Ещё

Задушили бюрократы 

Фото: ngs.ru
По итогам 2017 года Новосибирская область попала в двадцатку самых привлекательных регионов для инвесторов, несмотря на то что по некоторым пунктам инвестиционный климат в регионе всё же ухудшился. «По итогам 2017 года мы заняли достойное 19-е место», — сообщила в областном правительстве врио министра экономического развития региона Ольга Молчанова. До этого регион был лишь на 27-й позиции. Тем не менее, отметила министр, по некоторым пунктам работа была недостаточной — и перечислила слабые места, по которым область вообще может вылететь из регионального рейтинга, как это случилось с Томской областью и Алтайским краем.
Так, результаты работы ухудшились по шести показателям. Среди них выдача разрешений на строительство, подключение электроэнергии, постановка земельного участка на кадастровый учёт, финансовая поддержка предпринимательства. Также в списке слабых мест оказался такой показатель, как административное давление на бизнес.
«То есть предприниматели отмечают увеличение давления на бизнес как в виде количества проверок, так и запрашиваемых документов», — признала Молчанова.
Сами предприниматели разделились во мнении по поводу поведения власти по отношению к ним. Одни считают, что степень давления зависит от сферы бизнеса, где больше ведомственных проверок. Другие просто не так сильно страдают, потому что нашли свой способ борьбы с вечными бюрократическими проволочками.
«Преград со стороны власти я не ощущаю. У нас больше частных преград существует, чем муниципальных. Например, с арендодателем, с ТСЖ местным, с жителями, с соседями арендодателя и так далее, — поделился директор сети салонов красоты «Golova» Егор Козловский. — Но и не могу сказать, что есть какие-то способствования развитию бизнеса». В то же время предприниматель признал, что в этом, возможно, виноват сам, так как не сильно вникал в суть госпрограмм для поддержки бизнесменов.
«Я никак ими не пользуюсь, потому что, наверное, априори привык не доверять таким вещам. Что это всё по каким-то привилегиям даётся», — объяснил он. Кроме отсутствия доверия, признал Козловский, заявки на эти программы требуют затрат сил и времени, и порой проще обратиться в банк. «Просто иногда выбираешь путь наименьшего сопротивления. Банк понятно, что тебе сделает. А здесь нужно кучу разных справок, соответствовать каким-то требованиям — больше года, до года, сколько сотрудников устроено и так далее. Для подачи документов в банк уйдёт наверняка столько же времени, и вероятность одобрения будет, возможно, ниже. Просто тут нужно чуть больше понять. Дело не в том, что туда нужно предоставить, а нужно просто во всем разобраться самому».
Бумажная волокита — уже настолько привычная вещь для предпринимателей, что некоторые просто нанимают отдельного человека для такой работы.
«В принципе, какие-то претензии были у налоговой. Решались достаточно быстро, оперативно. На моей памяти препоны от властей бывают, когда розничные магазины открываются, — поделился руководитель компании по производству обоев «ID Wall и Decoroom» Дмитрий Фёдоров. — С вывесками, например. Нельзя повесить, пока не согласовал, все инстанции не прошёл. Ходить нужно везде, сложности с ТСЖ и так далее. Мы просто специального человека из года в год нанимаем, который этим занимается, знает все нюансы. Если самому ходить, тогда действительно, наверное, сюрприз какой-то будет — не туда зашёл, не то взял и так далее. Время — деньги. Самому этим заниматься в итоге дороже будет». По мнению Фёдорова, давление властей зависит, скорее, от специфики бизнеса.
В качестве примера эксперты называют пассажирские перевозки, где предприниматели вынуждены плотно взаимодействовать с властью, и чаще не в свою пользу. Они сталкиваются с необоснованными штрафами, задержками выплат за перевозку пассажиров, да и просто с обычной махровой коррупцией. «У чиновников есть фишка классная — когда нужно достать предприятие, они выписывают самого неадекватного инспектора. Он выписывает несуществующие штрафы. Мы, естественно, не соглашаемся с этим, — описал схему предприниматель в сфере пассажирских перевозок, представитель компании „ЛОТиОС“ Михаил Большов. — Тогда инспектор делает в кабинете акт проверки, отсылает всё это в суд, подкладывает какие-то бумажечки, с которыми нас не знакомит, пишет, что мы отказались от подписи». В итоге суд может выписать перевозчику внушительный штраф вплоть до полумиллиона рублей, если юрист перевозчика чётко не отследит эти манипуляции.
«У нас оказалось, что даже номера автомобилей несуществующие, которые нарисовал нам. То есть, у нас таких машин нет, а он пишет, что они у нас нарушили, — вспоминает Большов. — Это не просто ужасно, это смешно до дури».
В транспортной сфере, по его мнению, коррупция — главная составляющая давления власти на бизнес. «Почему у нас перевозчики молчат, когда им город вовремя не платят за перевезенных пассажиров? Да потому что знают, что если они только откроют рот, то договор с ними будет расторгнут и их автобусы встанут в стойло», — приводит пример предприниматель.
Примеры «войны» власти и бизнеса в Новосибирске встречаются чуть ли не ежедневно. В том числе борьба за землю в центре города или суды мэрии с застройщиками.
«Безусловно, коррупция — это сложный процесс взаимоотношений между отдельными представителями власти и бизнеса, — констатирует заведующий кафедрой финансов и статистики НГАУ, доктор экономических наук, профессор Сергей Шелковников. — Но, как ни парадоксально, иногда она развивает экономику, поскольку бюджетные деньги выходят на рынок».
Он объяснил, что коррупционеры заинтересованы в крупных проектах, которые соответственно и развивают экономику.
«Если у вас бюджет (обезличенные деньги), то логично их использовать не на пенсии и зарплату (которые, поступая в экономику, создают мощный спрос и ресурсы для бизнеса, но тогда коррупционеру ничего не достанется), а на инвестиции, по которым он получает «откат». Это работает почти во всем мире, кроме Норвегии, Швеции — реально социально ориентированных государств».
С другой стороны, иногда фактор коррупции — лишь объяснение неспособности вести бизнес. Для многих предпринимателей, которые не платят налоги и предпочитают работать по серым схемам, попытки государства изъять их вызывает бурю негодования, объяснил Сергей Шелковников. К тому же, согласно научным исследованиям, лишь только 8–10% людей в принципе способны заниматься бизнесом, резюмировал эксперт.
Читайте также: Молись и пеки Две сестры открыли в заводском цехе необычное производство — одна из них руководит бизнесом из США.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео