Ещё

Владимир Демин: задача коммуны — стать отправной точкой в формировании цифровой экономики 

Фото: ТАСС
В Грозном запущены две пилотные программы в области ЖКХ и арендной муниципальной собственности на основе блокчейна. О применении блокчейн-технологии в государственных системах и перспективах цифровизации регионов России рассказал руководитель Центра блокчейн-компетенций и цифровых трансформаций ВЭБ Владимир Демин.
— Центр блокчейн-компетенций и цифровых трансформаций «Блокчейн-комммуна» работает уже более полугода — расскажите, как устроена работа Центра и есть ли первые результаты.
— Несмотря на говорящее название, мы занимаемся не только блокчейном. Правильнее будет сказать, что мы создаем экосистему для развития инновационных цифровых продуктов. Когда закладывали структуру, сразу поняли, что несем пилотные затраты совместно с партнерами. Наша цель — собрать на одной площадке самые интересные проекты и стартапы, привлечь талантливых разработчиков и создать им все условия для обучения и развития, но при этом не мешать здоровой конкуренции. Сейчас в «Блокчейн-коммуне» более 30 резидентов. Они постоянно участвуют в мероприятиях, образовательных программах, консультируются, и мы достаточно строго следим, чтобы наши резиденты не бездельничали. Перед нашими резидентами стоят четкие цели и задачи: все пилотные проекты, которые мы потом запускаем во внешний мир, — это их разработки. Все участники Центра тесно взаимодействуют друг с другом: одни проектируют систему безопасности для коллег, другие проводят обучающие мероприятия.
Основная цель «Коммуны» — научить госструктуры и органы власти работать с действительно серьезными технологиями. Чтобы они не боялись с ними связываться, понимали, как писать техническое задание, выстраивать партнерство. А уже резиденты брали бы на себя проектировку, дизайн, внедрение. За небольшой срок существования «Коммуны» мы успели обучить более 1000 чиновников, и я считаю это достижением.
Нас привлекают по-настоящему масштабные проекты, такие как применение блокчейна для регистрации прав на недвижимость в Росреестре, например. У нас сейчас много проектов. В Великом Новгороде электронный мониторинг учета и выписки рецептов на льготные лекарства успешно прошел пилотный этап. Готовится запуск проекта в Калининграде по предоставлению населению социальных выплат через блокчейн. Стартовал пилотный этап по автоматизации системы управления ЖКХ и арендой муниципальной собственности в Чечне. То есть это не точечные небольшие улучшения, а глобальные инновации. После создания технологии внутри Центра мы адаптируем ее под потребности каждого региона и тиражируем дальше. Условно, одни и те же платформы с некоторыми коррективами мы сможем использовать и в Краснодарском крае, и на Дальнем Востоке, и в масштабах всей страны.
— Владимир, а как Центр выстраивает взаимоотношения с госструктурами? На коммерческих основаниях?
— Основная часть затрат — стоимость разработки — ложится на нас. Мы создаем базу: технологию, платформу, патентуем ее. И дальше, как я говорил, можем применять в любом городе или регионе. Но часть инвестиций делают на местах: это покупка и установка серверов, обучение, интеграция, подключение существующих сервисов. В сравнении с экономическим эффектом от внедрения автоматизированных систем это очень небольшие деньги, которые быстро окупаются. Например, в Великом Новгороде затраты снизились на 17% в первый же месяц. В Чечне расчетная экономия по каждому проекту — до 20%. И я уверен, что таких показателей мы достигнем не только в пилотных зонах: возможно, при масштабировании экономический эффект будет и еще больше.
— Расскажите, как на блокчейн переводили ЖКХ Грозного. Это же первый город, который перешел на администрирование посредством распределенных реестров?
— Для пилотного проекта мы стараемся выбрать какой-то показательный регион. В начале 2018 года Рамзан Кадыров обозначил желание внедрять блокчейн. Наши специалисты совместно с региональными руководителями изучили ситуацию и определили проблемы, которые нужно решить в первую очередь. Выяснилось, что ЖКХ и сдача в аренду муниципальной собственности — это те сферы, где необходимы распределенные реестры. Коллеги обозначили ряд проблем: низкая собираемость плат, ошибки в начислениях и списаниях, посредники, усложняющие оказание услуги, непрозрачность системы заключения договоров.
Платформа для управления услугами ЖКХ создана на базе блокчейна Hyperledger Fabric. Жители Грозного смогут получить доступ ко всей истории начисленных коммунальных сборов, а органы госуправления — оптимизировать управление и аналитику. Это абсолютно прозрачная система, полностью автоматизированная, в которой нет возможности как-либо манипулировать данными.
Непосредственно узлы блокчейна, подтверждающие его операции, расположены в Центре блокчейн-компетенций ВЭБ и в мэрии Грозного. В будущем систему будут расширять: подключать новые сервисы, автоматически загружать в блокчейн показания счетчиков. Таким образом, мы сможем дать инструмент, который полностью избавит жителей региона от бумажной волокиты и исключит любые ошибки.
Второй проект по заключению договоров на сдачу объектов муниципальной собственности был разработан на блокчейне Ethereum. Договоры в блокчейн вносят представители муниципалитета. На текущем этапе в этом блокчейне будет четыре узла: два в муниципалитете, два в ВЭБ. А смарт-контракт (электронный договор, исполняющийся при наступлении заранее определенных условий — прим. ТАСС) позволяет контролировать платежи.
— Вы убираете бумажный документооборот, а значит, и рабочие места. Люди не воспринимают это как угрозу? И вообще, насколько велики инерция, сопротивление?
— Нам повезло, мы работаем с очень продвинутыми регионами. Антон Алиханов, Александр Никитин, Якуб Закриев — все представители власти настроены на сотрудничество, на инновации. Важно, что мы исключаем любую возможность злоупотреблений. Раньше социальные выплаты можно было получить по поддельной справке, а до тех, кому они действительно нужны, бывало, деньги и не доходили. Плюс полностью исключаются лишние посредники, которые удорожают все процессы. Это особенно важно в ЖКХ. Получается, что те, кто вручную ставит печати на бланках, больше не нужны. Но это необходимо.
Как я уже говорил, мы не только внедряем блокчейн, но и занимаемся другими проектами. Например, есть проект цифрового банка, где мы полностью упраздняем колл-центры и переводим их в автоматический режим. С использованием искусственного интеллекта и самообучающихся систем мы создаем полную замену живым людям на телефоне. Автоматически формируются ответы не только на письма, но и на звонки. Представляете, сколько человеко-часов мы оптимизируем? Но я уверен, что это хорошо и правильно. Людям лучше заниматься чем-то другим вместо такой тяжелой и скучной работы. Я считаю, что именно такими радикальными должны быть цифровые проекты.
Сегодня государство только начинает внедрять инновации: смотрит, насколько это безопасно, можно ли разворачивать такие проекты широкомасштабно. ЦБ РФ открывает так называемые регуляторные песочницы, которые помогут банкам и финансовым организациям спокойно, без риска нарушить финансовое законодательство и попасть под санкции, протестировать цифровые инструменты. Правительство, наоборот, идет навстречу автоматизации систем управления, а не противится нововведениям.
Некоторые опасения и сдержанное отношение к цифровизации оправданы. Главный плюс блокчейна — абсолютная прозрачность и невозможность несанкционированного доступа. Это становится минусом, если мы говорим о категориях граждан, сведения о которых должны быть скрыты: судьи, сотрудники спецслужб, свидетели и так далее. Мы сейчас работаем над тем, чтобы при необходимости защитить данные.
— В прошлом году в Грузии в блокчейн перевели весь земельный реестр страны. Вы ориентируетесь на зарубежный опыт, что-то заимствуете?
— Да, конечно. Мы ездили в Грузию, смотрели непосредственно на месте, как все сделано. Они молодцы, первыми сделали проект такого масштаба, на всю страну. Мы контактируем не только с ними, сейчас многие делают разработки в этой области и готовятся к широкомасштабной работе. Индия, Таиланд, Швеция, Украина — со всеми коллегами мы общаемся, обмениваемся опытом.
— В ваших проектах участвует много молодежи, а в госсекторе чаще работают люди более зрелого возраста. Сложно ли налаживать совместную работу?
— Да, такая проблема существует. У них разные подходы к жизни и к работе. Знаете, если раньше мечтали стать космонавтами, потом юристами, бандитами, чуть позже — работать в "Газпроме", то сейчас молодое поколение мелкой сыпью покрывается от перспективы приходить к девяти утра в офис, сидеть в опенспейсе и четко выполнять указания и регламенты. Бывает, команда видит, что предстоят тендеры, закупки, подготовка огромного пакета документов — вся эта бюрократия. И говорят: нет, спасибо, мы лучше с другими поработаем или уедем за границу. Наша задача — сделать так, чтобы их светлые головы остались в России. Поэтому мы делаем для них комфортную, понятную и развивающую среду.
Это очень молодые ребята, часто еще даже не студенты, а, например, учащиеся образовательного центра для одаренных детей «Сириус». Для них мы проводим профориентационные и обучающие программы. Центр блокчейн-компетенций создан специально под молодых талантливых профессионалов: все мобильно, в удобных форматах. Человеку из госсектора бывает сложно понять, что разработчик Центра может находиться на пляже или в поезде, и не в отпуске, а работать. Поэтому мы должны состыковать два мира так, чтобы они эффективно взаимодействовали. Сейчас, как показывает практика, нам это удается. И я уверен, что постепенно в госкомпании и муниципалитеты будут приходить молодые люди и вся государственная система перейдет к цифровизации.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео