайсовет превратился в Дальсовнарком. Его возглавил будущий (и единственный) глава буферной просоветской Дальневосточной республики Александр Краснощёков. Но только в купеческо-чиновничьем Хабаровске опора у «красных» была шаткой. В ночь с 4 на 5 сентября 1918 подходящие из соседнего Приморья войска атамана Ивана Калмыкова и шедших вслед за ними японских и американских интервентов Хабаровск встретил без боя.
— Утром 5 сентября в районе Красной речки появляются передовые части особого казачьего отряда Калмыкова и японская кавалерия. Вперёд интервенты всегда пускали русских, чтобы поддерживать иллюзию, будто это местные силы освобождают свою землю от большевиков, а их лишь поддерживают заграничные союзники, — рассказывает историк Алексей Колесников.
Большевики организовали эвакуацию ценностей, вооружения, красногвардейцев, партийных работников и членов их семей. Вечером 4 сентября на нижнем базаре, где нынешний речной вокзал, организуется погрузка на баржи, и этот караван спешно уходит в сторону Благовещенска. На рассвете 5 сентября в Хабаровск вошла конница атамана Калмыкова. За казаками входит 12-й кавалерийский полк полковника Мияути, за ним — части американского экспедиционного корпуса.
— Хабаровск калмыковцев и интервентов встретил в буквальном смысле слова хлебом и солью. На вокзале их приветствовали от имени горожан представитель городского управления Сергей Бабиков с красивой окладистой бородой и представитель хабаровской интеллигенции Марк Азадовский, который позже станет крупным советским учёным, — продолжает Алексей Колесников.
Калмыков (второй справа) и японцы. Хабаровск 1918 г.
Восплакали по большевикам
Но хабаровские обыватели, которые ждали от новой власти порядка и умиротворения, жестоко обманулись. Калмыков с иностранной поддержкой, как писал очевидец, «завернул такой режим, что население восплакало по большевикам». Первым делом Калмыков отметился расправой над пленными австро-венгерскими музыкантами (они, этнические немцы, призванные с территории нынешней Чехии, попали во время Первой мировой войны в лагерь под Хабаровск, да так тут и застряли). Их по его приказу расстреляли и даже, вроде бы, сбросили в Амур со знаменитого хабаровского утёса (о чем долгое время гласила мемориальная табличка, висевшая там). Чем ему помешали музыканты, доподлинно неизвестно. По одной версии, на них донесли, как на приверженцев большевистских взглядов, по другой — все началось с бытового конфликта в кафе.
Калмыков с американскими офицерами в Хабаровске
— Формально Калмыков был представителем в Хабаровске белого правительства Колчака. Но Колчак был далеко в Сибири, между ним и Хабаровском — красный остров Амурская область. Так что тут Калмыков был, по сути, местным царьком, — рассказывает военный историк Александр Филонов. — В казаки он попал по подложным документам. После революции он одно время дружил с советами, ораторствовал на митингах в Приморье. Потом объявил себя борцом против большевизма. Собрал вокруг себя шайку, обыскивал поезда и этим кормился.
Калмыков в Хабаровске разграбил шведское отделение Красного Креста, а под памятником партизанам лежат кости не только сторонников большевиков, но и сотен простых обывателей, которых грабили и расстреливали под прикрытием борьбы с «красной заразой» и при невмешательстве «международного контингента».
Парад союзников
10 сентября 1918 года в городе состоялся парад союзников. В нём участвовали японцы и отряд американского 27-го полка Wolfhounds (гончие). Они прошлись по улице Муравьёва-Амурского победным маршем. Были в тот день и приветственные адреса, и цветы от восторженных женщин. Как-никак союзники! Кстати, в воспоминаниях о том, как вели себя оккупанты, очевидцы расходятся.
Японцы с хабаровскими кадетами в городском саду
Вот отрывок из воспоминаний прабабушки Алексея Колесникова Елизаветы Николаевны.
«Мы с сестрой Симой возвращались домой и средь бела дня на главной улице города к нам, гимназисткам, привязался японец. Стал грубо хватать за руки, угрожать. Мы стали отбиваться. И тут на наше счастье появился спаситель — тоже интервент, но американец. Быстро оценил обстановку и энергично надавал японцу по морде. Японцев с тех пор мы опасались и обходили стороной. Но и с американцами тоже не любезничали. А вот некоторые наши подружки-гимназистки открыто гуляли с обаятельными американцами, а когда они засобирались домой, отправились вместе с ними за океан. Позже одна из них писала мне, что подруга утонула при невыясненных обстоятельствах, а её «жених» оказался вполне женатым человеком».
Есть и прямо противоположные воспоминания о том, что японцы вели себя прилично, а хамили и дебоширили американцы. При этом стоит отметить забавный факт: антиамериканские материалы периодически появлялись в подконтрольной Калмыкову прессе — он старался больше дружить с японцами и при возможности «пинать» их союзников-контролеров.
Надо понимать, что цели оккупанты преследовали противоположные. Японцы пытались под шумок прибрать к рукам Дальний Восток. Американцы присматривали за ними с целью не дать слишком уж размахнуться и не допустить чрезмерного усиления Японии.
Видео: Национальное управление архивов и документации США Из воспоминаний бывшего кадета Хабаровского кадетского корпуса Евгения Лазарева:
« Американцы, выйдя из своей столовой после обеда, затеяли игру в снежки по всем правилам тактического боя, с обходом, с засадами и т.д. Что поразило нас — это сила полётов ловко слепленных шаров и меткость. И не так чтоб лишь попасть, а с прицелом прямо в голову. Вдруг откуда-то появилась группа человек в 20 японских солдат, они были в строю и только при штыках. Случайно или намеренно кто-то из американцев влепил пару снежков в японский строй, да с такой силой, что маленькие япошки повалились в снег. Мы не знали тогда о существовании «бэзбола» и способность американского метания, и поражались почему японцы падали».
Видео: Национальное управление архивов и документации США «Принудительное разоружение»
С красными партизанами у американских интервентов действовал негласный пакт о ненападении. За редким исключением друг друга они не трогали. Японцы — другое дело. Особенно «отличились» они уже после того, как в марте 1920 года американский экспедиционный корпус отбыл домой. Руководство США вывело его, понимая, что большевики побеждают, Россия скоро снова станет единой и так или иначе выдавит интервентов со своей территории.
Американский расчёт 37-мм траншейной пушки. Хабаровск
А японские войска остались. И как на заказ, почти одновременно с уходом американцев случился так называемый Николаевский инцидент. 12 марта 1920 японский гарнизон, нарушив перемирие, атаковал в Николаевске-на-Амуре красный партизанский отряд Якова Тряпицина. После двух дней ожесточенных боев японцы, явно уступавшие партизанам в численности, были разбиты.
Историки, в зависимости от своих политических пристрастий, диаметрально противоположно рассказывают как о причинах, толкнувших японцев на это самоубийственное решение, так и о тяжелейших последствиях, включая убийство всех поголовно японцев в городе (включая довольно многочисленных мирных жителей) и тотальное разрушение Николаевска, от которого город, по сути, так никогда и не оправился.
Однако, так или иначе, японцы отреагировали на случившееся в Николаевске во всех местах присутствия своих войск, в том числе в Хабаровске, уже занятом красными частями.
«3 апреля на заборах появились объявления за подписью японского генерала, командующего японскими войсками. Эти объявления гласили, что в городе, по мнению японцев, наведен должный порядок и войска в ближайшее время его покинут», — вспоминал очевидец.
Японская артиллерия ведет огонь по Хабаровску из района нынешнего крайУВД
А утром 5 апреля 1920 года японская артиллерия открыла огонь по Хабаровску. Обстрелу подверглись не только штаб красных войск и казармы, но и сугубо гражданские здания, включая ЦУМ. Потом началась операция, названная интервентами принудительным разоружением. Убитых и раненых в тот день по сути, никто не считал, но счет шел на тысячи. Сохранилось немало фотографий, где японцы позируют с кучами трупов.
Из воспоминаний очевидца: «Нас окружили японцы и разоружили. Всех одетых в военную форму они поощрительно хлопали по плечам и приговаривали: „Наша солдат, ваша солдат, все равно братка“, нам же, рабочим, присоединившимся к бойцам в нашей обычной одежде, они, угрожая, говорили — „Это бурсука (большевик) — все равно собака“, стали бить нас прикладами».
На следующий день, 6 апреля 1920 года, было объявлено о создании буферной просоветской Дальневосточной республики со столицей в Верхнеудинске (Улан-Удэ). Смыслом существования этого якобы независимого государства было не допустить прямого военного столкновения Советской России с Японией. На некоторое время при поддержке Японии белые силы на Дальнем Востоке взяли реванш, заняв, в том числе и Хабаровск. Окончательно японские интервенты покинули Хабаровск и его окрестности 21 октября 1920 года, они отошли в Приморье, откуда эвакуировались только в 1922 году.
Здание ЦУМа со следами обстрела
Китайский след
Факт малоизвестный, но Китай также отметился среди интервентов. Если перед американскими оккупационными войскам стояла задача сдержать японских коллег и не дать им единовластно занять богатые ресурсами просторы Дальнего Востока и Сибири, то голубой мечтой китайцев было свободное плавание по Амуру с выходом в океан.
— В 1919 году им этого удалось добиться. Китайский пароход «Няньсин» прошёл от Харбина до Николаевска-на-Амуре, где располагался корпус войск Китайской республики, — говорит военный историк Александр Филонов. — Чтобы закрепить этот успех, речная эскадра из пяти канонерок морем дошла из Шанхая до Николаевска. А затем три из них попытались пройти дальше по Амуру и Сунгари до Харбина.
Однако Калмыков отдал приказ остановить их под Хабаровском. С Воронежских высот был открыт предупредительный огонь из артиллерии. Китайцы пытались ответить, вступали в переговоры, но были вынуждены отступить назад. Этот китайский инцидент сыграл в судьбе Ивана Калмыкова злую шутку. В 1920-м, когда атаман сбежал в соседний Китай, его тут же арестовали, предъявив, среди всего прочего, и обстрел китайских кораблей, а при попытке к бегству он был расстрелян.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео